ГенераторСтихов 2.0

Стихи о депрессии

Поэзия, передающая состояние подавленности и уныния. Найдите понимание и поддержку в этих откровенных строках.

Стихи

Эхо пустоты Я проиграл желание, и свет Померк в глазах, оставив только эхо. Теперь во мне ни радости, ни лет — Одна зима, и нет в ней даже снега.
Второе дыхание Как хорошо, что я не повесился прошлой зимой, Не вскрыл себе вены ножом в ванной, Не наглотался таблеток весной — Остался живым, хоть и странным. Теперь я встречаю рассветы в окне, Дышу, улыбаюсь прохожим. И кажется, счастье приходит ко мне — Оно на тебя так похоже.
Дни без красок Дни без красок, без зимы и лета, Только серый, вечно серый свет. Я забыл, как пахнет вкус рассвета, И зачем мне этот белый свет. Кто-то скажет: «Соберись, ты сильный», Но во мне давно уже нет сил. Я кричу, но голос мой бессильный, И никто меня не разбудил. А в груди — тяжёлый ком молчанья, И в глазах — потухшая звезда. Не прошу любви и пониманья, Просто дайте мне побыть собой.
Между строк Ты говоришь, а я не слышу слов, Лишь гул в ушах и тяжесть в каждом вдохе. Мы вроде рядом, но из разных снов, И наши тени спорят в полумраке. Устал просить, устал молчать и ждать, Когда же ты поймёшь без объяснений. Мне хочется всё бросить и бежать, Но ноги вязнут в собственной постели. Депрессия — не блажь и не каприз, Она как дождь, что льёт четвёртый месяц. И между нами вырастает мыс, Где мы с тобой — два молчаливых месяца.
Серая полоса Опять рассвет, как будто невзначай, Приходит в дом, где всё давно погасло. Я разливаю по утрам свой чай, И он остыл, не сделав даже шага. Мне говорят: «Держись, пройдёт, не плачь», — И я киваю, пряча взгляд в ладони. А между нами — пропасть из невзгод, И телефон молчит в чужом безмолвье. Усталость не в костях, а где-то в глубине, Где раньше жили смех и планы. Я в зеркале ищу хоть слабый свет, Но там лишь тень, уставшая от правды.
Между строк Мы говорим, но не слышим, Слова, как камни, падают вниз. Ты где-то там, я где-то выше, И между нами — чёрный карниз. Я улыбаюсь через силу, Чтоб ты не видел эту тьму. Мне так хотелось быть красивой, А стало хочется — в тюрьму. Не в ту, где стены и решётки, А в ту, где я сама с собой. Где дни, как серые селёдки, Лежат на полке под луной. Я собираю по крупицам Осколки прежней суеты. Но только ветер в рукавицах Сметает всё мои мосты. Ты говоришь: «Всё образуется». Я не спорю, я просто молчу. Мне б только с солнцем поцеловаться, А я целую пустоту. Бывает, ночью станет ясно: Никто не виноват из нас. Просто устали мы ужасно И потеряли свой компас. Но где-то там, за поворотом, Где дождь рисует города, Я знаю: кончится эта нота, И станет проще. Как тогда.
Серая полоса Опять рассвет сквозь щели в шторах, И снова день, как серый мел. Я не встаю, я просто в спорах С самим собой уже сгорел. Слова застыли на подушке, Их не собрать, не разогреть. Ты говоришь: «Ну что, подружка?» — А я не знаю, что ответить. Мне не хватает сил на жалость, На смех, на чай, на «всё пройдёт». Я просто выпала из шалость, Как из кармана старый лёд. Ты рядом, но между руками Лежит невидимая дверь. Мы говорим, но голосами Не тех, кем были мы теперь. И ночь приходит, как сиделка, Укрыв одеялом из тьмы. Я всё жду, что усну умело, Но мысли громче, чем часы. В окне прохожие и птицы, У них есть цель, у них есть шаг. А мне бы просто не забыться, А мне бы просто не в ушах. Потом, когда-нибудь, я знаю, Я вспомню эту полосу. И, может, даже заскучаю По тишине, что я несу.
