Стихи про лес
Погрузитесь в атмосферу леса с помощью стихов. Красота природы в каждой строке.
Стихи
Серые сны
Где робкие тропинки звёзд
В тени блистают серенадой,
Тихонько млеет ветер грёз
В глуши приятною прохладой.
В глуши, где сумрак и покой,
Здесь звери затевают прятки.
Малыш скользнёт, за ним второй,
Шуршат в траве зайчонки и котятки.
Струится дивный свет в дыхании луны,
Играют тени в тихом трансе,
И в темноте, сметая с неба звёздные цветы,
Фигуры кружатся в волшебном танце.
Мерцают звёзды над ушами,
В смятеньи листьев и цветов,
Толпясь в углу, в норе, за рвами,
В вершине скрытых серых снов.
Крольчонок медленно, ступая лапкой,
К лесной опушке выйти поспешит.
Он преданно, под серой мягкой шляпкой,
Заветный лучик солнца ждёт и радостно дрожит.
Лунное дыхание
Где робкие тропинки звёзд
В тени блистают серенадой,
Тихонько млеет ветер грёз
В глуши приятною прохладой.
В глуши, где сумрак и покой,
Здесь звери затевают прятки.
Малыш скользнёт, за ним второй,
Шуршат в траве зайчонки и котятки.
Струится дивный свет в дыхании луны,
Играют тени в тихом трансе,
И в темноте, сметая с неба звёздные цветы,
Фигуры кружатся в волшебном танце.
Мерцают звёзды над ушами,
В смятеньи листьев и цветов,
Толпясь в углу, в норе, за рвами,
В вершине скрытых серых снов.
Крольчонок медленно, ступая лапкой,
К лесной опушке выйти поспешит.
Он преданно, под серой мягкой шляпкой,
Заветный лучик солнца ждёт и радостно дрожит.
Звёздный танец
Где робкие тропинки звёзд
В тени блистают серенадой,
Тихонько млеет ветер грёз
В глуши приятною прохладой.
В глуши, где сумрак и покой,
Здесь звери затевают прятки.
Малыш скользнёт, за ним второй,
Шуршат в траве зайчонок и котятки.
Струится дивный свет в дыхании луны,
Играют тени в тихом трансе,
И в темноте, сметая с неба звёздные цветы,
Фигуры кружатся в волшебном танце.
Мерцают звёзды над ушами,
В смятеньи листьев и цветов,
Толпясь в углу, в норе, за рвами,
В вершине скрытых серых снов.
Крольчонок медленно, ступая лапкой,
К лесной опушке выйти поспешит.
Он преданно, под серой мягкой шляпкой,
Заветный лучик солнца ждёт и радостно дрожит.
В глуши лесной
Где робкие тропинки звёзд
В тени блистают серенадой,
Тихонько млеет ветер грёз
В глуши приятною прохладой.
В глуши, где сумрак и покой,
Здесь звери затевают прятки.
Малыш скользнёт, за ним второй,
Шуршат в траве зайчонки и котятки.
Струится дивный свет в дыхании луны,
Играют тени в тихом трансе,
И в темноте, сметая с неба звёздные цветы,
Фигуры кружатся в волшебном танце.
Мерцают звёзды над ушами,
В смятеньи листьев и цветов,
Толпясь в углу, в норе, за рвами,
В вершине скрытых серых снов.
Крольчонок медленно, ступая лапкой,
К лесной опушке выйти поспешит.
Он преданно, под серой мягкой шляпкой,
Заветный лучик солнца ждёт и радостно дрожит.
Ночная серенада
Где робкие тропинки звёзд
В тени блистают серенадой,
Тихонько млеет ветер грёз
В глуши приятною прохладой.
В глуши, где сумрак и покой,
Здесь звери затевают прятки.
Малыш скользнёт, за ним второй,
Шуршат в траве зайчонки и котятки.
Струится дивный свет в дыхании луны,
Играют тени в тихом трансе,
И в темноте, сметая с неба звёздные цветы,
Фигуры кружатся в волшебном танце.
Мерцают звёзды над ушами,
В смятеньи листьев и цветов,
Толпясь в углу, в норе, за рвами,
В вершине скрытых серых снов.
Крольчонок медленно, ступая лапкой,
К лесной опушке выйти поспешит.
