ГенераторСтихов 2.0

Стихи о биографии

Стихотворения, рассказывающие о жизненном пути. Откройте для себя поэзию судьбы.

Стихи

Восемь имён Восемь имён, как восемь свечей, Восемь теней на стене. Он был ветром среди полей, Но не мог удержаться нигде. Анна — первая, тихий свет, Сын и боль, и разлука в дверях. Он оставил ей алый след, Но ушёл, как уходит заря. Зинаида — театр, гроза, Смех и слёзы, и страсть до утра. Он смотрел ей в глаза, но назад Не вернулся — такая игра. Айседора — танец и шёлк, Заграница, свобода, полёт. Он любил её, но не мог Позабыть, где берёза поёт. Софья — холод и тишина, Дом, где каждый был сам по себе. Он шептал: «Ты мне больше не жена», И скрывался в ночной толпе. Галина — прощенье и грусть, Последний приют и тепло. Он сказал: «Я к тебе вернусь», Но ушёл, как уходит зло. Надежда — случайный роман, Мимоходом, как поезд, как дым. Он дарил ей строчку, как талисман, И терял её в городе золотом. Вера — сестра, и не та, Что ждала у порога с крестом. Он искал в ней покой, но была не та, И расстались они под чужим мостом. Восемь имён — восемь свечей, Восемь дорог в никуда. Он был гений, но был ничей, И стихи его — навсегда.
Восемь женщин Есенина Восемь женщин — восемь главных встреч, Восемь судеб, сплетённых с судьбой. Он умел в них огонь и печаль разжечь, И уйти, и остаться самим собой. Первой — Анна, тихая, как рассвет, Подарила сына и горечь разлук. Он смотрел на неё сквозь сигаретный свет, Но уже примерял свой дорожный круг. Второй — Зинаида, актриса, гроза, Что любила сцены и жарких фраз. Он бросал ей розы и бил в глаза Правдой, которую прятал про запас. Третьей — Айседора, танец и шёлк, Заокеанский ветер, чужой язык. Он в Париже от счастья почти что умолк, Но в Москву его звал березовый крик. Четвёртой — Софья, молчанье и лёд, Дом, где не было места стихам. Он бежал от неё в ночной переплёт, Оставляя ключи по чужим стопам. Пятой — Галина, преданный взгляд, Что прощал и измены, и горький бред. Он шептал ей: «Ты — мой последний сад», Но уже примерял свой последний плед. Шестой — Надежда, случайный роман, Мимоходом, как поезд, как дым. Он дарил ей строчку, как талисман, И терял её в городе золотом. Седьмой — Вера, сестра, и не та, Что ждала у порога с крестом. Он искал в ней покой, но была не та, И расстались они под чужим мостом. Восьмой — Исидора, или мечта, Что осталась в блокноте, в стихах. Он ушёл в декабре, и легла черта, И осталась Россия в его глазах. Восемь женщин — восемь дорог, Восемь жизней, спетых в ночи. Он ни с кем до конца быть не мог, Но стихи его — вечные, как лучи.
Голливудская звезда Она вошла в сиянье софитов, Как будто свет сама принесла. Улыбка — вспышка, взгляд — магнитом, Толпа у ног её полегла. Но под улыбкой — трещинка боли, И ночь без сна, и страх в груди. Ей не хватало простой воли — Быть просто Нормой, а не звездой в пути. Её любили миллионы, Но кто любил, когда молчит? Она искала в жизни кроны, А получила лишь гранит. И всё же свет её не гаснет, Он в кадрах плёнки, в тишине. Она — легенда, но контрастней Звучит правда о ней вдвойне.
