Стихи о любви

Полет любви Моя любовь, против всякой физики, Парит высоко над землёй. И нет для чувства той механики, Чтоб удержать его собой. Закон притяженья не властен здесь — Лишь сердце правит этот путь. Любовь — как птица, не желает лезть В привычной логики суть. Она не знает гравитации, Ни трения, ни масс, ни сил. Сквозь шум ветров и вибрации Летит туда, где ты просил. Пространство, время — всё условно, Когда душа горит огнём. Любовь не терпит затхлых формул — Она — всегда о том, что мы вдвоём. И пусть твердят учёные: «Невозможно», — Я знаю: ты — мой антипод. Мы создадим свой мир, где осторожно Любовь над бездной проплывёт.

Небесный свет Ты ушла в небесный свет, оставив мне лишь тень, Я брожу по пустым улицам, где каждый день — как плен. Без тебя я не могу, я задыхаюсь в тишине, Твоя улыбка снится мне, но не приходит наяву. В каждом звуке слышу я твой смех, твой голос нежный, Но это лишь обман, игра воображения. Я сжимаю в руке твой шарф, что пахнет так родным, И понимаю: ты не здесь, и мир стал совсем другим. Солнце светит, но не греет, дождь идёт, но не смывает боль, Я как корабль без паруса, что потерял свою юоль. Все вокруг живут, смеются, а я застыл в одном мгновении, Когда ты сказала: «Прощай», и ушла в другое измерение. Но я знаю, ты теперь звезда, что светит мне в ночи, И я буду ждать тебя, пока гаснут все лучи. Жизнь без тебя — это не жизнь, это просто ожидание, Когда мы встретимся опять, и кончится расставание. Я не прошу тебя вернуться, ты уже не здесь, Но я буду беречь любовь, что между нами есть. Ты на небе, я на земле, но в сердце ты всегда, И я буду жить, пока жива в душе моей звезда.

Без тебя Ты ушла на небеса, оставив пустоту, Я остался здесь один, в забытом быту. Каждый день без твоих глаз — как вечность без конца, Сердце бьётся лишь по привычке, без лица. Помню, как смеялась ты, как светилась вся, А теперь лишь тишина, и в ней тону я. Твои руки, твой голос — всё стало сном, Я живу, но не живу, я просто плыву по волнам. Просыпаюсь и ищу тебя в пустой комнате, Но натыкаюсь лишь на холод в пустоте. Фотографии на стене — немые свидетели, Как мы были счастливы, как мы были бессмертны. Без тебя мир стал серым, без красок и тепла, Я как тень, что бродит, потеряв тела. Знаю, ты бы не хотела, чтобы я страдал, Но как жить, если смысл в тебе я потерял? Я продолжаю дышать, но это не жизнь, Это просто ожидание, когда мы встретимся вновь. Ты на небесах, я здесь, но верю я в одно: Наша любовь не умрёт, ей суждено быть вечно.

Ангел и грешница Она в свету, а я во тьме греха, Но взгляд её пронзает тишину. Мою вину не смоют и века, А ей — за что любить меня, одну? Она — крыло, я — сломанная клеть, Ей — райский сад, мне — каменный порог. Но как же сладко падать и лететь, Когда она целует мой порок. Я — грешница, что Бога предала, Она — святой, что держит небосвод. Моя душа черна, как смоль, была, Но в ней — любовь, что заново растёт. И пусть грозит нам вечная беда, И пусть огонь, и пусть проклятья, тьма, Мы вместе — даже если навсегда У нас одна лишь горькая тюрьма. Но я приму и цепи, и позор, Пусть говорят: «Безумна, проклята». Ведь даже в аде есть любви узор, Когда с тобой — святая красота.

Золотая нить Рустам и Шуля — два крыла одной птицы, Летят сквозь дни, не ведая преград. Она — его улыбка на странице, А он — её надёжный, верный град. Уютный вечер — их привычный ритуал: Он варит кофе, тихо напевая, А Шуля смотрит — будто бы в кристалл, В его глаза, в которых жизнь живая. Они не спорят — говорят сердцами, И каждый жест — как обещанье жить. Любовь их стала крепкими мостами, Где можно быть и не боясь любить. Когда усталость накрывает сном, Она кладёт ладонь ему на плечи. Он шепчет: «Шуля, мы всегда вдвоём», — И в тишине звучит их вечер вечный. Так пусть же длится эта нить златая, Что связывает души две в одну. Рустам и Шуля — счастье неземное, Что берегут и дарят тишину.

Двое у витрины Гульнара на фабрике в белом халате, Шоколадные плитки в ряд на витрине. Чанбин влюбился, как в сладкой мечте, Круглолицый, полный, в музыке сине. Но Джисон-соперник — красив и высок, Гитара в руках, а в глазах огонёк. За Гульнару бились средь пыльных коробок, Драка была — кто сильней, кто жесток. Джисон победил — он стройней и быстрей, Чанбин проиграл из-за лишних кило. Гульнара в растерянности: кого же милей? Но сердце к Джисону уже подошло. Так двое корейцев, два музыканта, Один с лишним весом, другой — атлет. Гульнара уходит с тем, кто в талантах, А Чанбин ест шоколад на обед.

Шоколадная фабрика На фабрике шоколадной, где сладкий туман, Работала Гульнара, как нежный роман. Пришёл Чанбин, кореец, с круглым лицом, Любитель сладкого, с лишним весом. Увидел Гульнару — и мир замер вдруг, Забыл про шоколад, про свой недуг. Но был у Гульнары другой — Хан Джисон, Стройный, высокий, как шёпотом сон. Они сошлись в драке за сердце её, Чанбин был полным, бил тяжело, Но Джисон ловкий, спортивный, худой, Победил и увёл её за собой. Гульнара в шоке, но выбор не прост, Двое парней — и сладость, и рост. Но Джисон победил, как в сказке бывает, А Чанбин грустно шоколад доедает.