Стихи-размышления

У плеча Как сердце может вдруг пропасть? Какая дьявольская страсть? Я что позволил его красть? Или само решило пасть? Нет, дело тут не в воре И дьявол не причём. Оно просто в покое Укрытое плечом. Но тот, кто плечи дал свои, В себе таит огни. Он дьяволом играет в любви, А сердце — лишь в тени. И вот оно уже не бьётся в такт, Забыв, что значит свет. В плену чужих атак Находит свой ответ.

Сердце под плечом Как сердце может вдруг пропасть? Какая дьявольская страсть? Я что позволил его красть? Или само решило пасть? Нет, дело тут не в воре И дьявол не причём. Оно просто в покое, Укрытое плечом. Там, где огонь и тьма Слились в одном дыханье, В нём больше нет письма — Лишь тихое молчанье.

Здесь пахнет вечностью Привет, Дагестан, я к тебе на порог, Где каждая тропка — как нить от судьбы. Здесь воздух прозрачен, как горный поток, И камни хранят отпечатки мольбы. Орлы в вышине чертят круг за кругом, А в чайхане — разговоры без спешки. Я стала здесь просто гостьей и другом, Вдыхая простор твоей древней усмешки.

Время лечит Сквозь годы, сквозь сомненья и разлуки Судьба ведёт по жизни нас вперёд. И если вдруг опустятся вдруг руки, То время боль из сердца унесёт. Оно сотрёт обиды и печали, Как ветер гонит тучи вдаль с небес. Мы все когда-то верили и ждали, Что счастье есть — оно не взвесь, не вес.

Простая связь Что держит нас? Не клятвы, не слова, Не обещанья, данные в ночи. Сплетает судьбы двух простых людей едва Заметный узел, тонкий из парчи. Он соткан из улыбок и обид, Из общих снов и общего тепла. И если кто-то нить перерубит — спит Душа, что вечно быть с тобой могла.

В переплёте дней Пышная сва... Красивая смерть - Не про цветы в убранстве катафалка И савана для погребенья благоцветь. Отметкой лишь на полях житейских галка В реестре дел, где все та же круговерть. Венец ещё, отнюдь, я не несу Для свершенья ритуала — пусть висит. Я допишу страницу, а внизу Оставлю место, где строка звенит. Мы все плывём в реке из дней и снов, Где каждый берег — вымысел и быль. И только эхо отзвучавших слов Вплетает в венчик времени ковыль.

Продолжение пути Пышная сва... Красивая смерть - Не про цветы в убранстве катафалка И савана для погребенья благоцветь. Отметкой лишь на полях житейских галка В реестре дел, где все та же круговерть. Венец ещё, отнюдь, я не несу Для свершенья ритуала — жизнь без срока. Но каждый шаг — как набранный весну Листает время с маревом порока. И в тишине, где плещется луна, Я слышу эхо брошенного слова. Не смерть страшна — страшна лишь тишина, Где нет ни отклика, ни даже зова.

Проще Эмпатия — редкий дар, Собственность и ревность — жар. Люди выбрали простей: Не вникать в дела людей. Проще взять и осудить, Чем понять и отпустить. Вместо чувств — пустой эфир, Так устроен этот мир.

Разрыв Я не люблю тебя уж больше, Саша, Как прежде, в дни, когда цвела весна. Твоя улыбка стала мне чужой и страшной, И наша песня больше не слышна. Привычка — вот что нас с тобой держало, Не чувство, не порыв, а просто груз. Смотреть в глаза, где пламя угасало, И видеть только серый, блеклый вкус. Мы разучились ссориться и миться, Молчание заполнило наш дом. Пора, наверно, нам остановиться, И разойтись, забыв о былом. Я не люблю тебя уж больше, Саша, И в этом нет ничьей, поверь, вины. Любовь — она как тонкий стебель, наша, Зачахла, не дождавшись тишины.

Из детства в бой Мне папа в детстве подарил солдатика, Зеленый, с автоматом и в каске. Я думал: буду как герой из пластика, Спасать людей в опасной, злой тоске. Но вот теперь я сам в окопах мокну, И автомат мой — не игрушка, нет. Я понял, что геройство — это плоско, Когда вокруг — лишь боль и серый свет. Тогда в игре я был неуязвим, А здесь — мишень для пули и осколка. И каждый день стал медленным, как дым, И детство утекло в воронку колко. Я вспоминаю: папа улыбался, Вручая мне фигурку из металла. Теперь я сам, как тот солдатик, сжался В окопе, где земля от взрывов стала. И если б мог я в прошлое вернуться, Сказал бы папе: не дари солдата, Чтоб сыну в будущем не пришлось проснуться В аду, где нет ни ада, ни возврата.

