ГенераторСтихов 2.0

Стихи о героизме

Здесь собраны стихотворения, посвящённые героизму. Они рассказывают о смелых поступках и силе духа.

Стихи

Голос героя Роланд сказал: «Друзья, наш час настал. Пусть каждый здесь покажет, что он стóит. За Францию, за Карла!» — прокричал И рог поднёс к губам, трубя тревогу.
Последний бой Роланд сказал: «Друзья, наш час настал. Пусть каждый здесь покажет, что он стоит. За Францию, за Карла!» — прокричал, И пал в бою, но враг не позабыт.
Клич Роланда В ущелье Ронсеваль, где скалы встали Стеною серой, преграждая путь, Отважный Роланд весь в броне и в стали, Готов за Францию принять и смерть, и жуть.
Песнь о Роланде В ущелье Ронсеваль, где ветер воет, Где скалы прячут солнце в облаках, Отряд французский встал не ради боя — Чтоб прикрывать отход в чужих руках. Роланд, отважный племянник Карла, Держал в руке свой верный Дюрандаль. Его душа отвагой пылала, Но он не ведал, что пришла печаль. Враги нахлынули, как волны моря, Их копья солнце заслонили вдруг. «Труби, Роланд! — Оливье шепчет с болью. — Пускай услышит Карл наш верный друг!» Но гордый рыцарь отрицает помощь: «Не стану звать, пока могу стоять. Мой меч ещё не знает слова „сдаться“, И мне не стыдно будет умирать». И битва началась. Мечи звенели, И кровь лилась на каменистый склон. Французы бились, но враги сумели Прорвать ряды со всех сторон. Уж много сарацин лежит в ущелье, Но всё ж отряд редеет с каждым днём. Роланд трубит, и звук летит в ущелье, Но Карл далеко — не прийти на зов. Он бьётся, пока силы не иссякли, И меч его разит врагов вокруг. Но вот уж стрелы в воздухе не смолкли, И падает оружие из рук. Роланд упал лицом к земле сырой, Под ним его меч, верный друг в бою. И небо плачет над его судьбой, И горы вторят горю моему.
Роланд в Ронсевальском ущелье В ущелье Ронсеваль, где скалы встали Стеною серой, преграждая путь, Отряд французов, верный долгу, встал, Чтоб тыл прикрыть и дать другим уснуть. Роланд сжимает Дюрандаль в руке, Клинок сверкает в предзакатной мгле. Врагов несметных рати вдалеке — Их копья тонут в дымной полумгле. «Труби, Роланд! — кричит Оливье брат. — Зови на помощь Карла, он недалеко!» Но гордость шепчет: «Нет, не виноват Я в том, что враг застал нас так жестоко. Мой меч не для того, чтоб звать подмогу, Пока могу стоять и биться сам. Я не запятнаю свою дорогу Мольбой о помощи, назло врагам». И битва закипела. Звон клинков, И крики, и предсмертный хрип коней. Отряд редеет, но среди врагов Роланд разит всё яростней и злей. Уж семь атак отбито, но враги Всё наступают, свежие полки. И вот, когда уж силы не в мозгу, Роланд трубит — и звук летит в пургу. Карл слышит зов, но поздно — слишком поздно. Роланд один, и смерть его близка. Он бьётся, но уже не так, как в грёзах, И кровь течёт с разбитого виска. Упал Роланд лицом к земле сырой, Под ним его верный меч, его опора. И небо плачет над его судьбой, И горы стонут от немого укора.
Роланд в ущелье В ущелье Росенвальском сумрак пал, И воздух стал тяжёл, как будто камень. Роланд на скалы взгляд свой поднимал, И меч в руке горел, как будто пламень. «Труби, Роланд! — твердил ему Оливьер, — Зови на помощь Карла, государь мой!» Но гордый граф, отвагой опьянён, Ответил: «Нет, не стану я напарником. Мой меч Дюрандаль верен и остёр, И враг познает силу нашей стали. Пускай враги запомнят этот день, Как мы за Францию достойно пали». И вот на них обрушилась лавина — Несметных мавров тёмные ряды. Звенел клинок, и трескалась стремнина, И кровь текла, как талая вода. Роланд разил направо и налево, И пыль столбом вздымалась до небес. Он бился, как лев, исполненный гнева, И враг пред ним в испуге отступал. Но вот уж пали многие из свиты, И сам Роланд изранен и устал. Тогда рог поднял он, моля защиты, И зов его над пропастью восстал. Услышал Карл могучий звук далёкий И повернул свои полки назад. Но было поздно: в сече жестокой Погиб отважный граф, святой солдат. Так пал Роланд, защитник милой Франции, С мечом в руке, не отступив ни в чём. И песнь о нём звучит в веках, как станция, Где доблесть светит негасимым днём.
