Стихи о спасении

Свет сквозь трещины С детства помню: холод и казённый дом, И чужие руки, что били по щекам. Слёзы глотать — стал привычным ремеслом, И вера в добро угасала по часам. Но однажды ночью, в рваном переулке, Крик разорвал тишину, как нож стекло. Трое теней — и девчонка в переулке, Я ударил первым — мне не всё равно. Боль в груди — это рёбра мои. Кровь во рту — это соль на губах. Но за спиною — ни шага к любви, Только асфальт и звёзды в глазах. Больничный запах, белые халаты, И чей-то шёпот: "Выживет? Едва ли". Я слышал, как снаружи рвутся даты, И как в палате капли застывали. Но ты пришла — та самая девчонка, С букетом из одуванчиков в руке. И я запомнил: счастье — это тонко, Его не спрятать в толстой кутерьме. Так я живу — не камень, не железо, А человек, что выбрал свет, не тьму. И пусть душа изранена, но с веса Не сбилась — к свету, даже по нутру.

Мелодия жизни Аккорд каждый, как лекарство, каждый такт, как новый день, Музыка развеет тени, разгонит тяжёлую лень. В этой песне нету фальши, только искренний мотив, Каждый звук звучит как эхо, душу мне открыв. Пусть играет вдохновенье, пусть звучит в груди струна, Музыка — моё спасенье, в ней и ночь, и свет, и весна. Я забыл про все печали, я теперь в другом краю, Где аккорды, словно птицы, дарят мне свою зарю.

Ты — мой свет Ведь каждое слово, и каждый наш взгляд — Как лучи, что дорогу в тумане хранят. И не будет преград, если рядом ты есть, В этом мире огромном, одна лишь ты здесь. Ты — мой свет в темноте, мой спасительный луч, Что развеет сомненья и тучи из туч. И с тобой я сильней, и с тобой я живу, Как весенний ручей, что стремится ко дну.

Спасение В маминых руках — спасение от бед, В них покой и счастье, в них любви свет. Никакая буря не разрушит этот дом, Где мы с мамой рядышком, и всё нам нипочём.

Сонет о науке и спасении Увы, мой нрав — вкушать удел падений, И слез хрусталь всегда найдет предлог. То не любви изменчивый велений, — То Праздность, гложет мой сердечный ток. Блуждаю я в юдоли сей земной, Где каждый шаг — влечение к пропасти. Но свет ученья, данный мне судьбой, Удерживает от дурной напасти. Я все забыл, блуждаю в полутьме, Но разум мой, как компас, верен цели. И если б не наука в тишине, Мой дух бы в праздности истлел без цели. Так бремя знаний — мой спасенья щит, Оно меня от праздности хранит. Пора сломать порочный круг падений, Найти в себе не праздность, а порыв. И пусть хрусталь разбитых сожалений Восстанет вновь, но только как мотив, Что вдохновит на новый, светлый путь, Где знанья свет не даст мне утонуть.

Сонет о свете знаний Увы, мой нрав — вкушать удел падений, И слез хрусталь всегда найдет предлог. То не любви изменчивый велений, То Праздность гложет мой сердечный ток. Я все забыл, блуждаю в полутьме, Но если б не науки строгий свет, Я б обезумел, словно в страшном сне. Так бремя знаний — мой спасенья щит. Пора сломать порочный круг падений, Найти в себе не праздность, а порыв. И пусть хрусталь разбитых сожалений Восстанет вновь, но только как мотив.

Сонет о паденьях и спасенье Увы, мой нрав — вкушать удел падений, И слез хрусталь всегда найдет предлог. То не любви изменчивый велений, — То Праздность, гложет мой сердечный ток. Я все забыл, блуждаю в полутьме... Но если б не науки строгий свет, — Я б, верно, обезумел в тишине. Так бремя знаний — мой спасенья щит. Пора сломать порочный круг падений, Найти в себе не праздность, а порыв. И пусть хрусталь разбитых сожалений Восстанет вновь, но только как мотив.

Спасительный щит Я все забыл, блуждаю в полутьме, Но если б не науки строгий свет, — Я б, верно, обезумел во тме, И след мой в мире не оставил бы и след. Так бремя знаний — мой спасенья щит, В нём черпаю я силы и покой. Когда reality вокруг трещит, Он остаётся вечною стеной. И пусть порой так тяжело нести Тяжёлый груз открытий и идей, Но без него мне не найти пути Среди теней, среди глухих степей.

