Стихи про безысходность
В этой подборке собраны стихи, передающие чувство безысходности, тоски и отчаяния. Проникновенные строки помогут выразить ваши эмоции.
Стихи
Последний кандидат
Он пересёк пустые перевалы,
Где сумрак прячет лица и следы.
Искал бойца, чьи помыслы чисты,
Чтоб тот поднял упавшие завалы.
Но тени шепчут: «Нет, не тот, не тот», —
И гаснет свет, и путь ведёт во тьму.
А он идёт, упрямый, как и тот,
Кого найти не суждено ему.
Осколки вины
Осколки вины перед папой
Впиваются в сердце моё.
И кажется, жизнь — это заперть,
Где счастье не светит ничьё.
За той чертой
За той чертой нет ни добра, ни бога,
Там свет погас, и истина мертва.
Лишь бренный дух у мрачного порога
Твердит беззвучно страшные слова.
Там труд — ярмо, закон — пустая шутка,
И вертухай, как пёс, глядит во мгле.
Баланда — жизнь, и каждая минутка
Считает дни на каменной скале.
Ни душ, ни снов, ни счастья, ни рассвета,
Одна лишь тьма и привкус пустоты.
Но где-то там, вдали, теплится где-то
Огонь, что не задуешь ты.
Пайка
В том месте пусто, как в груди,
Ни бога нет, ни душ, ни света.
Там только бренный ход событий
И пайка — вместо пира лета.
Закон там спит, труд не в чести,
Зарплата — тень былых желаний.
Никто не скажет: «Отпусти»,
Никто не выйдет из молчаний.
Там каждый — сам себе судья,
Но суд вершит не он, а время.
И жизнь, как ржавая струя,
Течёт в безвыходное стремя.
Безымянный край
Там не встретишь ни бога, ни души,
Только тело, усталое тело.
И зарплата — сухая пайка,
Что за день до конца потемнела.
Там закон, как остывший чай,
И труд — как ненужный навык.
Никто не спросит: «Кем ты стал?»
Никто не вспомнит о главном.
Там время капает в песок,
Сквозь пальцы, серо и обычно.
И каждый день — как будто врок,
И каждый вечер — безразлично.
Но где-то теплится росток,
В груди, забитой пылью вечной.
Там нет ни бога — только ток
По проводам тоски беспечной.
Там, где не светит
Там нет ни бога, ни души,
Ни света в сумрачных оконцах.
Лишь тени бродят в полутьме,
Как отблески на тусклых лицах.
В руках — паёк, в глазах — туман,
Завод гудит, как зверь усталый.
Никто не помнит слова «храм»,
И труд здесь стал пустой забавой.
Зарплата — крошки со стола,
Закон — молчание и стены.
Здесь жизнь давно своё взяла,
Оставив только тлен измены.
Трамвайное кольцо
Город — грязное облако, серый туман,
Где трамвай не отыщет конечный свой стан.
Он кружит по кварталам, как будто во сне,
И звенит в проводах, как струна в тишине.
А вокруг проплывают дома и мосты,
И стираются лица, и гаснут мечты.
Только рельсы блестят, уводя в никуда,
Где рассвет не наступит уже никогда.
Последний маршрут
Я один иду по краю дороги,
И никто не спросит, куда и зачем.
Мои шаги — как пустые тревоги,
Растворяюсь в дымке, как сотни тем.
Я не жду чудес — их раздали до меня,
Остались лишь обрывки и тишина.
Догорает день, и уже не звонят,
Только эхо шепчет: «Ты здесь не нужна».
И когда закончится этот путь,
Я не попрошу ни огня, ни слёз.
Просто стану точкой — и не вернуть,
Средь безликих строчек и старых гроз.
Тихий счёт
Я всегда один, и это навсегда,
И чудес не жду — их не бывает тут.
За окном дожди, и в лужах провода,
Словно чёрный крест, начерченный на льду.
Я не верю в свет, не верю в тишину,
Только серый день ползёт в моё окно.
И я знаю: скоро я уйду ко дну,
Но и там, поверь, мне будет всё равно.
Не зови меня, я больше не приду,
Не ищи в толпе — я растворился весь.
Я иду один по тонкому льду,
И конец близнец — он уже здесь.
Пепел и смог
Древние боги — как старые тени,
Войны — их способ не спать по ночам.
Мы же — всего лишь размен на ступени,
Пепел и смог, возвращенный лучам.
Ирония в том, что никто не спасет
Тех, кто придумал спасать других.
Небо дымится, но дождь не идет —
Просто у богов выходной на двоих.
По кромке
Мы шагали наугад,
Пиная банки, падая в овраги.
С поднятым лицом плевали в рай,
Не понимая, что идём по аду.
И каждый шаг — как вызов пустоте,
И каждый вдох — глоток чужого дыма.
Мы целовали смерть на высоте,
Не зная, что она проходит мимо.
Теперь мы старше, но всё тот же путь,
Всё те же банки, те же буераки.
И рай молчит, и некуда свернуть,
И ад давно стал домом для бродяги.
Шёпот духов
Магический обряд свершая,
Запутает, заблудит, заведёт.