Роланд в Ронсевальском ущелье В ущелье Ронсевальском сумрак синий, И воздух густ от пыли и жары. Отряд французов, словно остров в тине, Стоит, сжимая копья до поры. Роланд глядит на скалы, на дорогу, На знамя, что трепещет в вышине. Он знает: мавров несметенное войско Идёт сюда, как море по стене. «Труби в свой рог, — Оливье говорит, — Пускай услышит Карл и повернёт!» Но гордый граф, чей взор огнём горит, Ответил: «Нет! Позор меня сожжёт. Не для того мой меч Дюрандаль дан, Чтоб звать на помощь, прячась в тень знамён. Мы примем бой, и пусть густой туман Окутает долины склон. Друзья, сомкнём ряды! Врагов не счесть, Но Франция за нами, как стена. В нас доблесть есть, и верность есть, и честь, И смерть в бою почётна и ясна». И вот с холмов, как саранча, враги Спускаются, сверкая сталью кос. Французы бьются, стиснувши клинки, И кровь врагов питает щебень рос. Уж сломан меч, и рог трещит в руке, И звон стоит над пропастью глухой. Роланд трубит в последнем далеке, Чтоб Карл услышал зов его трубой. Но поздно: враг вокруг, и стрел поток Пронизывает воздух, как гроза. Роланд падёт, но не наступит срок Забыть, как в битве сверкала слеза. Он ляжет на траву, лицом к врагу, Сжимая меч, и ветер над горой Развеет славу, что в веках сберёг Народ, хранящий память о былом.
Таманский берег Над Таманью ветер солёный и злой, Волны бьются о камень седой. Здесь Суворов и Ушаков рядом стоят, Их потомки с любовью хранят. Штык и парус, отвага и честь, В этой бронзе слились они здесь. Сквозь века пронесли они славу свою, Защищая родную землю в бою. Пусть гремит над проливом волна, Не померкнет героев звезда. Их дела — это наша страна, Их победы — на все времена.
Он вернулся с войны Я не видел его никогда, Только слышал рассказы родных. Как он шёл через грязь и огонь, Как он вынес товарищей своих. Как в атаку ходил под пулями, Как в разведку полз в темноте, Как писал домой: «Скоро вернусь я, Только вы дождитесь меня». Он вернулся с войны с наградами, Но о них говорил нехотя. Говорил: «Просто делал, что должен, Просто Родину шёл защищать». Он сажал тополя у дороги, Он учил меня правде простой: Что герой — не тот, кто без страха, А тот, кто боится — и всё же идёт в бой. Я горжусь своим прадедом молча, Не кричу об этом на весь свет. Но в груди моей — тихая гордость, Что во мне его кровь и его след. Он — пример для меня на всю жизнь, Он — мой компас в туманной дали. И спасибо ему за победу, За весну, что мы вновь обрели. Пусть прошло много лет, но я помню, И я буду потомкам передавать: Что герой — это тот, кто однажды Смог себя для других переплавить.