Он преданно, под серой мягкой шляпкой,
Заветный лучик солнца ждёт и радостно дрожит.
Звёздные тропинки
Где робкие тропинки звёзд
В тени блистают серенадой,
Тихонько млеет ветер грёз
В глуши приятною прохладой.
В глуши, где сумрак и покой,
Здесь звери затевают прятки.
Малыш скользнёт, за ним второй,
Шуршат в траве зайчонки и котятки.
Струится дивный свет в дыхании луны,
Играют тени в тихом трансе,
И в темноте, сметая с неба звёздные цветы,
Фигуры кружатся в волшебном танце.
Мерцают звёзды над ушами,
В смятеньи листьев и цветов,
Толпясь в углу, в норе, за рвами,
В вершине скрытых серых снов.
Крольчонок медленно, ступая лапкой,
К лесной опушке выйти поспешит.
Он преданно, под серой мягкой шляпкой,
Заветный лучик солнца ждёт и радостно дрожит.
Идиллия
Волки сыты, овцы целы,
Тишина в ночном лесу.
Только эхо то и дело
Повторяет: «Не спасу».
Пастуха сожрали звери,
Он теперь ничей, ничей.
В это место люди верят,
Но не ходят по ночей.
Осенний мотив
В лесу лесистом пахнет прелой листвой,
Лиса идёт, ступая по ковру.
Она любуется осенней синевой,
Встречая тихо новую зарю.
Ей не страшны ни дождь, ни ветер злой,
Ни сумерки, ни утренний туман.
Лиса в лесу лесистом — дом родной,
И лес для неё — лучший в мире храм.
Лесная хозяйка
В лесу лесистом, где ручей петляет,
Лиса-хозяйка обходит владения.
Она тропинки тайные знает,
И в каждом шорохе — её везение.
Мелькнёт меж сосен рыжею зарёю,
Замрёт, прислушается — и вперёд.
Лиса в лесу лесистом, я не скрою,
Как сказка, что загадку бережёт.
Рыжая странница
В лесу лесистом, средь берёз и сосен,
Лиса ступает мягко, не спеша.
Она вплетает в тишину свой пояс —
Пушистый хвост, как пламя, хороша.
Здесь каждый куст ей другом и защитой,
Здесь каждый запах — новая глава.
Лиса в лесу лесистом, но не скрыта —
Она сама как леса кружева.
Лиса в лесу лесистом
В лесу лесистом, где тенисты ели,
Гуляет лиса, словно рыжий огонь.
Её лапы легки, её глазки блестели,
И пушистый хвост заметает плетень.
Она ищет мышку в траве осторожно,
Прислушалась к шороху, замерла вдруг.
Лисица хитра, но и ей невозможно
Пройти мимо ягод и спелых подруг.
Осенний лес
Золото осени в воздухе тает,
Птицы прощаются с тёплым гнездом.
Лес, как художник, пейзаж вышивает
Тонким лучом под прозрачным дождём.
Осенний лес
Осень наступила, лес стоит багряный,
Белки прячут жёлуди в дуплах и корнях.
Воздух стал прохладным, чуть-чуть пряный,
И туман клубится в утренних полях.
Встреча в священной роще
Средь вязов и дубов, в священной роще,
Где звёзды падают в лесной ручей,
Бог Кернунн, лесной хозяин, проще
Глядел на мир из-под косматых век.
Он повстречал её – жрицу-деву,
Что собирала росные цветы.
Она, молясь, шептала: «Верю, верю», —
А он стоял у края темноты.
Рога оленьи в сумраке ветвились,
Как ветви бука, что сплелись в венец.
Их взгляды, словно две реки, стремились
Друг к другу – и сливались наконец.
«Зачем ты здесь, в моём краю полночном?» —
Спросил он, голос – шорох камыша.
«Я здесь, чтоб стать твоим огнём непрочным,
Чтоб петь тебе, пока горит душа».
Но дева знала: ей нельзя остаться,
Её удел – служение в храме.
И бог шептал: «Позволь мне затеряться
В твоих глазах, как в утреннем тумане».
Она ушла, оставив запах мяты
И лёгкий след на мокрой колее.
А он смотрел, как гаснут в небе дали,
И звал её – но не было слышней.
