Стихи о разлуке

Неразрывность Но мы расстались, чтобы встретиться вновь — Ведь навеки в сердцах остается любовь. Нити наши сплелись, их не порвать вовек, Ты — мой свет, я — твой луч, мы — один человек.

Судьба Но мы расстались, чтобы встретиться вновь — Ведь навеки в сердцах остается любовь. Значит, так суждено, чтоб пройдя через ад, Мы друг друга нашли, как весенний рассад.

Обещание Но мы расстались, чтобы встретиться вновь — Ведь навеки в сердцах остается любовь. Этот мир разлучить нас с тобой не посмел, Если в каждой из нас этот пламень горел.

Свет надежды Но мы расстались, чтобы встретиться вновь — Ведь навеки в сердцах остается любовь. И сквозь бури и время, сквозь тысячи зим Я к тебе возвращусь, будто был я одним.

Вечная связь Но мы расстались, чтобы встретиться вновь — Ведь навеки в сердцах остается любовь. Пусть разлука длиною в бескрайние дни, Наши души друг друга находят в тени.

Встреча в разлуке Но мы расстались, чтобы встретиться вновь — Ведь навеки в сердцах остается любовь. Сквозь года и разлуки, сквозь боль и печаль Нас с тобой поведет за собой эта даль.

Звуки утешения Только музыка осталась, словно вечный талисман, От разлуки и печали, от обид и разных ран. В ней я нахожу спасенье, в ней я забываю боль, Музыка — моя стихия, моя главная роль. Каждый аккорд — как лекарство, каждый такт — как новый день, Музыка развеет тени, разгоняет злую лень. Пусть уходит всё плохое, пусть приходит лишь добро, Музыка — моё сокровище, моё второе нутро.

Вечный спутник Только музыка осталась, словно вечный талисман, От разлуки и печали, от обид и разных ран. В ней я слышу голос счастья, что когда-то был со мной, И она ведет дорогой, что зовется тишиной. Не нужны мне громких слов, только звуков чистый ряд, Музыка — мой верный спутник, мой затерянный свой брат. Пусть уходят все тревоги, пусть растает боль и страх, Музыка в моей душе звучит на всех семи ветрах.

Музыкальный талисман Только музыка осталась, словно вечный талисман, От разлуки и печали, от обид и разных ран. В ней тоска уходит в небо, растворяясь без следа, И становится нам легче, хоть и светит не звезда. Пусть слова порой не в силах передать всю глубину, Музыка берет за душу и ведет нас в вышину. В каждом звуке — откровенье, в каждой ноте — тихий свет, Музыка — моя опора, мой надёжный амулет.

Вечный пожар Любовь — мой рай, мой свет, мой вечный пожар, В ней я сгораю, но вновь воскресаю. Ты — моя музыка, мой гонорар, Сердце без ритма без тебя затихает. Я помню, как пальцы сплетались в замок, Как мир исчезал в поцелуе прямом. Теперь этот город беззвучно промок, Я ищу твоё имя в дожде за окном. Ты — мой пронзительный, искренний крик, Тихий рассвет и бессонная ночь. Я сохраню каждый прожитый миг, Чтобы тоску свою превозмочь.

Пальцы в замок Я помню, как пальцы сплетались в замок И мир замирал от простого касанья. Теперь этот город без тебя одинок, И я ищу след твой в любом очертанье. Ты — моя песня, мой тихий рассвет, Я буду хранить каждый прожитый миг. Ты — мой самый пронзительный, искренний крик, Сердце дрожит, не унять тишину. Любовь — мой рай, мой свет, мой вечный пожар, В нём сгораю и вновь оживаю. Ты — мой воздух, мой сладкий удар, Без тебя я себя не узнаю.

На прощание Детство в ладонях, гитара в руках, Мы с тобой пели, забыв про часы. В каждом аккорде – и радость, и страх, Словно из детства приветом красы. Ты уезжаешь, и вечер погас, Только гитара звучит в тишине. Я буду помнить твой голос и нас, В детство свое возвращаясь во сне.

Песня уходящего Заросший пруд и старая гитара, Мы в детство погружались с головой. Твои аккорды – словно дней гитара, Сейчас звучат, как будто бы впервой. А завтра ты уедешь на рассвете, Оставив только эхо у реки. Но в памяти останутся все эти Мгновенья, струны, детства огоньки.