Солдат из прошлого Мой прадед был простым солдатом, Он не мечтал о орденах. Он шёл в атаку с автоматом, Держа в руках лишь страх и страх. Но нет, не страх – он был отважным, Хотя боялся, как и все. Он знал, что смерть гуляет рядом, Но шёл вперёд навстречу ей. Он защищал свою Отчизну, Свою жену, своих детей. Он не хотел войны и крови, Но был солдатом до костей. В окопах грязь, в глазах усталость, Но он не сдался, не ушёл. Он верил в то, что справедливость В конце концов найдёт своё. И вот весна, и вот победа, И вот он снова дома, жив. Но не забыть ему те беды, Тех, кто остался там, в живых. Я помню прадеда седым, С морщинами и добрым взглядом. Он говорил: «Война – не слава, Война – это лишь боль и ад». Но всё же я горжусь им, знаю, Он герой, хоть и не кричал. Он жизнь отдал бы за Отчизну, И он её не предавал. Теперь его уж нет со мной, Но память бережно храню. Я расскажу своим потомкам Про прадеда, про ту войну. Герой – не тот, кто без изъяна, Герой – кто выстоял в беде. Мой прадед был таким солдатом, И я горжусь им, как никем.
Флотский след Мой прадед служил на Балтийском флоте, В войну он ходил на морском охотнике. Я знаю о нём по рассказам всего лишь, Но память о нём для меня всего дороже. Он был молодым, когда грянула весть, Что враг наступает, что Родине месть. Он встал в один строй с миллионом парней, Чтоб небо над нами осталось светлей. В холодных волнах, среди мин и огня, Он нёс вахту зорко, Отчизну храня. Конвои водил сквозь блокадный туман, Спасая от голода город и план. Я вижу его на посту у орудья, Где ветер солёный хлестал в изголовье. Он падал, вставал и снова вперёд, За нашу свободу, за наш народ. Вернулся с войны он с медалью «За море», С осколком в плече и с печалью во взоре. Он редко о прошлом рассказывал вслух, Но в каждом молчанье — величие духа. Я помню его постаревшим и седым, С улыбкой, с трубкой, с сердцем простым. Он не любил громких слов о войне, Но подвиг его живёт в глубине. И я, его правнук, горжусь до сих пор, Что он был моряком, что он был храбрецом. Герой — не тот, кто кричит о себе, А тот, кто свой долг исполнял на войне. Пока мы храним их истории, лица, Пока наша память, как вечная птица, Летит сквозь года, не давая забыть, — Герои бессмертны. Им вечно служить.
Наследство В альбоме пожелтевшем — фотография: Матрос, бескозырка, строгий взгляд. Мой прадед, твой путь — это история, Которую помнит каждый солдат. Ты воевал на море, не на суше, Где волны — как стены, а ветер — как враг. Ты вынес всё, что вынести нужно, И не отдал фашистам наш флаг. Я не успел сказать тебе спасибо, Но в сердце моём — твой подвиг жив. Ты — мой герой, и это не просто слово, А память, что я пронесу через жизнь.
Морская душа Мой прадед служил на флоте, В суровые годы войны. Он знал, что такое штормы, И дни, что были темны. Он видел смерть и пожары, Но выстоял, не отступил. Он верил в победу свято, И родине верен был. Я горд, что во мне его кровь, Что мужество — в наших сердцах. Герой — не просто слово, А жизнь, что прошла в боях.
Бескозырка На старом снимке — бескозырка, И ленточка, и якоря. Мой прадед молод, смотрит зорко, В глазах — солёная заря. Он в сорок первом вышел в море, Когда война пришла в наш дом. Он нёс на хрупких плечах горе, Но не сломался под огнём. Я не видал его ни разу, Но помню подвиг по рассказам. Он для меня — пример и свет, Герой, чей путь — святой завет.
Он не вернулся с той войны Мой прадед не вернулся с той войны, Остался где-то подо Ржевом. Но письма, что писал он до весны, Хранят его почерк неровный. Бабуля говорила мне не раз, Как он любил рассветы над рекою. Но в сорок первом пробил грозный час, И он ушёл, закрывшись с головою. Он не увидел, как родился сын, Как внуки подрастали и взрослели. Но он сражался, и не он один, Чтоб мы сегодня песни эти пели. Герой — не тот, кто громко говорит, А тот, кто тихо отдаёт всё миру. Мой прадед жив, пока во мне горит Его любовь и верность ориентиру.
Прадедушкин маршрут Он ушёл на фронт в сорок втором, Оставив дом и юный смех. Письмо писала мать с трудом, А он шагал сквозь дым и снег. Под Курском выстоял в огне, В окопе мёрз, но не сломался. Он думал о родной стране, Хотя в атаку шёл без фальши. Вернулся с орденом на груди, Простой солдат, не генерал. Он говорил: «Всё позади», И никогда не унывал. Я не забуду тех дорог, Где прадед мой героем стал. Он был не бог, но он берёг Тот мир, что нам потом отдал.
