Стихи про холод

Волны и льды Холодная, как сама смерть, поцелуи — Никем не любимый монстр. Я насквозь весь промёрз, Желая быть хоть немного любимым. Закрывая глаза, слышу шум моря, Смотрю куда-то прямо, ища в воображении закат. Меня будет сносить течением, Но я никуда не уплыву.

Ледяной прибой Холодная, как сама смерть, поцелуи — Никем не любимый монстр. Я насквозь весь промёрз, Желая быть хоть немного любимым. Закрывая глаза, слышу шум моря, Смотрю куда-то прямо, ища в воображении закат. Меня будет сносить течением, Но я никуда не уплыву.

Холодный монстр Холодная, как сама смерть, поцелуи — Никем не любимый монстр. Я насквозь весь промёрз, Желая быть хоть немного любимым. Закрывая глаза, слышу шум моря, Смотрю куда-то прямо, ища в воображении закат. Меня будет сносить течением, Но я никуда не уплыву.

Мерцание Вдалеке они дрожат, играя, Маяком зовут в забытый мир. Пусть они горят во тьме без края, Теплый свет в холодный эликсир.

Скорбь У всех родных и родственников близких Осадок горький лишь остался, Как будто в праздник — звуки близких, А после — холодом подкрался.

Внутренняя зима На изнанке души — там, где холодно, зябко и пусто, Где в запертом теле так бьётся живой человек, Которому больше не нужен безжалостный век, Где каждый вдох — это медленный, горький искус. Там время застыло, как смола в янтаре, Ни прошлого нет, ни грядущего — только сейчас. Он слышит, как сердце стучит в ледяной пустоте, И кажется, жизнь — это только замедленный вальс. А снаружи — война, суета, бесконечная гонка, Где каждый спешит быть первым, забыв про других. Он смотрит на мир сквозь трещину в тонкой плёнке, И видит, как люди теряют себя среди них. Но где-то в глубине, под слоями вековой пыли, Тлеет искра, что может однажды взорваться огнём. И если он выживет в этой безжалостной были, То, может быть, станет себе же родным днём.

На изнанке души На изнанке души — там, где холодно, зябко и пусто, Где в запертом теле так бьётся живой человек, Которому больше не нужен безжалостный век, Где каждый вдох — это медленный, горький искус. Там стены из льда, и на них — ни окна, ни дверей, Только эхо шагов, что уходят всё глубже во тьму. Он ищет тепло, но находит лишь тени зверей, И молит о свете, но свет не приходит к нему. А снаружи — безумный, бессмысленный, шумный карнавал, Где маски срослись с лицами, ставши второй кожей. Он слышит, как кто-то когда-то любил и страдал, Но голос тот тише, и с каждым днём он моложе. И если однажды он выйдет из этой тюрьмы, Разбив ледяную кору, что сдавила виски, То станет ли мир хоть чуть-чуть милосердней зимы? Или снова наденет оковы тоски?

Не греет Я не чай, не грею руки, Не снимаю с души стужу. Я — зима, что входит в звуки, И мороз по коже кружит.

Утрата веры Ведь теперь никому ты не веришь, Виной тому я — твой горький урок. Ты как лед, что в душе теперь держишь, И не таешь ни в чей ты поток.

Пустота Я тебя жестоко предал, растоптал твою любовь, И теперь в моей груди только холод, только боль.

Остывший Лишённый тепла и любви, Я брёл по пустынной земле. Лишь ветер шептал: «Не зови», И звёзды гасли во мгле.

Незримый холод А почему твои глаза были в слезах вчера? Ведь день был солнечным и ясным, и даже изнуряла всех жара. Но в сердце холод жил, что солнце не могло растопить, И слёзы — лишь попытка эту стужу утопить.

Стеклянный колокол В стеклянном колоколе тишина, Где эхо не рождает звук. Здесь одиночество — не глубина, А только застывающий испуг. Луна сквозь витражей узор Рисует тени на полу. И я — забытый приговор В пустом, как склеп, углу.

Безмолвный гость В камине угли догорят, Зола хранит тепло утраты. Никто не взглянет, не простят, Лишь стрелки в полночь виноваты. Пустая ваза на столе, И паутины тонкой нити. Всё, что осталось на земле, — Слепое одиночество в граните.

Потерянный смысл Меня ты перестала понимать — Как будто вынули из книги главы. Без этих строк не можем мы летать, И чувства стали холодны, как травы.

Холод внутри Не жаль тебя — себя мне жаль, разбитый, Как старый мост, что рухнул в тишине. Внутри — лишь холод, сердцем не прожитый, А снаружи — всё в какой-то пелене.

Последний зов Я кричу, но лишь эхо Мне ответит глухо. Без тебя я словно смех Заглушает стужа.

Снежная королева В белой шубке заяц мой, Ты красива и нежна. Но печаль в глазах твоих Вижу только я один. Хочешь стать снежной королевой, Чтоб сердца заморозить? Чувства, что во мне пылают, Могут льдом тебя покрыть. Я хочу согреть ладони, Растопить твой ледяной покой. Но боюсь, что в этом холоде Потеряю голос свой.

Ледяной путь Среди планет, вдали от солнц, Ледяной пояс, как дворец. Он не сгорает, не тает, Только вечно пролетает.

Смерть чувств Эмоции — как дикий зверь в груди, С ним трудно совладать, не усмирить. Легче убить, чем клетку подобрать, Чтоб впредь не выл, не рвался, не грозил. И я поставил точку: чувствам — нет. В холодной пустоте не до огня. Спокойствие дороже, чем душа, Чем пламя, что сжигало бы меня.

Глушить огонь Огонь в груди — не погасить, Но легче умертвить, чем усмирить. Я заливаю пламя тишиной, Чтоб больше не гореть, не выть. Я выключаю чувства, как рубильник, И в сердце — стылый, ледяной покой. Ведь проще заморозить, чем лечить, Чем снова рисковать самим собой.

След на стекле Ты видишь след на утреннем стекле, Он словно росчерк нежности чужой. Ты помнишь всё, но в памяти во мгле, Её шаги растаяли с толпой. Она была твоей, но не навек, Июнь сменился холодом зимы. Ты замер, как случайный человек, На перекрёстке, где встречались мы.

Без тебя Давно уже не делим мы постель, Узоры снов сплетаются не вместе. Я просыпаюсь — за окном метель, И в сердце холод от несыгранной мести.

Тепло и холод За окном уж холодеет, Ты же тёплый, как какао. Осень сердце не остудит, Рядом ты — и мне не надо.