Философская лирика

Разговор с Галей Скажи мне, Галя, видно даром Мы глазки строили лишь старым, Забыв о молодых. Как же наскучили их лица, Песок не сыпется, струится Давным-давно из них. А сердцу хочется полета, В ночи без сна мы ждем чего-то, Признайся, и не раз. Но ждут мужья борща к обеду, И матч футбольный в эту среду, И теплый унитаз. Мы в суете теряем крылья, Взамен — заботы и усилья, И вечный перезвон. А хочется вскочить на велик, Забыть про быт и про бездельник, И мчаться в горизонт. Но утром вновь звенит будильник, И в голове один насильник: "Вставай, готовь обед". И мы с тобой, подруга, таем, Мечты о лете отпускаем, Пока не сядет свет. Так выпьем, Галя, за мечтанья, За то, что наши все желанья Живут в груди огнем. Пусть мужья ждут, а мы — летаем, Хотя бы в грезах, дорогая, И в танце под дождем.

Новые горизонты Проторенный маршрут — уютный плен, Он дарит безопасность, но не суть. Ведь только там, где нет протоптанных дорог, Находишь то, что не даёт уснуть. И пусть придётся самому идти, Сквозь тернии, к неведомой звезде, Зато увижу мира красоту, Которую не встретить нигде.

Круговорот Воздух, вода, жизнь — мечта, Прямо идёшь, но не туда. Земля — тетраэдр, не шар, Кому-то нужен мой привет. Я помогу, но не смогу, Занят я, вот почему Крутится жизнь подо мной, Мяч под ногой — не мой. Пнуть его можно, коль не мой, Мыть не надо, пусть лежит, Лучше огонь разведу, Пусть он дорогу осветит. Но нет, идти мне надо, Сам посвети, если надо. Нету желания, плохо, друг, Вот и разорван круг. Сам разорвал, сам и свяжи, Не говори, мне не нужно.

Стихия Воздух и вода, и жизнь как сон, Идёшь вперёд, но где же он? Земля — не шар, а тетраэдр, Привет кому-то нужен, ладно. Я помогу, но не смогу, Занят, наверно, потому Крутится жизнь подо мной, Мяч у ноги — он не мой. Пнуть можно, если не жалеть, Мыть не надо — пусть лежит, Лучше огонь разжечь, гореть, Пусть он дорогу осветит. Но нет, идти мне надо вдаль, Посвети же мне, не жаль. Нет желания, плохо, друг, Разорван наш с тобою круг. Сам разорвал, сам и свяжи, Мне не надо, не говори.

Детство в ладонях Мы мечтали скорее стать взрослыми, Чтоб решать и command самим. А теперь, оглянувшись, поняли: Детство было волшебным дымом. Тёплый вечер, качели у дома, Мамин голос зовёт домой. Время мчится, и мы незнакомы С той беззаботной порой. Словно в детстве остались крошки От печенья и молока. И, взрослея, спешим мы немножко, Но в мечтах — та река.

Пустота Внутри меня зима, и снег не тает, Огни погасли, ветер стих в груди. Я как стекло, что тихо разбивает Себя само, и некому прийти. Никто не позвонит, никто не спросит, Я в тишине, как в вакууме, сплю. Мой день похож на серый дождь без проси, Я ничего уже не жду, не люблю.

Свет надежды Мы будем верить, будем ждать, И в каждом сердце свет рождать. Пусть этот мир не будет пуст, Когда в нём есть любовь и грусть. И мир вокруг, такой родной, Написан краской золотой. Лучом надежды озарён, Он будет вечно окрылён.

Свет в ладонях Пусть этот свет не угасает впредь, Чтоб в каждом вздохе, в каждом дне суметь Добро от зла, распознавать, И никогда, нигде, не унывать. Когда наступит сумрак и печаль, Ты этот свет в ладонях удержать Сумей, и тихо-тихо прошепчи: «Гори, гори, не бойся, не молчи».

Танец до утра Танцую, хоть на сердце — грусть и тень, И тени стынут у окна немого. В разбитом, одиноком миреже Я кружусь под музыку без слова. Пускай дрожат ладони, как листы, Пускай слеза прячется за смехом — Я тихо танцую до темноты, Чтоб не услышать сердце с тихим эхом. Под каблуками — пепел и дожди, В глазах — туман, а в памяти — разлука. Я танцую, чтоб не сбиться с пути, Пока не стихла эта боль и мука. И если музыка растает вдали, Я замру в молчанье, без движенья… Но пусть хотя бы эти танцы мне Подарят миг покоя и спасенья. А завтра снова день, и снова ночь, И снова я кружусь в пустом зале. Но танец мой — он гонит грусть прочь, Хотя и не вернёт того, что взяли. И пусть в глазах туман, а на душе — зима, Я буду танцевать, пока есть силы, Пока не разобьётся эта тьма О свет, что я в себе не погасила.