Наследство Мне не досталось от него награды, Ни ордена, ни звонких медалей. Но я храню, как самое святое, Молчание его последних дней. Он воевал не ради пьедестала, А чтобы дети не слыхали взрыв. И если б время вспять назад отмотать, Он снова б встал, собой врага закрыв. Герой — не тот, кто громко говорит, А тот, кто тихо делает своё. Мой прадед был солдатом — и горит В моей груди бессмертие его.
Фотография в рамке В альбоме пожелтевшем, в рамке старой, Глядит с портрета воин молодой. Он не вернулся с фронта, но недаром Он защитил наш город и покой. Его шинель, наверно, пахла дымом, А руки знали тяжесть и свинец. Он шёл вперёд сквозь страх невыносимый, Чтоб положить войне этой конец. Я не успел услышать его голос, Но знаю: он не прятался в кусты. Он нёс, как крест, свой воинский свой пояс, И не сломался под напором тьмы. Герой — не тот, кто выжил, а кто пал, Кто жизнь отдал за нас с тобой, за всех. Мой прадед до конца в окопе ждал И верил в нашу будущую смех.
Прадед Мне двадцать лет, а прадеду — навечно. Он в сорок первом встал под пули сам. В окопах грязь, и небо бесконечно, И письма шли к далёким адресам. Он не мечтал о славе и наградах, Он просто жил, когда гремел металл. В его глазах — огонь и боль утраты, Он до Берлина с боем дошагал. Я не видал его живым ни разу, Но фотография висит в углу. Я знаю: он прошёл сквозь смерть и грязь, Чтоб я сегодня жил в родном дому. Герой — не тот, кто громче всех кричит, А тот, кто долг свой до конца несёт. Мой прадед был солдатом — и молчит В моей груди, как вечный пулемёт.
Снова герой Он снова стал собой — не за монету, А потому что мир спасти — его стезя. Отряд за ним, и в этом — сила духа, Герой не тот, кто бьётся, а кто встал.
Мясо и сила Все ищут титана, мясо, сильных, А рядом — обычный герой. За улыбками лжи и обмана Он прячет свой подвиг простой. Не тот, кто кричит о победе, А тот, кто без слов помогает. И в этом безумном соседстве Титан себя сам открывает.
Титановый рассвет Маришка, ты — щит для союзных рядов, Твой голос — приказ, твоя воля — закон. Сквозь пепел и пламя, сквозь грохот оков Ведёшь нас к рассвету, где враг сражён. Мы вместе прошли и огонь, и металл, И звёздную карту, и бездну руин. Ты — сердце альянса, ты — наш пьедестал, Маришка, герой из бесчисленных битв.
Крот и герои Ходы кривые роет Подземный умный крот. Нормальные герои Всегда идут в обход! Нормальные герои Всегда идут в обход! В обход идти, понятно, Не очень-то легко. Не очень-то приятно, И очень далеко! Не очень-то приятно, И очень далеко! Зато так поступают Одни лишь мудрецы. С обходом подступают Одни лишь храбрецы! Глупцы, героя строя, Бросаются вперед, Нормальные герои Всегда наоборот. Нормальные герои Всегда наоборот. И мы с пути кривого Обратно не свернем, А надо будет снова Пойдем кривым путем! А надо будет снова Пойдем кривым путем!
Баллада о кривых путях Ходы кривые роет Подземный умный крот. Нормальные герои Всегда идут в обход! Нормальные герои Всегда идут в обход! В обход идти, понятно, Не очень-то легко. Не очень-то приятно, И очень далеко! Не очень-то приятно, И очень далеко! Зато так поступают Одни лишь мудрецы. С обходом подступают Одни лишь храбрецы! Глупцы, героя строя, Бросаются вперед, Нормальные герои Всегда наоборот. Нормальные герои Всегда наоборот. И мы с пути кривого Обратно не свернем, А надо будет снова Пойдем кривым путем! А надо будет снова Пойдем кривым путем!
✧ тег: героизм ✧