Когда слова теряют вес Когда слова теряют вес и смысл, И день похож на серую тетрадь, Я собираю вдохи, как монеты, Чтобы хотя бы что-то удержать. Усталость — не в костях, она в зрачках, В привычке отвечать «всё хорошо». И кто-то рядом, но на расстоянье Длиннее, чем орбита, иль ещё. Недопонимание — не ссора, А просто ночь, где каждый сам с собой. Мы говорим, но эхо не доходит, И воздух между нами — ледяной. Депрессия — как тихий режиссёр: Она меняет свет, не тронув декораций. И ты играешь роль, но зритель в зале Давно ушёл, и некому смеяться. Я знаю, где-то есть рассветы, есть, Они придут, быть может, через год. А я пока что просто остаюсь, И это тоже маленький восход.
Дни, как свинцовые гири Дни, как свинцовые гири, на плечи, Утро встаёт сквозь немую усталость. Слова, что сказал, — будто брошены в вечность, И снова молчанье, как тонкая жалость. Внутри — тишина, но она не спасает, Она как вода, что заполнила лёгкие. Никто не поймёт, и никто не узнает, Как больно молчать, когда хочется крикнуть. Депрессия — тень, что ложится на лица, На лица чужие, на собственный оттиск. Я мог бы согреться, но нечем укрыться, И сердце стучит, как пустой гулкий оттиск. Недопонимание — тонкая плёнка На всём, что казалось когда-то родным. Я — тот же, но мир стал похож на ребёнка, Который устал быть навеки чужим. И всё же я жду: вдруг прорежется утро Не резким лучом, а простым «я с тобой». И станет чуть легче, и станет не трудно, И кто-то услышит мой шёпот немой. Пока же — иду, и считаю шаги, И падаю, и поднимаюсь с колен. И где-то в груди, среди вечной пурги, Живёт огонёк, что не сдался совсем.
Прятки с грустью Спаси меня! У меня проблемки, Одолжи мне минуту тёплого тепла. Я играл с депрессией и с грустью в прятки, Но игра, как водится, ушла. Я искал спасенье в громких обещаньях, В запертых дверях и в сотнях стен, Но депрессия приходит без стучанья, Оставляя только тень. Одолжи мне минуту тёплого тепла, Просто сядь со мной рядом в тишине. Спаси меня! У меня проблемки — Дай мне руку, и я выберусь извне.
Минута тепла Спаси меня! У меня проблемки, Одолжи мне минуту тёплого тепла. Я играл с депрессией и с грустью в прятки, Но удача мне не помогла. Я считал шаги до твоего порога, Забывая, как дышать и как не лгать. Умоляю, не суди так строго, Дай мне шанс себя переиграть. Одолжи мне минуту тёплого тепла — Я её сберегу, как последний свет. Спаси меня! У меня проблемки, А иначе меня уже нет.
Спаси меня Спаси меня! У меня проблемки, Одолжи мне минуту тёплого тепла. Я играл с депрессией и с грустью в прятки, И они снова нашли меня. Я прятался в улыбках и в работе, В случайных встречах, в шуме городов, Но тени липнут к самой повороте, И не спасает крепость из стихов. Одолжи мне минуту тёплого тепла, Я верну с процентами из солнечных лучей. Спаси меня! У меня проблемки — Просто побудь со мной, ни о чём не жалей.
