Стихи-аллегории

Зеркало стаи Я видел, как стая птиц сжирала друг друга — Холодный, беспощадный, замкнутый круг. Перья в крови, глаза полны огня, И каждый клюв — оружие для племени, дня. Они друг друга грызли, теряя облик птиц, И не было ни крика, ни молитв, ни лиц. Лишь хрип и треск, и падающих тел, И в каждом взгляде — вызов: кто здесь уцелел? Я думал о людях: ведь мы ведь тоже так — Грызем своих же ближних, попав в тот же мрак. И в этой стае каждый — и палач, и жертва, И не мила нам доля, но привычна вера. Так что же мы? Лишь птицы, но с разумом вдвойне? Или одно и то же, как в этой дикой тьме? Я видел, как сжирали… и понял вдруг: В нас всех живет та стая — пожирающий друг.

Старуха-ночь Седая ночь, как старая колдунья, Рассыпала по небу серебро. Дрожит луна, вся бледная от лунных Пророчеств, что запали в ней хитро. Она плетёт из тишины узоры, Из шорохов — туманное веретено. Закрыла шторы, спрятала все взоры, Чтоб не было ни сплетен, ни кино. И город, как ребёнок в люльке, дремлет, Под одеялом из седых волос. А ночь ему колышет сказки древние, Где звёзды — это слёзы тёмных гроз. Под утро, утомившись, взгляд тускнеет, Седые пряди тают на ветру. Она уходит, но никто не смеет Сказать ей вслух: «Спасибо за игру». И вот уже рассвет кивает нежно, Сменяя ночь на утреннее «здравствуй». А нам остался след её безбрежный — Стихи, что мы читаем в одночасье.

Солнечные братья На окне подсолнух и колючий кактус, Два характера, две судьбы, но общий свет. Подсолнух тянется к теплу, как будто к счастью, А кактус прячет нежность от всех бед. В подсолнухе — семечко, надежда и ростки, Оно взойдёт, когда наступит срок. А кактус, хоть и в иглах, но внутри тоски Таит цветок, что распуститься смог. Им солнце — женщина, что светит и ласкает, Она дарует жизнь и красоту. И каждый по-своему её встречает, В ответ даря ей нежность и мечту.

Два цветка у окна Подсолнух и кактус — два разных цветка, Но оба стремятся к теплу и свету. Подсолнух — открытый, как будто рука, А кактус — в иголках, но тоже с секретом. Подсолнух хранит в сердце семечко-жизнь, Что может взойти, если дать ему волю. А кактус, хоть колкий, но в нём та же мысль: Раскрыться цветком, озарив свою долю. И солнце — их муза, их нежный кумир, Дарует им ласку, тепло и заботу. И каждый из них, словно маленький мир, Готов подарить ей свою красоту.

Солнечная пара В горшке на подоконнике два друга — Подсолнух и колючий кактус-молодец. Они глядят на солнце друг за другом, И каждый солнцу рад, как наконец. Подсолнух тянет листья к свету нежно, В его корзинке семечко таит. А кактус, хоть колючий и прилежный, Под лаской солнца нежно расцветит. Они похожи: оба жаждут ласки, Им солнышко дарует свой привет. И в каждом есть сокрытые прекрасны Цветы, что распускаются в ответ.

Цветы и шипы Есть на свете девушки-цветы, Что манят ароматом нежной лести. Сорвать их жаждем в мире суеты, Забыв про осторожность, гордость, чести. Есть те, что расцветают лишь в саду, За ними мы с любовью ходим кротко, Стирая с лепестков судьбы беду, Храня покой их нежной, тонкой ноткой. Но есть и те, чей лик — дурман теней, Как мухоловка, створки распахнув, Сквозь холод хищных, призрачных огней Зовут к себе — и губят, лишь прильнув. Не торопись сорвать любой бутон, Вглядись в шипы, что прячутся под ними. Иначе станешь сам в беду влюблён, Пленённый ложью, как в сетях незримых. Но если встретишь ту, что сердцу мила, Чья красота — не маска, а сиянье, Бери её, как дар из рук тепла, И береги, как жизни обещанье.