ГенераторСтихов 2.0

Стихи о тишине

Тишина — не отсутствие звука, а состояние души. В этих стихах она становится источником вдохновения и покоя.

Стихи

Граф на Тамани Граф Дракула в замке устал от туманов, От пыльных гробов и от криков ворон. Решил: «Отдохну средь приморских курганов, Куда-нибудь к югу махну на поклон». Собрал он багаж: пару древних сандалий, Плащ с красной подкладкой да зонт от зари. И ночью, пока все в Трансильвании спали, Уехал, шепнув: «Вы меня не ждите». Проехал Одессу, где чайки и порт, Где шумно, где музыка, где казино. Подумал: «Нет, слишком уж яркий народ, Мне нужно темнее и тише оно». В Николаеве долго смотрел на лиман, В Херсоне считал тополя у дорог. Но всюду был гам, суета, балаган, И граф всё хмурнел и в окошко не мог. Приехал в Тамань. Тишина, камыши, Вода у причала черна и густа. Здесь даже закаты как будто в глуши Рисуют без спешки, без лишнего рта. «Вот здесь я останусь, — сказал он, — ей-богу, Ни пыли, ни гама, ни злых зеркал. Здесь можно и ночью пройтись по дороге, И даже никто не заметит оскал». Купил он домишко у самой воды, Повесил на дверь деревянный засов. И чайки, не зная его бороды, Кричат ему: «Здравствуй, сосед, будь здоров». Теперь по ночам он гуляет в тиши, Пьёт чай с чабрецом вместо крови (шутя). И пишет в Трансильванию: «Не жди, Я счастлив, как в детстве, и это не зря».
Над Волгой Жигулевские горы — как песня без слов, Где сосны шумят и качается свет. Здесь воздух прозрачен, и запах цветов, И времени нет, и тревоги в нем нет.
Раздолье Лука Самарская — изгиб реки, Где волжские шумят ветра. Простор, раздолье, огоньки Вдали мерцают до утра.
Летний вечер Закат разливает малиновый мёд На волжские воды и берег пологий. Луна над лукой осторожно встаёт, И вечер ступает неслышной дорогой.
Многоточие Расскажи мне о том, как в июле трава Пробивается сквозь городской асфальт, Как кружится у фонаря голова, Как в ночном небе звёзды уходят в альт. Расскажи, как молчит телефонный диск, Как качается занавес от сквозняка, Как на полке пылится старый диск, Как любовь остаётся наверняка. Расскажи, как выносит нас медленный шум, Как под утро становится слишком светло, Как из тысячи лиц ты выискивал ту, одну, Как в ладонях держал ледяное стекло. Пусть всё это закончится многоточием, Я не стану просить продолжения вслух. Мы с тобою знакомы с одиночеством, И оно нам вернее, чем самый близкий друг. Расскажи мне о том, как рождается день, Как садовник выводит розу из тьмы. Я не буду шептать про святую тень, Потому что уже не такие мы. Только руку оставь на моём плече, Дай почувствовать тяжесть твоей руки. И, наверное, станет немного легче, Если мы помолчим хотя бы с минутки три.
Лунная колыбельная Ночное небо — бархат звёзд сплетён, И диск луны, как жемчуг, вознесён. В безмолвье дня, где суета кружила, Луна умеет сделать тишину красивой. Её сиянье, призрачно и нежно, Обволокло уснувший мир безбрежно. И каждый звук, как эхо, вдаль уплыл, Когда луна нам тишину дарила. Она плывёт над крышами домов, Серебряным дождём смывая сны. И город спит, и нет на нём оков, Лишь тени на асфальте чуть видны. Прохожий в парке бросил взгляд в зенит — Там лунный заяц по небу бежит. И фонари, как свечи, в ряд стоят, Храня ночной покой и мирный лад. А утром солнце выйдет из-за туч, Луна уйдёт, но в памяти живуч Тот тихий свет, что душу нам согрел И в суете стать тише повелел. Так пусть же ночь нам дарит свой покой, И звёзды шепчут: «Всё у нас с тобой». Луна — как страж, как добрая сестра, Она нам шепчет: «Отдохнуть пора».
Лунная тишина Я видел, как луна на нитях паутины Развешивает сны над спящею рекой. И город затихал, снимая шум с витрины, И воздух становился бархатным, густым. Она брала часы, крахмальные, тугие, И складывала их в хрустальный сундучок. И стрелки замирали, словно восковые, И время превращалось в лёгкий ветерок. Она снимала звук с трамвайных перезвонов, С машин, с ворот, с шагов по каменным мостам. И складывала их в свой бархатный подол, И город становился тихим, как погост. Но это не пугало — нет, это было чудо: В тишине проступало дыхание людей. И каждый слышал сердце — то, что рядом, тут же, И каждый становился чуть-чуть добрей. Я видел, как луна учила тишину Красивым быть — не страшным, не немым. И падал свет на землю, на траву, И мир во сне казался молодым. И утром, пробуждаясь, мы несли В себе частицу этой тишины. И даже шум трамваев и такси Не мог её разрушить до весны. Ведь даже шум, когда его с любовью Коснётся ночь, — становится другим. Он тише. Он нежней. Он ближе к крови. И мы уже не спорим с ним, а говорим.
