Стихи с сарказмом

Фарс с пансионом Семьдесят лет — не возраст для краж? Даниэла Клетте — вновь в репортажах. Инкассатор, пистолет, пули в молоке — Смех, да и только, в немецком далеке. Бывшая «Красная», боевой листок — Ныне пенсионный получает срок. Шапокляк надета, маска до бровей — Карнавал в супермаркете: «Продукты налей!» Тринадцать лет — это скидка за стаж? «Срок за грабёж, а убийства — нет, лишь абордаж». Адвокат бормочет: «Помилуйте, господа!» Но судья непреклонен: «Закон — не еда». Снисхожденье? Забудьте! Эпоха прошла. Где бомбили банки, теперь тишина. Остаётся поэту лишь хмыкнуть в ответ: «Сарказм с шапокляк — это лучший сюжет!»

Сарказм с шапокляк Старушка в годах, но в делах — воровских. Ограбить супермаркет — не шутка для них. Бандитский «Розовый» панк — РАФовский след. Теперь ей в тюрьме предстоит долгий обед. С шапокляк, с пистолетом — почти что артист. Но судья ей вручил не букет, а арест. Тринадцать годков — это ж надо дожить! А могла бы в саду георгины садить. Инкассатор в испуге, но пули — мимо. Даниэла Клетте — драма, не комедия. С годами не гаснет огонь в старых жилах, Но «Красная армия» выдохлась в мылах. Пенсия светит? Вопрос не простой. Судимость, тюрьма — вот итог «за» игрой. С шапокляком и маской — в газетном лице. Над эпохой прошедшей смеёшься, в конце?

Клизма Колец Амазон объявил: четвёртый сезон Властелина колец будет снят. Ждать до 2028 — это сон, Но фанаты готовы принять. А на Фонтанке — потоп, как в эфире, Клизма прорвалась — и вода поперла. То ли сантехнику верят, то ли в мире Все сценарии — та же игра. «Кольца власти» — так долго, так нудно, Как ремонт после клизмы в трубе. Но Амазон обещает, что чудно Всё закончится в новой судьбе. Только Фонтанка смеётся над планом: Клизма — вот настоящий сюжет. Вместо эльфов — вода по карманам, И сарказма здесь только и нет. Так что жди, зритель, четвёртый сезон, Но запомни: река и кольцо — Это вечная тема для стонов, Где клизма — всему венцом.

Эпопея на Фонтанке Амазон спешит снимать свой сериал, Четвёртый сезон про Кольца власти. Фанат в восторге, критик — лишь устал, А сценарий пишут, видно, от скуки. Но вот на Фонтанке — иная беда: Клизма с водой, как Саурон, проникла в дома. Трубы прорвало, и вновь — как всегда: Эпопея длиннее, чем «Властелин Кольца». То ли эльфы, то ли гномы — не понять, Кто виноват в этом потопе смешном. Но Амазон обещает нам снять Сезон, когда клизма уйдёт с Фонтанки с кольцом. Ждать до 2028 — не срок, а пустяк, Пока «Кольца» нам покажут в эфире. А на Фонтанке — всё тот же бардак, Словно сняли не сериал, а клизму в мире. Сарказм здесь уместен: два года — фигня, Когда каждый сезон — как прорыв из трубы. Так что, Амазон, снимай, не храня Столько пафоса, словно мы ждём похвалы.

Саркастичный обзор А мы монтажники-высотники, что скрыто? В работе нашей — вечный риск и ад. Павел Ходаков, чья душа разбита, Смотрел на Питер, будто бы на взят. На шпилях Петропавловских, где тучи, Он видел, как там бюрократы врут. С высоты Адмиралтейства, где могучий Лишь ветер, он подумал: “Все умрут” Под ним — колонна, Смольный и собор, Где Екатерина смотрит с высоты. Он саркастично наблюдал за вздором И думал: “Вот такие вот мечты” У Тучкова моста, где ветер воет, Он прикурил, устав от красоты. Когда спустился, город снова строит Дома, мосты и прочие “кресты”. Мы монтажники, мы выше всех и круче, Но эта вечная работа — просто смрад. Сарказм наш — как защита в этой куче, Когда глядишь на Питер, словно в ад. Но, если честно, мы свой выбор сделали И лазаем по шпилям до седин. Хотя порой мы плачем еле-еле, Но снизу каждый видит нас — один.

Выше всех Мы монтажники-высотники, порода — Никому не ведомый полёт. Павел Ходаков, глядя с высоты, Видел всё, что Питер создаёт. На шпиле Петропавловской твердыни, Где ангел держит крест над облаками, Он стоял, как будто на витрине, И чертил незримыми штрихами. С Адмиралтейства, с колонны, с собора, Где Смольный купол в небо устремился, Он смотрел на суету забора И над Невой слегка повеселился. У церкви, что у Тучкова моста, Где ветер гнёт деревья в три погибели, Он молчал, и это было просто — Сарказм рождался в каждой видимой обиде. Внизу авто, трамваи и прохожий, А сверху — только небо и простор. И каждый, кто внизу, на нас похожий, Завидует, наверно, с этих пор. Но наш удел — работать, а не грезить, Хотя и грезы могут быть в цене. Мы монтажники, нам велено, чтоб весил Наш труд как шпиль на этой вышине.