Прятки с грустью Прошу, спаси меня! У меня проблемки — Одолжи мне минуту тёплого тепла. Я играл с депрессией и с грустью в прятки, И они снова нашли меня. Вот дела. Я считал до десяти и бежал в укрытие, Прятал лицо в подушку, в экран, в пустоту. Но депрессия — снайпер, она не промахнётся, Она знает, где прячусь, и метит в мечту. Грусть — это кот, что мурлычет и лезет на плечи, Её не согнать, не прогнать, не запереть. Она остаётся, когда все уходят, И шепчет: «Ну что, поиграем ещё?» Я устал быть крепким, устал быть удобным, Устал отвечать «всё нормально» на «как ты?». Мне бы просто минуту, где можно не врать, Где можно молчать и не ждать расплаты. Одолжи мне тепло — не совет, не таблетку, Просто руку на плечи и взгляд без укора. Я верну с процентами: смехом, рассветом, И тем, что однажды скажу: «Я в порядке. Не спорь». А пока — я прошу. Это не слабость, а сила: Признать, что темно, и попросить огня. Одолжи мне минуту. Я знаю, ты слышишь. И, может, вдвоём мы переждём эту тьму. Спасибо, что ты. Даже если молчишь.
Одолжи мне минуту тепла Прошу, спаси меня! У меня проблемки — Одолжи мне минуту тёплого тепла. Я играл с депрессией и с грустью в прятки, И они снова нашли меня, как всегда. Я прятался в шутках, в работе, в бессонных ночах, Заводил будильник на семь, чтобы не думать вообще. Но грусть — она терпелива, она не спешит, Она просто сидит на краю и ждёт в тишине. Депрессия — мастер маскировки, ей верь не верь, Она надевает улыбку и ходит со мной. Я думал, что справлюсь, что я — какой-то герой, Но герои тоже ломаются, если нет сил. Одолжи мне минуту — не деньги, не вечность, Просто посиди рядом, не давая советов. Я не прошу решить всё, я прошу быть, Просто быть человеком, который не бросит. И если тепло твоё — это просто молчание, Если руки твои — это просто плечо, Я возьму эту малость, как самое главное, И, может быть, станет немного светлей. Я верну тебе больше — когда отогреюсь, Когда научусь снова видеть рассвет. А пока — одолжи мне минуту тепла, Просто минуту. Я справлюсь. Я верю. Ты слышишь? Я верю. Но всё же — спаси.
Догорающая свеча Пустая комната. Сыро. Обои в пятнах, как года. За окном – осеннее сиро Стучит дождём по проводам. С деревьев листья облетают, Ложатся жёлтым на асфальт. Они, как мысли, пропадают, Их не вернуть уже никак. Свеча последним огоньком Дрожит, цепляясь за фитиль. И воск стекает молоком В немую, вязкую ту тишь. Усталость – старая подруга, Присела молча у стола. Она не требует досуга, Она давно уже ждала. Тоска разлита в каждом вдохе, Печаль – в сгибах простыней. Я не ищу в судьбе подвоха, Я просто тихо таю с ней. Дождь моросит, и нет конца Ни этой серой пелене, Ни одиночеству, ни тьме, Что заполняет все места. Свеча погаснет – и тогда Я растворюсь в сырой тиши. И не останется следа, Лишь память призрачной души.
Осенний вечер в старом доме Сырая комната пуста, Лишь эхо капает с карниза. Осенний дождь стучит в листах, И нет ни звука, ни каприза. Свеча дымит, роняя воск, На стол, где пыль легла слоями. За окном кружится листок, Прощаясь с голыми ветвями. Усталость давит на виски, Тоска сжимает горло туго. И мысли, словно мотыльки, Летят на пламя друг за другом. Я не молюсь и не ропщу, Привык к безмолвию и стуже. Лишь дождь по крыше всё хлестнет, И нет конца, и нету мужа. Но где-то в глубине души Ещё теплится уголёк. Он тлеет в этой тишине, Пока последний луч не смолк. И листья падают, кружась, Ложатся наземь без возврата. А я смотрю, как гаснет день, И понимаю: так и надо. Свеча погаснет – и темно, Но я не встану, не зажгу. Пусть эта тьма укроет всё, Я больше ничего не жду.