Тишина луны Даже луна умеет сделать тишину красивой — Серебряным пером по чёрной глади строк. Она плывёт над миром, усталым и счастливым, И каждый её луч — как выдох и как вдох. Она не говорит, но всё вокруг внимает Её беззвучным снам, её немой тоске. И город, засыпая, медленно внимает Мерцанию теней на мокром потолке. Она умеет слушать, как травы шелестят, Как звёзды шепчутся о чём-то неземном. Она умеет делать из шума — тихий сад, Где каждый лист звенит серебряным стихом. И если ты устал от криков и огней, Взгляни на небеса — там тишина висит, Как белый парус в море, как пауза в окне, Как пауза в груди, где боль уже не ноет. Она научит тьму быть нежной и немой, Она покажет свет в отсутствии речей. И станет тишина — единственной бронёй, И станет ночь — целительницей всех ночей. Даже луна умеет сделать тишину красивой — И мы, глядя на неё, становимся добрей. Она плывёт над миром, усталым и счастливым, И тихо льёт свой свет на землю и людей. Так пусть же будет ночь — безмолвная сестра Дневных тревог, забот и суеты людской. И пусть луна нам светит, ласкова, мудра, И учит тишине — единственной родной.
Ночной диалог Даже луна умеет сделать тишину красивой, Когда она светит над спящею старой ивой. И ветви её, как седые пряди, недвижны, И звуки ночные становятся вовсе неслышны. Она, как актриса на сцене небесного зала, Играет безмолвно, но так, что душа замирала. И зритель — единственный, ты, что стоишь у окна, Вдруг видишь: твоя же печаль ей давно не нужна. Она забирает её в серебристые сети, И ты растворяешься в этом таинственном свете. И кажется, нет ни вчера, ни сегодня, ни завтра, Есть только луна и её золотые палаты. Она не торопится, знает: всё в мире — мгновенье, И дарит тебе это тихое стихотворенье Без слов, без рифмовки, но с ритмом ночного эфира, Где каждый твой вздох — это новая строчка для мира. И ты понимаешь: молчанье — не пустота, А тонкая нить, что связует сердца и уста. И даже луна, что плывёт в бесконечном просторе, Умеет вписать нашу жизнь в это звёздное море. Так пусть эта ночь, что окутала город и реку, Напомнит тебе: красота — она рядом, вовеки. И стоит лишь вверх посмотреть, замереть, удивиться — И тихая песня луны в твоём сердце родится.
Луна и тишина Даже луна умеет сделать тишину красивой: Серебряной кистью по чёрному небу — раз, и готово. Она не спешит, она просто висит над домами, И город затихает, укрытый её голосами. Без звука, без слов, но так ясно слышны переливы В молчании ночи, где спят и деревья, и ивы. И каждый прохожий, подняв к небесам своё зренье, Вдруг чувствует: это не просто ночное свеченье. Луна как художник, что пишет пейзаж без кистей, Разбрасывает блики на крыши, на стёкла, на ветви. И тише становится мир, и дыханье ровней, И кажется, время замедлило бег свой навеки. Она заливает асфальт молочным сияньем, И тени становятся мягче, теряя отчаянье. И даже прохожий, усталый, спешащий куда-то, Замедлит шаги, словно в детство вернувшись обратно. В безмолвии этом рождается новая сила, Что лечит, что греет, что держит над бездной стропила. И кажется, нет ни тревог, ни обид, ни печали — Есть только луна и ночные её магистрали. Так пусть же она, эта тихая вечная странница, Нам дарит покой, когда сердце в груди нашей ранится. И мы, как и прежде, поднимем глаза к небосводу И скажем: спасибо, луна, за твою непогоду... За то, что умеешь молчанье наполнить красой, Что в этой глуши мы становимся сами собой. Даже луна умеет сделать тишину красивой — И это её бескорыстное, тихое диво.
Тишина Я эхо взрыва, что давно Разнёс материю по свету, И в тишине мне суждено Искать во тьме свою планету.
След прошлого Я отголосок давних дней, Когда всё только начиналось. В тиши мерещится мне смех, И прошлое в груди осталось.