Отличник по жизни Две пятёрки — как два крыла, В пятьдесят пять душа светла. Выкса, октябрь, листопад, Детство, коленки, подорожник — назад. Дед Иван: рубанок, пила, Стружка пахла, как жизнь, тепла. С сестрой по улицам в войнушку, Магнитофон «Вега» — первая стружка. Кремлёвский полк, почётный караул, Мавзолей, шаг чеканный — не прогул. ВМЗ, где сталь и гудки, Элечка — сердце, любовь на века. Два сына, две дочки, четыре внучки, Дом, банька, гости, лесные пучки. Самовар, уазик, охотничий путь, Нота — собака, верный друг, не забудь. Захар на рыбалку, Евгений — дом, Купола в Новодмитриевке — под небом, крестом. Храни Господь, благая лета, Александр, отличник, юбилей — это да!
Пятьдесят пять В октябре, когда листья кружат над Выксой, Родился мальчишка — будущий мастер. Пятьдесят пять — это двери в открытый мир, Где каждая цифра — как новая глава. Дед Иван с детских лет приучал к рубанку, Стружка вилась, как седые усы. Мы с сестрой по улицам бегали в войнушку, Подорожник лечил разбитые коленки. В юности купили магнитофон «Вега», На дискотеке гремел первый медляк. Служба в особом кремлевском полку — Рота почетного караула у Мавзолея. Потом ВМЗ, где гудки и сталь, Встретил Элечку — любимую жену. Два сына, две дочки, четыре внучки — Дом построил, банька топит гостей. Лесной чаёк, самовар, уазик, Охотник: зайчишка, глухарь, утки. Собака по кличке Нота — верный друг, Сын Евгений по примеру дом в деревне срубил. С младшим Захаром на рыбалку вдвоём, Помогал возводить купола в Новодмитриевке. Храни Господь, многая и благая лета, Александр, отличник по жизни, с юбилеем!
Дорога длиною в жизнь Белогорск, Хабаровский край — Там начало пути и мечты. А потом — как ворота в рай — Уфа, лес и раздолье воды. Он мальчишкой кудрявым рос, Пел, стихи сочинял, мяч гонял. За «Строитель» играл всерьёз, Голы в сетку легко забивал. Бриолином мазал вихры, Танцевал до упаду, и вновь Убегал от утренней мглы По лыжне, где скрипела кровь. Английский учил и любил, Но однажды встретил её — Ту, с которой в Омске прожил, Разделив на двоих жильё. Дети, внуки — его тепло, Мудрость, свет и простой совет. Время быстро, как река, текло, Но в душе не погас рассвет. Он и ныне бодр и румян, Секрет долголетия прост: Не считай ни побед, ни ран, А живи, пока сердце поёт.
Мальчишка из Белогорска В Белогорске, где сопки и лес, Где Амур разливается вдаль, Он родился под купол небес, И в глазах загоралась даль. А потом переезд — и Уфа, И леса, и крутые хребты. Для мальчишки кудрявого — рай, Где сбываются детские сны. Он гонял мяч по росной траве, Пел под гитару в кругу друзей, За «Строитель» играл в синеве, Забивая голы веселей. Бриолинил вихор по утрам, Танцевал, словно ветер, легко. По лыжне уходил к вечерам, А назавтра — опять далеко. Он девчонок любил и язык, Но нашёл лишь одну, навсегда. В Омске с ней он и дом воздвиг, Где звучали и смех, и слова. Пролетели десятки лет, Но в глазах — тот же юный свет. Он разгадал долголетия секрет: Дарить близким тепло и совет.
Служба в 5134 В/ч пять один три четыре — не просто номер, Это судьба, это жизнь, это дом. Он был там врачом, а потом стал начмедом, Заботясь о каждом, кто в части знаком. От осмотра призывников до медкомиссий, От простуд до серьёзных хирургических дел. Он вёл свою вахту без лишних амбиций, Но полк без него бы, пожалуй, болел. И годы прошли, как солдаты в строю, Он вырос в звании, в должности, в знаньях. И помнит та часть, как служил он в бою С болезнями, с болью, с людскими страданьями.
Ради них Приют запомнил крик и холод, Побои и пустой живот. Но я остался жив и молод, Нес в сердце свой нелёгкий ход. Однажды девочку от зверя Я грудью заслонил своей. Попал в больницу, чуть не веря, Что выживу среди теней. Травма срослась, но шрам остался, Напоминаньем о борьбе. Я, несмотря на всё, поднялся, И жизнь открылась мне в судьбе. В двадцать пять встретил я жену, И сына мне она дала. За них я выполню весну, Пусть жизнь порой была зла. Я с гордостью иду вперёд, В глазах их свет — моя броня. Любовь спасла от всех невзгод, И вот стою я у огня.