Путеводный свет Я все забыл, блуждаю в полутьме, Но если б не науки строгий свет, — Я б, верно, обезумел во тме, И след мой в мире не оставил бы и след. Так бремя знаний — мой спасенья щит, Оно ведёт сквозь хаос и туман. Когда весь мир в безмолвии молчит, Лишь разумом я разгоняю обман. И пусть порой я падаю без сил, Наука вновь поднимет с колен. Я б без неё давно уже застыл, Как корабль, что потерял свой плен.

Свет знаний Я все забыл, блуждаю в полутьме, Но если б не науки строгий свет, — Я б, верно, обезумел во тме, И след мой в мире не оставил бы и след. Так бремя знаний — мой спасенья щит, В нём я нахожу опору и покой. Когда reality вокруг дрожит, Он остаётся вечною стеной. И пусть порой так тяжело нести Тяжёлый груз открытий и идей, Но без него мне не найти пути Среди теней, среди глухих степей.

Искупление Господь Иисус весь мир полюбил, Отдав Свою жизнь, нас всех искупил. Теперь каждый верный в надежде живёт, Ведь Спаситель с небес к нам с любовью идёт.

Любовь Христа Иисус Господь возлюбил весь народ, За всех на кресте принял муки и боль. Он каждому сердцу надежду даёт, Спасая любовью, прощая грехи.

Молитва А ты, святая девушка, молись За всех, кто в этой жизни заблудился. Ты им прости, что не сбылась их высь, Что каждый сам с собой не примирился. И я прошу: меня не забывай В своих молитвах тихих перед Богом. Я без тебя как в море без земли, Ты для меня единственный итог.

Руки спасения Среди огня и мин, и ран, Твой скальпель — точный, как прицел. Ты — ангел в камуфляже, брат, Кто жизнь спасти сумел.

В бегах по морозу Мороз лютой, погоняй не стой!.. Бежим, касатик, бежим, родной. Сугробы выше, чем конь в плечах, А страх стучится у нас в очах. Луна разбилась на сто кусков, Мороз цепляет за край подков. Летят клочки из-под быстрых ног, Замёрзший ветер нам дал урок. — Не упади, я держу вожжи, Спасенье наше в чужой глуши. Вдали мерцает огонь в окне, Приют обещан нам в тишине. Влетаем в лес, там чернеет тьма, Деревья — стражи, как из письма. Мороз скрипит, подгоняя нас, Но близок дом, я слышу рассказ. Избушка, свет, распахнулась дверь, — Входите, братцы, теперь вы звери? Мы падаем внутрь, дрожа, спеша, Мороз и погоня — лишь чудеса.

Мороз и погоня Мороз лютой, погоняй не стой!.. Бежим, касатик, бежим, родной. Земля подмёрзла, звенит беда, А сани мчатся туда-сюда. Луна как жернов глядит с небес, И снег искрится, как чистый бес. Дыханье паром, глаза горят, Спасает нас этот зимний ад. Вдали огни за деревней спят, Дома, тепло — там благодарят, Но нам нельзя, нас погоня ждёт, Мороз за ворот, как нож, берёт. — Держись, родимый, ещё версту! Я чую близко свою мечту. Копыта глухо стучат во тьму, Мы отдадимся лишь одному. И вот за поворотом — стена, Избушек ряд, тишина видна. Влетаем в сени, замок гремит, Мороз за дверью, погоня спит.

Старый пёс Старый пёс, разорванное ухо, Шрам на морде — память о былом. Кличка Счастливчик, и не врут старухи: Он однажды стал для всех щитом. В летний день, когда заря алела, Девочка пошла в лес за грибами. Только вдруг из чащи заревело — Волк стоял с горящими глазами. Пёс рванул, не ведая преграды, Встал меж ней и серым палачом. Были зубы, когти, кровь и чады, Но закончилось всё добром. Девочка спаслась, а пёс с улыбкой Лижет руки, хоть и сам в крови. Шрам на морде стал своею скрипкой, Песней о спасении любви. Счастливчик — имя, данное недаром: Он и в старости готов на бой. Пусть с разорванным висит ухом, Но для нас он вечно молодой.

Счастливчик Старый пёс, разорванное ухо, Шрам на морде, кличка Счастливчик. Всюду носом он водил по-сухо, Взгляд его был мудр и необычен. Он в деревне жил у старой бабки, Детвору любил и уважал. Как-то раз в лесу, в траве-муравке, Девочку случайно повстречал. Та пошла за бабочкой в чащобу, Не заметив, как зашла в глухой овраг. Вдруг из куста — волк, полный злобы, Зарычал и сделал первый шаг. Пёс рванул, не думая нимало, Зубы впились в волчий загривок. Схватка длилась долго и устало, Но никто не ведал тех ошибок. Девочка бежала до деревни, Криком подняла народ на помощь. Пёс лежал, израненный, но верный, И в глазах его светилась полночь. С той поры его все уважают, Шрам на морде — гордая отметка. Счастливчик — имя не забывают, В сердце каждого живёт он крепко.