Струны детства Босоногим мальчишкой я бегал с тобой, А вечером мы зажигали костер. Ты брал гитару, и песня рекой Лилась, унося нас в свой детский простор. Скоро уедешь, растает вокзал, Но струны на память оставят мотив. Я снова в детство бы с тобой убежал, Но поезд уносит, как лист, тороплив.

Вечер на скамейке На старой скамейке под кленом вдвоем Мы пели под гитару до темноты. Твой голос звенел, словно вешний ручей, А я вспоминал свои детства черты. Теперь ты уедешь, и стихнет наш смех, Останется в сердце лишь тихая грусть. Но в памяти будет тот вечер навек, Когда мы с тобою делили искус

Тайная любовь Я знаю, что ты замужем, но сердце не обманешь, Оно твердит мне каждый день: «Её ты не обманешь». Я вижу свет в твоих глазах, когда мы рядом, молча, И мысли о тебе во мне звучат все громче, звонче. Я представляю наш рассвет в уютной спальне где-то, Где чай с малиной на столе и в кружках стынет лето. Ты улыбнешься мне во сне, придвинешься поближе, А я шепну, что нет родней, хоть обойди Парижи. Мы будем спорить до утра о книгах и о фильмах, И забывать, что мир жесток в своих обычных стилях. Мы будем ссориться, мириться, и снова в любовь падать, И наши общие мечты никто не сможет крадить. Я знаю, это сложный путь, но верю — он возможен, Ведь для любви любой запрет ничтожен и ничтожен. Ты только верь, что всё пройдет, и я сорву оковы, Тогда наступит наше «мы», живое и здоровое.

Наедине с тобой Я знаю, ты чужая, но во сне Мы строим дом на берегу реки. Ты улыбнёшься тихо в тишине, Снимая с пальца кольца огоньки. Заваришь чай, поставишь на поднос, И дождь за окнами размоет грусть. Я соберу букет из белых роз, Хотя на месте быть я не решусь. Мы заведём щенка и рыжий плющ, Что оплетёт беседку до небес. Ты скажешь: «Милый, ни за что не пусть В наш тихий рай чужой войны и слез». Но утром вновь холодная кровать, И телефон молчит, как в забытьи. Я буду ждать и верить, что опять С тобой увижу звездные огни. Пока же ты в объятьях у него, Я здесь пишу стихи о нас двоих. И даже если нет пути в него, Я всё равно люблю и помню их.

Чужая невеста Ты замужем, но я пишу стихи, Где мы с тобой — одна семья навек. Сжигаю в печке прошлые грехи И представляю: ты и я — навек. У нас есть дом с камином у реки, Где вечером мы пьём горячий чай. И наши дети, словно мотыльки, Снуют по саду, весело встречай. Я помню твой задумчивый румянец И то, как ты смеёшься без причин. Мы оба знаем: жизнь — не детский танец, Но я готов ждать сотни зим. Ты будешь моей, пусть даже через годы, Когда поймёшь, что брак тот был пустой. Мы сбросим цепи, выйдем из невзгод, И станет мир наш чистой, новой той.

Без имени Я знаю: ты чужая, но в мечтах Я вижу нас с тобою навсегда. Забыв про боль, про время и про страх, Я создаю наш мир, где нет стыда. Там тихий вечер, мы вдвоём в саду, Твоя ладонь доверчиво в моей. Я говорю: «Смотри, я не уйду, Хоть сотни лет грозят нам из теней». А в доме нашем — свет и детский смех, И на плите твой яблочный пирог. Когда-нибудь мы обретём успех, Нас не осудит даже вечный Бог. Я знаю, что сейчас ты не со мной, Но в сердце я храню наш общий рай. Пускай года проходят чередой, Я буду ждать — и ты ко мне приди.