Чебурашка в Эрмитаже Чебурашка в Эрмитаж припёрся, Уши бантиком, а взгляд — кирпич. «Где тут опера? Я что, затёрся? Мне бы в цирк, а тут сплошная дичь!» Фигаро запел под сводами, Рафаэлла Карра — в кринолин. Чебурашка с красными геморроями Шепчет: «Я один из паутин?» Дворцовая площадь — что за сцена! Цифровой магнолией цветёт. Чебурашке кажется изменой: «Где тут кнопка, чтоб уйти в полёт?» Арии летят, как комары, Канкан задорный — прямо в потолок. Чебурашка из глухой норы Достаёт свой сарказма поток: «Классика на Дворцовой — это круто! Только где же мой любимый крок?»

Ремонтный вопрос Таня: «Олег, протекает кран, сделай же что-нибудь!» Олег взял отвертку, вздохнул: «Ну, попробуй уснуть. Кран я починю, только ты не смотри, А то еще нервов найдешь внутри».

Твой скепсис и моя ночь Ты споришь, шутишь, вечно не со мной, Твердишь, что я к тебе не проявлю интерес. А я душой открыта, как весной, Ты же — насмешка, словно злой балбес. На сайтах ты сидишь, мне не ответив, За день ни слова — занят, дел гора. А я пишу стихи, и ты заметив: Не ты один поэт — и мне пора!

Гномий сарказм Твой меч затуплен, а стихи — вода, И борода твоя смешна, как шутка. Поёшь ты фальшиво, как в беде дрозда, И в рифмах пута, как в лесу малютка.

Женский счет Маша, Рита, Кристина, Елена, Светлана — сколько их? Пять или шесть? Мой муж — коллекционер измен, наверно, И каждой обещал любовь и честь. Но я считаю не его потери, А те часы, что он им подарил. Они теперь в пустой, холодной двери, Где он ключи от счастья обронил.

Абсолютный ноль Он должен быть рокером и программистом, Поэтом, спортсменом, поваром, психологом. Иметь сто друзей, но быть верным и чистым, И чтобы на всё он смотрел с юмором, с толком. Но если такого вдруг встретишь — беги, Ведь это не муж, а ходячий список. Идеальных нет — так что ты не грусти, Лучше ищи тех, кто просто по-честному близок.

Миф о принце Нам с детства твердили: есть принц на коне, Он храбрый, красивый и верный до гроба. Но выросла я — и в моем окне Лишь сосед, чья вся жизнь — это пиво и злоба. Он носки разбросал, не выносит мусор, И вместо романтики — футбол и диван. Так что, дорогие, не верьте в иллюзию: Идеальный мужчина — просто мираж и обман.

Список требований Он должен быть умным, богатым и сильным, Иметь идеальную прессу и рост. Он должен быть нежным, но в меру агрессивным, И чтобы смотрел он с любовью на звезды. Но если такой и найдется на свете, То он, как обычно, женат или гей. И мы в одиночестве вечером встретим Унылый свой ужин из макарон и репей.

Идеальный мужчина Идеальный мужчина не пьет и не курит, Зарплату приносит, цветы дарит в срок. Но в жизни такого, поверьте, не встретить, Хоть каждый мечтает, чтоб был он не строг. Он в доме всё чинит, и дети довольны, И тещу он любит, как маму родную. Но если такой и бывает, то в сказке, А в реальности — просто картинку рисуют.

Идеал в рекламе Идеальный мужчина — как в рекламе крем: На деле — просто мыльный пузырёк. Он маску носит, за которой нем, И каждый сам себе — как мотылёк. Но я ждала и, наконец, нашла: Тот, кто не пьёт, не курит, не дерзит. Увы, он оказался из стекла, И в шкафу на полке просто стоит.

Нет в мире совершенства Твердят, что идеальных нет мужчин, Но эту истину я сам не раз проверю. Вот он — красавец, умница, один, И я ему, пожалуй, даже верю. Но только стоит чуть приглядеться к ним, Найдутся недостатки без труда: Один — скупец, другой — хвастун, иным До идеала — ой, как далека звезда.

Миф об идеале Идеальный мужчина — как единорог: Все говорят, что существует, но никто не видел. Он и красавец, и умён, и бог, И сам себе всегда во всём был видел. Но как-то раз один знакомый мне сказал, Что идеал есть — просто он женат. А холостой — то вечный идеал-профан, Который сам себе не рад.

Идеальный мужчина Где тот мужчина, что всегда прав, Не путает носки и не храпит во сне? Он безупречен, словно божий дар, И в жизни всё умеет — даже нет, вдвойне. Но я скажу вам, споря с бытием: Таких на свете не было и нет. Любой имеет свой изъян — враньё, Что идеал нам подарил портрет.