Временная тишина Я в дом вхожу — и тишина звенит, Как будто кто-то выключил весь мир. Твой запах в воздухе ещё висит, Но пуст без голоса любимый мой ориентир. Я по привычке заварил две порции, Но вторую выпил сам, не торопясь. Твои следы на полке — как эмоции, Которых не вернуть, не с кем-то поделясь. Твой смех, казалось, прятался в углах, Теперь молчат и стены, и окно. Я вижу тень твою в случайных снах, Но просыпаюсь — рядом всё равно темно. Но верю: это только день разлуки, Не приговор, не точка, не финал. Твои любимые и ласковые руки Вернутся — я так долго их искал.
Пустые комнаты Вхожу в наш дом — и странно пусто в нём, Как будто выключили солнце навсегда. Мы вместе были — а теперь вдвоём С тоской сидим: я и моя беда. Твой смех не будит утренний рассвет, И не звучит на кухне разговор. Твоих шагов привычных больше нет, И в комнатах — безмолвный коридор. Но я не стану горевать всерьёз, Ведь это только временный разрыв. Я верю: ты вернёшься, и до слёз Я обниму, всю боль твою забыв. Пусть дом молчит, но сердце говорит: «Она придёт, ты только подожди». И тишина, что здесь сейчас царит, Растает, словно дым, в моей груди.
Тишина без тебя Я в дом вхожу — и тишина вокруг, Как будто звук исчез из этих стен. Ты унесла с собой привычный круг Тепла и смеха, и теперь я плен. Твой голос эхом не звучит в ночи, И некому сказать: «Смотри, рассвет». Молчат часы, и даже свет свечи Не греет так, как ты. Тебя здесь нет. Но я не верю в долгую печаль, В разлуку без конца и без границ. Ты далеко, но сердцу всё же жаль — Я вижу тень твоих ресниц. Вернёшься ты — я знаю, верю, жду, И этот день — лишь пауза в судьбе. Я эту тишину переживу, Чтобы сказать: «Люблю. Иду к тебе».
Тишина вдвоём Люблю с тобой молчать о всяких пустяках, Люблю ловить твой взгляд в полночной тишине, Люблю, когда тепло в холодных наших снах, И звёзды шепчут нам о завтрашнем огне.
Тишина Заучат аккорды простые В безмолвной ночной тишине. И струны, такие тугие, Споют о грядущей весне.
Тишина в пустом доме Дом опустел, и тишина густая Заполнила все комнаты до края. Твой шарф на кресле брошен, как всегда, Он пахнет нами, словно мы вода. Твоя чашка на столе стоит И о тебе мне нежно говорит. Я не спешу убрать её, не смею, Пока дышу и всё ещё болею. Хожу по дому, словно в полусне, Твой голос слышу в каждой тишине. Разлука — это только лишь пауза, Мы встретимся, и снова будет музыка. И верю я, что скоро, очень скоро Откроешь дверь, и стихнет этот шорох. Разлука временна, я это знаю, Тебя люблю и нежно обнимаю.
Первый день без тебя Пустой наш дом, и тишина звенит, Как будто кто-то выключил весь свет. Твой шарф на вешалке ещё висит, Храня тепло и запах прошлых лет. Я не спешу, хожу из угла в угол, Всё жду, что ты вот-вот войдёшь с утра. Но только эхо повторяет глухо, Что задержалась в этот раз сестра. Твоя любимая чашка на столе, С недопитым остывшим кофе. Я вспоминаю о тебе, О нашей встрече и о нашем крове. И в этой тишине я слышу стук Своей души, что рвётся за тобой. Разлука — это временный недуг, Мы встретимся, и я приду домой.
Она не узнала Молчание длилось долго, Он умер — она не узнала. И не было в мире толка От горя, что не настало. Но где-то в осенней слякоти, В дождях, что стучат по крышам, Я слышу: шаги его мягкие Становятся всё тише, тише.
Немота Молчание длилось долго, Он умер — она не узнала. И в небе не вспыхнуло молний, И море не застонало. Всё было обычно и просто: Звонки, суета, воскресенья. И только на старом погосте Качались trees в отдаленье.
Долгое молчание Молчание длилось долго, Он умер — она не узнала. Ни звука, ни вздоха, ни шороха, Лишь время бесшумно таяло. И в комнате пахло пылью, И чашка стояла с чаем. А он уже был за былью, А ей ещё было рано.
Она не узнала Молчание длилось долго, Он умер — она не узнала. И тускло горела ёлка, И тень на стене дрожала. А годы текли, как вёсны, Смывая следы на снегу. И было во всём этом просто Так тихо, что я не могу.
Тишина Урала Урал наш цел, и мы снова в нём, за спиною семь тонн тишины. Мы вернулись в родимый дом, где нас ждут золотые сны.
✧ тег: тишина ✧