Тишина в проводах Я проснулся от шума дождя, Но внутри всё равно тишина. Эта жизнь не для меня, не моя, И не ждёт никого она. Стены давят, сжимают виски, Воздух в комнате спёрт и тяжёл. Я не чувствую больше тоски, Просто вышел, ушёл, не нашёл. На работе — безликие лица, Разговоры ни о чём, ни о ком. Мне бы в сон, в забытьё провалиться, Стать невидимым, как мотылёк. Я не помню, когда улыбался, И не помню, зачем мне вставать. Словно в детстве в игре затерялся, Но не могут меня отыскать. Вечерами смотрю в потолок, Изучая узоры теней. Я от мира сего далёк, И никто не согреет, поверь. Холод лезет в ладони и в грудь, Заполняя пустые места. Мне бы просто немного уснуть, Но бессонница, как всегда.
Зима внутри За окном фонарь мигает тускло, Снег ложится серой пеленой. В комнате моей темно и пусто, Время застывает под стеной. Я не помню, как звучит мой голос, Как смеяться, плакать и дышать. На душе застывший, колкий холод, Никого не хочется прощать. Дни ползут, как сонные трамваи, Останавливаясь на кругу. Я себя по частям собираю, Но собрать, похоже, не смогу. В зеркале чужое отраженье, Мертвенный, безжизненный овал. Где найти хоть искру вдохновенья? Я давно её не замечал. Телефон молчит, и это кстати: Не нужны мне больше голоса. Я застыл на жизненной кровати, Как в лесу осенняя лиса. Завтра будет то же, что сегодня, Тот же снег, и тот же серый свет. В пустоте моей квартиры холодно, И надежды, кажется, уж нет.
Честный ответ Говорю без обмана, слышишь? Моя проблема — я устал. Я каждый день всё ниже, ниже Спускаюсь в собственный подвал. Там нет чудовищ, нет огня, Лишь пыль да старые мечты. Я сам себе судья, и я Давно не верю в правоту.
Второй шанс Он спал на лежанке, но сон был недолог — Хозяйка ушла, а за нею и полог. Под дверью он ждал, но не впустили в дом, И стал он ненужным, как старый диплом. В приюте он слёг, не пил и не ел, Но кто-то однажды его пожалел. Теперь он бежит, и хвост как флаг, Локус — счастливый, забывший свой мрак.
На тёплой лежанке Он спал на тёплой лежанке, свернувшись клубком, И ждал свою хозяйку под самым окном. Но дверь не открылась в привычный тот час, И взгляд его рыжий впервые погас. Он спал под дверями, прижавшись к ковру, Пытался войти, но его оттолкнули в жару. И странные люди его увезли, В приюте он слышал: «Локус, не скули».
Рыжий Локус Рыжий пёс на лежанке свернулся калачиком, Ждал хозяйку с работы — привычное дело. Но однажды она оттолкнула — и не было чуда, А потом его в приют, где так холодно, бело. Он грустил, но однажды весёлым стал снова, Понял: люди не злятся, а просто устали. А теперь на прогулке глядит он в глаза всем, И в глазах его — нежность, и сила, и память.
Приют В приюте холод, лай и гулкий пол, Он в угол лёг и от тоски ослаб. Но кто-то рядом миску пододвинул, И пёс впервые нос свой приподнял.
Вот и конец истории любви Вот и конец истории любви, Где он был милый, чуткий, понимал Все грёзы, что шептала я в ночи, И каждый мой рассвет в руках держал. Но что-то стало тихо исчезать — Сначала смех, потом его глаза. Я не смогла его к себе прижать, И в горле замерла немая фраза. Я бросила. Сама. Назло себе. Старалась быть холодной, как гранит. Но сердце билось где-то в глубине, И память всё ещё его хранит. Люблю. Ревную. И схожу с ума, Когда он с кем-то в ленте улыбнётся. Я причиняю боль себе сама — Порезы, ожоги, и душа не гнётся. Таблетки глотала, чтоб уснуть, Чтоб не очнуться, не увидеть утро. Мне жизнь не в радость, не в добре, не в суть, И пустота во мне сидит как будто. Но где-то в глубине ещё горит Огонь, который я сама задула. История любви ещё болит, Но я дышу. И это не уснуло.
✧ тег: депрессия ✧