Тайный сад Ты смотришь в окно, а я в твои сны — Мы где-то, где нет ни имён, ни вины. Там белые стены и чай на двоих, И шёпот, как будто мы двое — одни. Я знаю, что кольца на тонких руках Сияют не мне, но в прозрачных веках Я вижу, как мы разводили сады И пели под ливнем, не зная беды. Твой муж — это тень, что растаяла вмиг, Когда я пишу тебе этот свой стих. А если однажды ты встанешь с утра И скажешь: «Пойдём, нам уже не до сна»? Я брошу всё к чёрту, покину свой дом, Мы сядем в машину с одним лишь рулём, Помчимся туда, где кончается свет, Где нас не найдёт ни примет, ни запрет. Ты будешь смеяться и трогать листву, Я буду читать тебе вслух синеву, Мы будем друг другу давать имена Там, где никому мы не будем должны. А город заснёт, и погаснут огни, Но мы не вернёмся — останемся дни В том самом саду, где в июльском тепле Мы сбудемся вслух, наяву, на земле.

Твой образ Когда-нибудь поставлю штамп в паспорте — жена, Рожу детей, но ты мне будешь не нужна? Неправда, рыжая, в душе моей тоска, Твой образ вытравить не сможет ни река. Я, может, откажусь от дальних странствий тут, Прогнусь под этот быт, что скучен и сердут, Но ночью, в свете лампы на столе, На старой кухне вспомню о тебе. Твои глаза — два карих океана, Где я тонул, не видя изъяна. И даже если жизнь пойдёт иначе, Тот поцелуй во сне моём судачен. Согреет ли меня чужой очаг, Когда в душе — лишь твой заветный знак? Я выйду замуж, стану мамой, да, Но не забуду рыжую — никогда.

Рыжуля Когда-нибудь я выйду замуж, рожу детей, Но, рыжая моя, тебя забыть не смей Надеяться — я образ твой в душе храню, Хоть жизнь другую, может, и приму. Возможно, откажусь от миграции, прогнусь Под русский быт, но в полночь окунусь Воспоминаний: лампа на столе горит, А я твой взгляд ловлю — он в тишине парит. На старой кухне, где часы стучат, Где мы вдвоём пили когда-то чай, Я вспомню, как смеялись до утра, И станет вдруг невыносимо жара. Твои глаза — в них карий омут, свет, В них столько нежности, которой больше нет. Другой маршрут, чужая мне земля, Но ты со мной, ты — родина моя. И пусть года стирают всё подряд, Твой облик в сердце — негасимый клад. Я замужем, с детьми, но по ночам К тебе несусь по звёздным я лучам.

Твой образ в тишине Когда-нибудь я выйду замуж, детей рожу, построю дом, Но, рыжая, тебя я не забуду — останешься ты сном. Возможно, откажусь от эмиграции, приму российский лад, Но ночью на кухне, при свете лампы, глаза твои горят. Я буду примеряться к роли матери и жены, Но в час, когда все спят, мне не до сна — мы снова влюблены В тот давний вечер, где смешались горечь и вино. Ты говоришь: «Я уезжаю». А мне всё равно. Пройдут года, я научусь прощать и забывать, Но каждый раз, когда луна заглянет в нашу гладь, Я вспомню, как ты целовала меня в плечо, И станет вдруг теплее, будто выпила горячий чай ещё. Детишки вырастут, муж станет сед и ворчлив, А я всё буду перечитывать твои слова навыворот. Ты — моя тайна, мой запретный плод, моя весна. И даже замужем я помню: жизнь лишь раз дана.

Рыжуля навсегда Когда-нибудь я выйду замуж и, может, детей рожу, Но, милая моя рыжуля, тебя я позабыть не смогу. Возможно, откажу от миграции, останусь тут, прогнусь под русский быт, Но ночью в свете ламп на старой кухне твой образ вдруг оживит. Ты помнишь, как мы спорили до хрипоты о всякой ерунде? Как ты смеялась, пряча веснушки в рыжих прядях? Везде Твой голос и сейчас звучит, когда за окнами метель. А замуж я выйду… ну и пусть. Ты — моя потеря и модель. Я научусь варить борщи и штопать детские носки, Но в тишине, когда уснут все домочадцы у тоски, Я выну старый снимок из конверта — выцветший, смешной, И прошепчу: «Рыжуля, ты осталась вечно молодой». Быть может, это малодушье — держать прошлое в плену, Но я без этих мыслей просто сойду с ума и кану. Ты стала частью воздуха, которым я дышу тайком. И ничего не поделать — мы связаны одним стихом.