С тех пор в лесу, где дуб стоит стеной,
Где мох ласкает камни вековые,
Бог ждёт её – рогатый и босой,
Свою жрицу – до скончания мира.
Кернунн и дева
В глухом лесу, где дуб стоит стеной,
Где мох ласкает камни вековые,
Явился он – рогатый и босой,
И взгляд его – как угли золотые.
Он зверь и бог, он тень и свет лесной,
В его руке – змея, в глазах – зарницы.
Он вёл её тропою неземной,
Где папоротник шепчет, как провидец.
Она – жрица, дева чистых вод,
Ступала по росе легко и прямо.
Их встречи час – таинственный восход,
Когда туман целует ветви клёна.
Он говорил: «Мой лес – твой вечный дом,
Я подарю тебе лесные тайны.
Ты будешь солнцем, я – ночным костром,
Мы будем вместе – древни и случайны».
Но дева молвила: «Я не могу
Покинуть храм, где жертвенник и свечи.
Мой путь – молитва, твой – бежать в лугу,
Но я приду к тебе однажды в вечер».
И он ушёл, растаял в полумгле,
Оставив след копыт на влажном дёрне.
А дева долго в храме, на заре,
Молилась, чтоб вернулся он с рассветом.
С тех пор в лесу, где дуб стоит стеной,
Где мох ласкает камни вековые,
Всё ждёт рогатый, дикий и босой,
Свою жрицу – до скончания мира.
Три лика и рогатый бог
В глубинах чащи, где туман клубится,
Кернунос ищет трёхликой сестрицы.
Она — луна, земля и перекрёсток,
В её руках — и колыбель, и воск.
Он — бог зверей, охотник и хранитель,
Лесов дремучих сумрачный правитель.
И вот они сходятся в круг священный,
Где дух лесной внимает сокровенно.
Богиня-дева шлёт ему весну,
Богиня-мать дарует тишину,
Старуха-смерть срезает нить времен —
Таков их вечный, триединый сон.
Кернунос рогом небо задевает,
И звёздный дождь на землю оседает.
Он просит мудрости у трёх ликов,
Чтоб мир хранить от гибельных оков.
Они ведут его тропой теней,
Где эхо прошлых и грядущих дней.
И в этом танце, древнем и простом,
Сливаются три лика с божеством.
Когда ж заря окрасит небосклон,
Уйдёт Кернунос в свой зелёный сон.
Но помнит лес — и каждый лист, и куст —
Их поступь, их дыхание, их хруст.
Кернунос и триединая Богиня
В лесу, где дубы шелестят в вышине,
Где месяц рогатый плывёт в тишине,
Кернунос выходит на зов богинь,
Оставив в тени свой тревожный иней.
Три лика у Богини — три судьбы,
Три пряжи, три дороги, три мольбы.
Она прядёт, срезает и хранит,
И в каждом облике — свой тайный вид.
Кернунос рогом ветви раздвигает,
Копытом землю чёрную взрывает,
И звери из чащобы вслед идут,
В его глазах — безмолвный древний суд.
Она является ему в ночи:
То дева с блеском утренней парчи,
То мать с колосьями в тяжёлых руках,
То старица с косой в седых веках.
Он преклоняет рог перед судьбой,
Связав свой путь с небесной ворожбой.
И в хороводе звёзд, среди ветвей,
Звучит их клятва — вечности тесней.
Так и поныне в сумраке лесном
Они хранят свой молчаливый дом.
И если ты услышишь скрип дубов —
То это отголосок их шагов.
Кернунос и триединая Богиня: танец жизни и смерти
Рогатый бог, владыка перекрёстков,
В лесу ночном, где свет луны дрожит,
Ведёт теней голодные стада
И смотрит, как Богиня в трёх обличьях
Танцует на поляне у костра.
Она — девица с ясными глазами,
Что будит почки первым тёплым днём,
Она — мать-волчица с властным взглядом,
Что кормит грудью жадные ростки.
Она — старуха с длинной косой,
Что собирает жатву в должный срок.
Три лика у неё, три ипостаси,
Но Кернунос един и бесконечен.
Он с ней в кругу, где время замыкается,
Где жизнь и смерть сплетаются в одно.
Он дарит ей оленьего телёнка,
Она ему — венок из чёрных роз.