Игрушечный герой Мне папа в детстве подарил солдата — Из жести, краска вытерлась местами. Я стать героем поклялся когда-то, Не представляя, что там за мечтами. Теперь я сам солдатик на войне, Мой автомат — как продолженье тела. Здесь нет побед, здесь выжить бы вдвойне, А всё, что было в детстве, — улетело. Мечтал о славе, думал — буду смелым, Но смелость здесь — не храбрость, а удел. Когда в окопе, под обстрелом белым, Ты понимаешь, сколько ты хотел. Ведь папа думал: сын играет в войну, А я играл, не ведая беды. Теперь игра кончается — одну Мне оставляя только след беды. Но я стою, солдатик из олова, Хоть тяжело, хоть сердце в кровь избито. Мне папа дал не просто дар — слово: «Ты жив — и это главное, открыто».

Солдатик Мне папа в детстве подарил солдатика — Фигурку из оловянного ряда. Я стать героем рвался, как романтика, Не понимая, что такое правда. Теперь я сам солдатик на войне, Где вместо игр — окопы и прицелы. Здесь не игрушки, здесь всё взаправде, И детские мечты остыли телом. Тогда хотел я подвигов и славы, Читал про рыцарей и про бойцов. Теперь — солдат, уставший и усталый, Среди чужих, израненных дворцов. Оловянный солдатик был так прост — Стоял на полке, вечно молодой. А я стою под пулями во весь рост И понимаю: взрослый — не герой. Но я держусь, хоть страшно и темно, Ведь папин дар со мной в груди, внутри. Он говорит: «Сынок, не всё равно, Ты жив — и значит, солнышко горит».

Сквозь время Ты смотришь с камня и молчишь, И в смерть твою поверить сложно. Как будто ты ещё стучишь В те двери, где забыть не можно.

Немая речь Ты смотришь с камня и молчишь, И в смерть твою поверить сложно. Твой взгляд — как затаённый шифр, Где всё понятно, но тревожно.

Памятник Ты смотришь с камня и молчишь, И в смерть твою поверить сложно. А за спиною шепчет тишь, Что ты ушёл, но всё возможно.

Вечный взгляд Ты смотришь с камня и молчишь, И в смерть твою поверить сложно. Как будто ты ещё глядишь Туда, где всё вернуть возможно.

Надгробие Ты смотришь с камня и молчишь, И в смерть твою поверить сложно. Лишь ветер гладит тихо нить, Где время спит, неосторожно.

Безмолвие камня Ты смотришь с камня и молчишь, И в смерть твою поверить сложно. Как будто ты сейчас паришь, И всё вокруг не так тревожно.

Тишина Ты смотришь с камня и молчишь, И в смерть твою поверить сложно. Вокруг лишь тишина звенит, И всё вокруг неосторожно.

У камня Ты смотришь с камня и молчишь, И в смерть твою поверить сложно. Как будто вечность сторожишь, Где всё возможно, всё возможно.

Невысказанное Не получилось женою Хорошею быть всегда. Я стал для тебя стеною, А ты для меня — вода. Уходит тепло из рук, И взгляд твой уже не тот. Как будто разлуки круг Нас в разные стороны ждет. Но если уйти — так сразу, Не мучая никого. Оставь мне хотя бы фразу, Чтоб легче было всего.

Торжище душ На торжище душ — всё на вес золотого: Удача, любовь, даже слово пустое. Свобода в цепях, жадность в ярких огнях, А ложь продаётся в красивых шелках. Здесь каждый спешит урвать свой кусок, Не глядя на цену, не ведая срок. Кто славу купил — тот забыл про покой, Кто счастье — тот стал сам себе не родной. А в самом углу, где пыль вековая, Лежит то, что всем не нужна — неживая. Та самая совесть, что раньше была Ценнее всего, но теперь не сдала. И ярмарка кружит, и звенит барышом, Но каждый уходит с пустым кошельком. Ведь то, что купить можно за серебро, Не стоит и ломаного ведра.

Ярмарка судеб На ярмарке судеб товар нарасхват: Удача и слава, любовь и разлад. Свобода в цепях, жадность в золоте лжи, А совесть покрылась пылью — не жди. Продавец улыбается, ловко торгуя, Покупатель хватает, не глядя, внаглую. Кто хочет быть первым — плати и бери, Здесь всё продаётся: и ночи, и дни. Но вот уголок, где никто не стоит, Там совесть на полке безмолвно грустит. Никто не торгует, никто не берёт, Забытый товар свой черёд не ждёт. А ярмарка шумит, и звенит монета, Здесь каждый найдёт себе место и свет. Но только ли счастье в покупке такой? Иль совесть — единственный истинный покой?

Торжище судеб На ярмарке судеб шум и гам, Лотки ломятся от чужих дорог. Купи удачу — будет по рукам, А не доплатишь — сдачу даст порок. Вот парень продаёт свою мечту За пару медяков и тёплый кров. Девчонка отдаёт за красоту Остатки непотраченных даров. Старуха шепчет: «Выбери своё, Чтоб не жалеть потом на склоне лет». Но все хотят чужое бытиё, Свой собственный теряя силуэт. Звенит монетой каждое «прости», И торг идёт до самого утра. А утром ярмарку не обойти — Здесь вечная идёт игра.