Свет из тьмы С детства боль и слёзы в приюте, Униженья, голод и страх. Только помнил я о минуте, Когда свет зажгётся впотьмах. Девочку от зла заслонил я, Сам в больнице, кости в бинтах. Но внутри надежду хранил я, Что не сгину в серых крестах. Годы шли, я креп и не падал, Шрамы битв носил на себе. В двадцать пять всю жизнь я наладил, Стал мужчиной в полной борьбе. Мой сынок и нежная жена — То, ради чего я живу. Через тьму я нёс их знамена, С гордой болью в сердце — плыву.
Из Няндомы в Емцу Из Няндомы, где куры-синюшки, И мамоны — народ озорной, Ты уехала в Ярославль на учёбу, Чтоб вернуться в Емцу к нам весной.
Пятьдесят — только начало Детский сад, школа, институт — Ты прошла нелегкий путь. Мама, Катя, папы нет, Но ты выстояла, свет. Бухгалтер, экономист — Нефть, отчеты, цифр лист. А потом сюрприз судьбы: Софья — дочка от любви. Вместе с мамой подняла, В школу дочка в год пошла. Трудности — не повод ныть, Научилась жизнь любить. С юбилеем, в пятьдесят Пусть глаза твои горят! Счастья, мира и добра, Чтоб смеялась ты с утра!
Жизненный путь Село Силкино, горы и леса, Там Валюша явилась на свет. С мамой Анной, братом, сестрой Переехали в Луговое — привет. На Коклягина, берег крутой, Река Тура течёт вдаль. Школа, книжки, первый конспект, Бухгалтером стала — не жаль. Олег Константинов — друг и жених, В 68-м кольцо на руке. 57 лет — не разлучить их, Сыновья на свет родились в тоске. Внуки, дача, цветы и уют, Хозяйка, жена, мать, соседка. Валентина — душа всей семьи, Пусть жизнь её будет сладкой и редкой.
Валюшина судьба Родилась в Силкино, где горы и леса, Семья переехала в Луговое — в чудеса. На улице Коклягина, над рекой Тура, Детство пролетело, как будто вчера. Училась на бухгалтера, жизнь нелегка, Но встретила Олега — верного дружка. В 68-м свадьба, 57 лет вдвоём, Дом и уют создали, счастье в нём. Сыновья родились, опора для семьи, Внуки народились — радость всей земли. Дачница, хозяйка, бабушка, жена, Валентина Макарова всем нам нужна. Соседка и родня, пример для всех вокруг, Трудом и добротой завоевала круг. Пусть жизнь её, как речка, течёт вперёд, Здоровья, счастья, мира на много лет вперёд.
Отец. Детство и Целина Сороковой — начало всех начал, Отец родился в самый год войны. Он имя Николай сперва носил, Потом стал Игорем — как знак весны. Детство его прошло в дыму и слезах, Но выжил он, окреп и в школу пошёл. Учился на механизатора в полях, Чтоб трактор стал судьбой его и сёк. Алтайский край, целинные края, Он пашет землю, сеет и растёт. В степях, где ветра вольная струя, Он хлеб стране, как сын её, даёт. Пять четверостиший — малый срок, Чтоб жизнь отца вместить, как в краткий стих. Но каждый образ в памяти глубок, И в сердце я храню рассказ о них.
Судьба отца В сороковом родился мой отец, Он прожил детство в огненные годы. Звался Николкой, стал Игорем в итоге, Сменил он имя — жизни образец. Он школу кончил — стал механизатор, И на Алтай, в поля, уехал жить. Целину пахал, как настоящий ратник, Чтоб хлеб стране и людям послужить. Степные дали, ветер и простор, Тяжелый труд, но гордый и свободный. Он помнил детства боль и тот укор, Что выжил он в войне, в судьбе народной. Теперь его уж нет, но в сердце след: Отец мой — человек из тех времен, Что вынесли и горе, и побед, И в памяти остался, как знамен.
