Стихи о мистике
Таинственные и загадочные стихотворения, погружающие в мир мистики и неизведанного.
Стихи
Зов веков
На Сокольей на горе вид захватывает дух,
Место силы, древней тайны, капище богов.
Это чувствовали предки, слыша зов сквозь круг,
И динозавры в стародавний век — без слов.
Сквозь эпохи
На Сокольей на горе дух захватывает вдруг,
Место силы, древней тайны, капище святое.
Это чувствовали предки, замыкая круг,
И динозавры в своей эре — всё было такое.
Древний зов
На Сокольей на горе захватывает дух,
Место силы, древней тайны, капище богов.
Это чувствовали предки, слыша зов сквозь круг,
И динозавры в стародавний век — без слов.
Соколья гора
На Сокольей на горе дух захватывает вдруг,
Место силы и преданий, древних тайн живой очаг.
Капище далёких предков, их безмолвный строгий круг,
Знали это даже ящеры в незапамятных веках.
Древняя тайна
На Сокольей на горе
Дух захватывает, друг:
Место силы в серой мгле,
Древней тайны вечный круг.
Эхо веков
На Сокольей горе, где захватывает дух,
Место силы и тайн, где времени круг.
Капище предков, их голоса слышны,
И динозавры здесь когда-то жили средь тишины.
Соколья гора
На Сокольей на горе дух захватит у меня:
Место силы, тайны древней, предков свет и тень огня.
Здесь и динозавры в эру чувствовали зов,
Отголоски их шагов — эхо прошлых голосов.
Голос из тьмы
Я отголосок древних сил,
Что разметали звёзды в бездне.
Мой шёпот время уносило,
Но искра тлеет в поднебесье.
Отголосок древних сил
Я отголосок древних сил,
Что разметали звёзды в бездне.
Мой голос в пустоте остыл,
Но эхо будит мир окрестный.
Куколка Дьявола
В детской на полке — немой талисман,
Кукла с секретом, с двойным дном.
Дьявол зашит, но ночной ураган
Всё повторяет: «Мы вместе с тобой».
Кукловод-дьявол смеётся в тиши,
Нитями вяжет по рукам и ногам.
Куколка, слышишь? Не надо, беги!
Но ты стоишь, обращаясь во тьму.
Куколка Дьявола
Куколка дьявола в белом плаще,
Глазки-бусинки смотрят в упор.
Кто-то незримый крадётся вообще,
И зашивает в фарфоровый взор.
Тонкие пальцы сжимают иглу,
Шёпот змеится по тёмным углам.
Куколка дьявола, я не могу
Больше не верить твоим голосам.
Куколка Дьявола
Ты моя кукла, и дьявол внутри,
Нитями водит, смеясь надо мной.
Что ни скажи — все слова пустыри,
Кукловод шепчет: «Теперь ты со мной».
Сердце из воска, а взгляд — как стекло,
Кто-то незримый играет во тьме.
Куколка дьявола, как же могло
Так получиться, что ты — не во сне?
Куколка Дьявола
В сумраке комнаты кукла сидит,
Белый фарфор, а внутри пустота.
Дьявол в иголке зашит и молчит,
Шепчет губами: «Ты только моя».
Ночь накрывает нас бархатным сном,
Тени танцуют на старом ковре.
Куколка дьявола помнит о том,
Как мы играли в аду на заре.
Кукла Дьявола
Она сидит на троне из костей,
В руке сжимая нить судьбы.
Её создатель — падший гений,
Бежавший от людской мольбы.
И каждый, кто коснётся куклы,
Услышит дьявольский мотив.
Но почему так горько плачет
Тот кукольный немой изгиб?
Кукла Дьявола
В витрине пыльной, за стеклом,
Стоит она в наряде алом.
Её назвали куклой дьявола,
Но взгляд её печально-алым
Горит огнём в ночной тиши.
Кто мастер? Чьи это грехи?
Она молчит, но в каждом шве
Таится шёпот о вражде.
Сон
Мне снилась кукла в чёрном платье,
С лицом из воска, без ресниц.
Она стояла у кровати
И наблюдала за мной ниц.
Я попыталась встать — не смогла,
Как будто тело — не моё.
Она беззвучно поплыла
И прошептала: «Ё-моё».
Проснулась в холодном поту,
В углу — она, с ухмылкой злой.
Я поняла: не сон. В аду
Есть куклы с дьявольской душой.
Теперь сижу и жду гостей,
А кукла в кресле — как своя.
И с каждым днём всё веселей
Глядит в глаза мне, не тая...
Наследство
Мне тётушка оставила в наследство
Старинный шкаф и куклу в нём — сюрприз.
У куклы взгляд тяжёлый, как злодейство,
И фарфоровый, застывший в гримасе каприз.
Я спрятала её на антресоли,
Но по ночам скрипит паркет, и вот —
Она сидит на краешке, и что ли
Мне шепчет: «Ты моя. Настал черёд».