В ночь духов, когда граница между мирами
Становится прозрачной, как стекло,
Они вдвоём танцуют на холме,
И эхо их шагов тревожит звёзды.
И если ты, идя тропой ночною,
Услышишь рёв и женский лёгкий смех —
Не оборачивайся, просто знай:
Они идут, и мир с ними вращается.
Кернунос и триединая Богиня
В глухом лесу, где дух витает древний,
Где звёздный свет сквозь ветви еле льётся,
Стоит олень с ветвистыми рогами —
То Кернунос, чьё имя тьма зовёт.
Он страж границ, хранитель перекрёстков,
Ведёт теней голодные стада.
И Богиня в трёх ликах, в трёх ипостасях,
С ним делит трон, сплетая времена.
Дева в венке из первоцветов нежных
Плетёт судьбу из нитей золотых,
Мать в хороводе звёзд, в потоке спелом
Вливает жизнь в созревшие плоды.
Старуха в саване из паутины
Считает дни, срезает тлен и прах.
И Кернунос склоняет рог свой тяжкий
Пред той, что держит прялку и клинок.
В ночь Самайна, когда стираются грани,
Он факелом взрезает тьму лесов,
И Богиня, сбросив три покрова,
Танцует с ним на пепле старых зим.
Они вдвоём — начало и конец,
Дыханье жизни, шёпот смерти тихий.
Кто их поймёт, тот примет каждый шаг
Как дар, как танец на краю бездонном.
И если ты, идя тропой ночною,
Услышишь рёв и женский лёгкий смех —
Не оборачивайся, просто знай:
Они идут, и мир с ними вращается.
Огонь и корни
Я вкопаю себя в землю,
Воткну в себя пару веток,
Стану деревом — тихим и древним,
Оболью бензином и подожгу.
Пламя взметнется выше крыш,
Ярче солнца, ярче вас,
Только не бойся, слышишь, малыш,
Это последний мой час.
А завтра на этом месте
Вырастет новый лес,
И птицы совьют гнезда,
И кто-то скажет: воскрес.
Лесная любовь
Дриада в чаще вековой
Жила, не ведая тревог.
Её считали все молвой,
Но лес ей был как будто бог.
Она брела среди берёз,
Вплетая в косы свет луны,
И не роняла горьких слёз,
Смотря на вещие сны.
Но как-то раз в рассветный час
Пришёл охотник молодой.
Он не стрелял — он просто спас
Птенца, придавленного тьмой.
Дриада вздрогнула: «Постой,
Ты кто? Зачем в моём лесу?»
А он ответил: «Я не злой,
Я лишь домой тебя несу».
И закружилась с ним листва,
И зазвенели птицы в лад.
Она шептала им слова,
Что нет пути уже назад.
Но человек ушёл в село,
Забыв тропинку и рассвет.
Дриада смотрит на стволы —
Там призрак, что оставил след.
И до сих пор в ночной тиши
Она выходит на порог,
Где эхо шепчет: «Не спеши», —
Но лес по-прежнему жесток.
Дриада
В глухом лесу, где сосны в ряд стоят,
Где мох укрыл коряги и пеньки,
Жила дриада много лет назад —
Хранительница рощи и реки.
Она ждала, что кто-нибудь придёт,
Развеет сон веков своим теплом,
Но только ветер песню ей поёт,
И дождь стучит по листьям молотком.
И вот однажды, осенью, в дожди,
Забрёл в те земли путник молодой.
Он попросил: «Дриада, подожди,
Позволь согреться мне под той сосной».
Она взглянула — сердце замерло,
Впервые за столетья — стук в груди.
Дыханье в горле комом замерло,
И прошептала: «Путник, заходи».
Они сидели долго у костра,
Он говорил о странах и морях,
Она пила те речи до утра,
В её глазах горел лесной пожар.
Но он ушёл, когда растаял снег,
Оставив ей лишь память и печаль.
И поняла дриада: человек
Уходит вдаль, а лес остался вдаль.
Теперь она глядит на тот костёр,
Где угли остывают под дождём,
И шепчет ветру: «Он ко мне придёт», —
И ждёт весны, и плачет об одном.
Зимний лес
Стоит лес в серебряной шубе,
Снег искрится под луной.
Ветер воет в голой дубе,
Нарушая зимний покой.
✧ тег: лес ✧