А если сильно забалует —
Обратный путь никто не обретёт.
Молчаливый приговор
В каждом слове спрятан яд,
В каждом шаге — новый след.
Ты молчишь, но этот взгляд
Говорит мне: выхода нет.
И в безмолвии ночей
Слышу я немой ответ,
Тень ложится на плечей —
Снова шепчет: выхода нет.
В каждом слове
В каждом слове спрятан яд,
В каждом шаге — новый след.
Ты молчишь, но этот взгляд
Говорит мне: выхода нет.
Я ищу в твоих глазах
Хоть намек на теплый свет,
Но змеится в них гроза,
И шепчу я: выхода нет.
Спираль
Я свернулся в клубок отчаяния,
Пальцы поджав под стопу.
Мир потерял очертания,
Я задыхаюсь в плену.
Стены сжимаются медленно,
Воздух тяжёлый, как смоль.
Сердце стучит отчаянно,
В горле застыла соль.
Хочется крикнуть, но некому,
Хочется встать, но нет сил.
Я превратился в некое
Нечто, что сам не просил.
Время застыло в прострации,
Тени ползут по стене.
Я свернулся в клубок отчаяния,
Словно чужой на Земле.
Последний трамвай
Последний трамвай уползает в депо,
Оставив на рельсах лишь отблеск и тень.
И мне почему-то уже всё равно,
Куда приведёт этот призрачный день.
Сгоревший мост
Мост сгорел, и путь закрыт,
Пепел в воздухе висит.
За рекой туман и тьма,
И назад дороги нет. Зима.
Разрушители
Что построили — мы разрушим,
Что пленили — мы отпустим,
Что ждали — мы упустим,
Что хотели — мы не купим.
Что клялись — мы не вспомним,
Что шептали — мы забудем,
Что любили — мы разлюбим,
Что хранили — мы погубим.
Так идём мы по дороге,
Где ни слёз, ни сожалений,
Только ветер в белом смоге
И осколки откровений.
Бездомный
Я как побитая собака —
Никто не скажет мне «прости».
Вокруг лишь холод и мрака,
И некуда мне идти.
Но всё же бреду я дальше,
Хоть лапы стёрты в кровь.
Ведь где-то есть уголок для счастья,
Где примут меня и любовь.
Последний заказ
У терминатора белая горячка,
Он в баре пьёт, хотя не может пить.
Соломинка торчит, как в поле пачка,
И хочется кого-нибудь убить.
Но цели нет, и миссия забыта,
Осталась только дрожь в стальных руках.
Судьба жестянки навсегда разбита,
И вечность отражается в зрачках.
Тишина в проводах
Я проснулся от шума дождя,
Но внутри всё равно тишина.
Эта жизнь не для меня, не моя,
И не ждёт никого она.
Стены давят, сжимают виски,
Воздух в комнате спёрт и тяжёл.
Я не чувствую больше тоски,
Просто вышел, ушёл, не нашёл.
На работе — безликие лица,
Разговоры ни о чём, ни о ком.
Мне бы в сон, в забытьё провалиться,
Стать невидимым, как мотылёк.
Я не помню, когда улыбался,
И не помню, зачем мне вставать.
Словно в детстве в игре затерялся,
Но не могут меня отыскать.
Вечерами смотрю в потолок,
Изучая узоры теней.
Я от мира сего далёк,
И никто не согреет, поверь.
Холод лезет в ладони и в грудь,
Заполняя пустые места.
Мне бы просто немного уснуть,
Но бессонница, как всегда.
Зима внутри
За окном фонарь мигает тускло,
Снег ложится серой пеленой.
В комнате моей темно и пусто,
Время застывает под стеной.
Я не помню, как звучит мой голос,
Как смеяться, плакать и дышать.
На душе застывший, колкий холод,
Никого не хочется прощать.
Дни ползут, как сонные трамваи,
Останавливаясь на кругу.
Я себя по частям собираю,
Но собрать, похоже, не смогу.
В зеркале чужое отраженье,
Мертвенный, безжизненный овал.
Где найти хоть искру вдохновенья?
Я давно её не замечал.
Телефон молчит, и это кстати:
Не нужны мне больше голоса.
Я застыл на жизненной кровати,
Как в лесу осенняя лиса.
Завтра будет то же, что сегодня,
Тот же снег, и тот же серый свет.
В пустоте моей квартиры холодно,
И надежды, кажется, уж нет.
Без отмычки
Уже привык быть один — больная привычка,
Сроднился с ней, как с тенью у дверей.
Я сомневаюсь, что есть другая сторона —
Там, где рассветы ярче и добрей.
И никогда не найду правильной отмычки,
Все стены — лёд, и не к чему прильнуть.
Осталось только слушать, как в ночи
Стучит по крыше одинокая капель чуть-чуть.
Непонимание
Внутри меня — тревожный зверь,
Он гложет, рвёт и не уймётся.
Я режу кожу, чтобы впредь
Хоть чем-то боль перебить.
Печать молчания на мне,
Никто не спросит: как ты, что ты?
И я не знаю, что же дальше,
И где искать мне поворот.
✧ тег: безысходность ✧