Я не верю в чертей и в бабьи сказки,
Но почему тогда дрожит рука,
Когда она, прищурившись, с опаской
Глядит, как я листаю дневника
Страницы? Там — её портрет и дата.
И подпись: «Дьявол». И моя рука...
Кукла Дьявола
В витрине пыльной, за стеклом,
Стоит она — немой witness.
Фарфоровый оскал, излом
Бровей, и взгляд, как будто вызов.
Её нашли в пустом дому,
Где пахло гарью и золой.
Зачем, кому, и почему —
Никто не знает. Шепчут: «Твой».
И дети шепчутся в углу,
Что если куклу взять в ладонь —
Она шевелится в пылу
И в сердце зажигает огонь.
Но продавец молчит, как склеп,
И цену не спешит назвать.
А кукла смотрит — и нелеп
Мой страх. Пора идти. Мне б встать...
Кукла Дьявола
В лавке древностей, в углу,
Среди разбитых зеркал,
Она сидит в немом плену,
Как будто кто-то закричал.
Её глаза — два чёрных дна,
А губы сложены в иглу.
Искусна дьявола игра:
Я подхожу — и сам в углу.
Мне не уйти от этих рук,
Что вьют из нитей мой маршрут.
Она — мой страх, она — мой друг,
Кукла дьявола, замкнутый круг.
Кукла Дьявола
Она лежит в пыли чердачной,
Как брошенный кем-то оберег.
В улыбке — ужас, но невзрачный,
И в каждом шве — немой упрёк.
Её создатель был жесток:
Вложил в фарфор дыханье тьмы.
И вот теперь идёт молва,
Что куклы дьявола — не сны.
Я подниму её с пола,
Вдохну в неё живой огонь.
Но нить натянута, готова
Сорваться в бездну — мне не тронь.
Кукла Дьявола
В витрине пыльной, за стеклом,
Она стоит, как приговор.
Фарфоровый холодный лом,
В глазах — бездонный тёмный взор.
Её наряд — из бархата и тьмы,
А нити спутаны в клубок.
Мы с ней похожи, но не мы:
Я — плоть, она — немой пророк.
Кто дёргает за нить судьбы,
Когда слабеет тихий свет?
Я слышу шёпот: «Погоди,
Ты — кукла. Дьявола портрет».
Одинокий цветок
Среди озёр, где дремлют ивы,
Где месяц смотрится в волну,
Цветёт кувшинка, молчалива,
Храня ночную тишину.
Русалки резвые играют,
Вплетая в косы лунный свет,
Они кувшинку приглашают
В подводный свой немой балет.
Но неподвижен цвет невинный,
Он одинок среди воды,
Как странник, брошенный в пустыне,
Вдали от дома и звезды.
Он слышит их призывный шёпот,
Но не уходит в глубину:
Ему милей ночной полёпот
И одиночества луну.
И я, как он, в ночном просторе
Стою, безмолвен и один,
Ищу в волнах печали море,
Но не находит властелин.
Пускай русалки уплывают
В туман, где гаснет лунный свет,
Кувшинка белая не тает,
Храня свой гордый, тихий след.
Так и душа моя немая
Цветёт в безмолвии ночном,
Ничьей любви не принимая,
Под звёздным, призрачным плащом.
Кувшинка и русалки
В полночный час, когда туман клубится
Над гладью вод, и месяц льёт печаль,
Кувшинка одинокая глядится
В немую, бесконечную вуаль.
Вкруг озера русалки хороводят,
Сплетая косы в звёздной полумгле,
И песни их, как ветер, мимоходом
Рождают дрожь в заснувшей земле.
Они зовут её с собой в глубины,
Где сумрак и прохлада вечных вод,
Где спят цари, забытые дружины,
И время бесконечно, как и лёд.
Но белая кувшинка неподвижна,
Храня свою нездешнюю печаль:
Ей чужд их смех, их пляска ей не слышна,
Ей жаль чего-то, и чего-то жаль.
Она цветёт одна, в ночном молчанье,
И лепестки её — как белый снег,
И в этом одиноком увяданье
Есть гордый, безутешный человек.
Русалки уплывают в сумрак синий,
Их голоса стихают вдалеке,
А над водой, в серебряной пустыне,
Кувшинка светит, верная реке.
И я, как та кувшинка, одинокий,
Стою над миром, полным суеты,
Ищу в ночи следы любви далёкой,
Но только звёзды падают с высоты.
Так пусть же ночь хранит моё молчанье,
И воды спящие, и белый мой цветок,
Пока в душе не смолкнет зов прощанья,
Пока не завершится мой срок.
Попутчик
И трасса в дымке вьётся за окном,
В кабине тихо, будто мир уснул кругом,
Безмолвный силуэт в мерцании ночном
Пропал, не попрощавшись, в сумраке немом.
✧ тег: мистика ✧