Биография отца В сороковом году родился мой отец, Детство его прошло в огненные годы. Был в детстве Николай, а после школы — Игорь, Сменил он имя — символ новой свободы. Учился на механизатора, познал Работу трактора и грохот поля. На целине в Алтайском крае он Взрастил свой первый хлеб, свою любовь и волю. Земля давала силу и покой, Хотя порой была жестка и сурова. Отец мой стал мужчиной и герой, Храня в душе тепло родного крова. Теперь я знаю: каждый его шаг Был выстрадан трудом и добротой. И в сороковом родился мой отец, Чтоб жизнь прожить с открытою душой.
Для мамы Шестьдесят пять лет назад в селе Медяково ты родилась, В Новосибирск переехала, судьбу нашла. Анатолий стал мужем, дочка Ирочка явилась, И жизнь твоя трудом и любовью расцвела. На «Корсе», в пельменной, в столовой школы — везде ты, Обувь, огород, забота о семье. Внуки Ромочка и Кирюша — новые рассветы, Ты наша опора, мама, в радости и в беде.
Семья и труд Родился в Мордовии, рос в многодетной семье, Переехал с родителями в Черемховский район. После школы — ПТУ в Ангарске, армия в судьбе, Завод нефтеперерабатывающий стал его закон. Оператором трудился четверть века без устали, Потом бензовоз в Фаст-Ойле вёл до шестнадцатого. На пенсии — на базе отгрузки, силы не упали, В работе смысл, а не в покое суетливого. В семьдесят девятом Наталию Ивановну позвал, Сорок семь лет вместе — это счастья долгий срок. Дочери Марина и Оксана жизнь ему дали, Внуки Вадим, Таисья, Лиза — продолженье строк. Любит лес за грибами, ягоды в лукошке, Дом свой с женой содержит в чистоте и ладе. Жизнь прошла в труде, в семье, в простой дорожке, Но в сердце — свет, что не угас в невзгодах. Пусть годы мчатся, как бензовоз когда-то, Остались верность, труд и тихий дом в придачу. Николай Владимирович — пример для внуков свято, Чтоб жизнь свою прожить, не потеряв удачу.
Путь Николая Владимировича Из Мордовии в Черемховский район Семья большая, детства светлый сон. Восьмой класс окончил — путь в ПТУ, Ангарск встречал, давая мастерство. Армия закалила дух и волю, Завод нефтяной стал новой долей. Оператором двадцать пять лет трудился, На бензовоз потом пересадился. Фаст-Ойл встречал до шестнадцатого года, А пенсия — не конец, а свобода. На базе отгрузки опять за рычаги, В работе сила, не в одних долгах. В семьдесят девятом сердце отдал Наталии, Сорок семь лет — любви немые дали. Дочь Марина, Оксана — свет в окошке, Внуки Вадим, Таисья, Лиза — в ладошке. За грибами в лес, за ягодами в поле, Дом родной в заботе, в тихой воле. С женой вдвоём, как в молодости снова, Жизнь прошла, но не ушла основа.
Путь Анны Ты в Крыму родилась, на Сахалине жила, За Бориса вышла, семью свою нашла. Логопедом детям помогала много лет, И сейчас в Лондоне у дочери — привет!
Внуки и дороги Сибирь дала Любови город Татарск родной, Рыбалка, вязанье, театр — мир её живой. Четыре внука, путешествия вдали, С подругами делит радости земли.
Сибирская история Любовь из Сибири, из города Татарска, После Казани рыбалка стала ей подарком. В театре служит, вяжет в тихие часы, Четыре внука — свет её большой души.
Любовь из Татарска Она звалась Любовью, родом из Сибири, Где в Татарске родилась, где просторы шире. Любит рыбалку тихую, вязанье долгих зим, И театр музкомедии стал для неё родным.
✧ тег: биография ✧