Кот с передовой Среди разрывов и огня Нашли мальца — рыжее чудо. Он лапки нёс, едва звеня, Но не сдавался, как и люди. Солдаты грели, как могли, Делились хлебом и водою. Котёнок дрался до зари, Хотя был раненой душою. Они вязали лубок, бинт, Терпели укусы и царапки. И вот — бежит он, как бензин, Играет с тенью на тряпке. Теперь уютный дом и плед, Хозяйка гладит по головке. Но помнит он, как тот рассвет Его держали на винтовке. Спасибо вам, кто не прошёл Мимо живого, хоть и злого. Котёнок Рыжий жизнь обрёл И стал частичкой дома, слова.

Рыжий боец В окопах, где грохот и дым, Нашли бойцы рыжий комок. Котёнок был слаб и недвижим, Но взгляд его был как клинок. Он лапки задние волочил, Но в сердце горел огонь злой. Солдат его в бинт замочил И кормил с ладони одной. Лечили, поили, ласкали, Хотя сам он царапался зло. Но верили: в этой печали Его не сломает, не сгноит. И чудо случилось — однажды Он встал и пошёл, хоть хромал. Бойцы улыбнулись отважно: «Наш Рыжий — боец, не пропал!» Теперь он в тепле и заботе, Бежит по квартире, как вихрь. Спасибо той самой пехоте, Что в сердце приютила их.

Огненный комок Рыжий комок, огненный и колючий, В поле под обстрелом найден бойцами. Лапки не слушались, взгляд был могучим, Но он не сдавался — бился с врагами. Солдаты лечили, кормили с руки, Он фыркал и царапал, но верил в спасенье. И лапки, что были слабы и хрупки, Окрепли — и вот он уже в исступленье Бежит по палате, хромая чуть-чуть, Но счастье в глазах — он снова на ножках! Бойцы улыбались: «Домой, в добрый путь, Ты выжил, малыш, на передовых дорожках». И вот он в семье, где ласка и свет, Где дети играют и гладят по спинке. Он важный и гордый — военный привет Из прошлого носит в пушистой корзинке. Теперь он бесстрашно бежит по двору, Ловит лучи и мяучит победно. Спасибо бойцам — подарили игру, И жизнь, и семью — это так незабвенно. Рыжий герой, ты пример для всех нас: Даже когда мир рушится в щепки, Любовь и забота творят свой рассказ, И лапки бегут, хоть и были в расщепке.

Рыжий боец Среди руин, где грохотал снаряд, Нашёл боец рыжего котёнка. Был мал и слаб, но яростен, как взгляд, И лапки задние дрожали звонко. «Не плачь, малыш, мы вытащим тебя», — Сказал солдат, укутав в плащ-палатку. И понеслась солдатская возня: Уколы, капли, тёплая палатка. Он фыркал, дрался, не давал себя Лечить и гладить — воин, а не крошка. Но по ночам, тихонечко сопя, К бойцам прижимался он немножко. Прошли недели — встал на лапки вновь, Сначала шаг, потом победа — бег! В глазах — огонь, в груди — живая кровь, Рыжий комок — отважный человек. Теперь он дома, в тёплых, добрых руках, Где любят, кормят, чешут за ушком. Но помнит он о тех, кто в облаках Спасал его под вражеским огнём. Спит на диване, свернувшись в клубок, И снится ему поле, дым и бой. Но рядом — дом, и каждый уголок Пропах любовью, миром и теплом.

Рыжий танк Рыжий танк на трёх ногах, Но с бойцами был в боях. Подлечили, обогрели, Друга верного обрели. Лапки снова в ход пошли, Носом тычется в углы. А вчера — смотри, бежит! Кто же в доме так шалит? Это он — огонь и сталь, Что прогнал свою печаль. Рыжий воин, кот-герой, Стал домашней он семьёй.

Спасённый огонёк Среди руин и серых дней Нашли бойцы рыжий комок. Он был изранен, без когтей, Но взгляд горел, как огонёк. Лечили лапки, грели бок, Делились хлебом и водой. И вот — бежит через порог, Хвост поднят гордо, сам не свой. Теперь уютный дом и плед, Хозяйка гладит по спине. Он — победитель, не поэт, Но счастье светится в окне.