Танец в тишине Танцую, хоть на сердце — грусть и тень, И тени стынут у окна немого. В разбитом, одиноком миреже Я кружусь под музыку без слова. Пускай дрожат ладони, как листы, Пускай слеза прячется за смехом — Я тихо танцую до темноты, Чтоб не услышать сердце с тихим эхом. Под каблуками — пепел и дожди, В глазах — туман, а в памяти — разлука. Я танцую, чтоб не сбиться с пути, Пока не стихла эта боль и мука. И если музыка растает вдали, Я замру в молчанье, без движенья… Но пусть хотя бы эти танцы мне Подарят миг покоя и спасенья. Когда луна погасит свет в окне, И эхо шагов замрёт в прихожей, Я буду помнить, как в этом огне Мы были с тобой на что-то похожи. Но танец мой — лишь тень былых огней, И в нём не слышно ни тоски, ни зова. Я всё кружусь под музыку теней, Пока в груди не стихнет это слово.

Путь к свету Ты начни меняться, друг мой, в лучшую сторону, И Господь укажет путь, даст тебе любовь. Все мечты сбудутся, если верить и идти, Свет в конце тоннеля уже ждёт впереди.

Горький урок За доброту ты платишь едким слогом, Истерикой и сплетней со спины. Вот и катись тогда обратно к порогам, Где ложь и злость, как плесень, видны. Я был дурак, метая бисер свиньям, Надеясь, что оценят чистоту. Но ты привык к гнилым своим устоям, И не понять тебе мою мечту. Уйду я прочь, оставлю эти стены, Где каждый вздох пропитан фальшью и враждой. Найду я свет, где нет твоей измены, И заживу спокойно, как зимой. Прощай, неверный друг, и не жалей, Что потерял того, кто верил в дружбу. Ты выбрал путь насмешек и страстей, А я — свободу, честность и службу.

Ночная мудрость Яркий месяц рассыпал серебряный свет, Звёзды шепчутся с ним о грядущем. Тишина — это самый надёжный ответ, Самый мудрый, что нам неотступно идущим.

Свет и тишина Яркий месяц рассыпал серебряный свет, Звёзды шепчутся с ним о грядущем. Тишина — это самый надёжный ответ, Самый мудрый из всех, нас ведущих.

Лунный шёпот Яркий месяц рассыпал серебряный свет, Звёзды шепчутся с ним о грядущем. Тишина — это самый надёжный ответ, Самый мудрый, что в сердце живущем.

Ночной ответ Яркий месяц рассыпал серебряный свет, Звёзды шепчутся с ним о грядущем. Тишина — это самый надёжный ответ, Самый мудрый, в молчаньи живущий.

Серебряный свет Яркий месяц рассыпал серебряный свет, Звёзды шепчутся с ним о грядущем. Тишина — это самый надёжный ответ, Самый мудрый, что слышен в живущем.

Лунный разговор Яркий месяц рассыпал серебряный свет, Звёзды шепчутся с ним о грядущем. Тишина — это самый надёжный ответ, Самый мудрый из всех, к нам идущих.

Новое начало Когда за спиной остаются мосты, И прежние карты уже не годны, Нас манит сиянье далёкой звезды, И мы ожидаем иной новизны. Немного тревожно, но сердце поёт, Ведь мы не одни — нас ведёт вдохновенье. Пусть ветер холодный в лицо нам метёт, Мы верим в грядущее, в свет обновленья. Как ранней весной вскрываются реки, Так в нас пробивается жажда творить. Мы смотрим вперёд, не жалея о веках, И учимся заново жить и любить. Всё лучшее ждёт нас за этим порогом, И прошлое нам не указ, не закон. Мы строим свой мир, мы идём по дорогам, Что нам до сомнений? Мы входим в сезон. Пусть будет не просто, но будет — иначе! Мы выйдем из тени, увидим рассвет. Начать — это значит сказать себе: «Значит, Я буду идти, даже если нет сил». И в этом начале, как в первом глотке, Есть свежесть, есть сила, есть чистый восторг. Мы пишем историю начисто, в строке, И каждый из нас — и поэт, и пророк.

Эхо в груди Захлебнись в этих грязных чувствах, Забудь, что мы были когда-то друзья. Фальшивое в такт, разбитое в пух, Искусство лжи — наша песня моя. В разбитых витринах, где нет отражений, Мы ищем себя, но находим лишь тень. В фальшивом блеске чужих наслаждений Проводим мы дни, как в тумане, как в плен. Пусть ночь укрывает остатки души, Разорванной в клочья, как старый альбом. В которой лишь эхо, как шёпот в тиши, И швы, что стянули невидимым швом. Я больше не плачу, я больше не жду, Я выключил свет и закрыл все глаза. Но чувства как ток, как разряд на беду, Проходят сквозь меня, как сквозь провода. Захлебнись в чувствах, захлебнись до дна, Мы оба утонем в этом огне. Не надо мне слов, не надо вина, Оставь меня здесь, наедине.

Бездна чувств Захлебнись в этих грязных чувствах, В разбитых витринах и фальши искусства. Пусть ночь укрывает остатки души, В которой лишь эхо и рваные швы. Мы строили замки из пепла и лжи, Но время развеяло наши миражи. Осталась лишь горечь, как дым сигарет, И в сердце — холодный, неминуемый свет. Я помню, как пахло дождём и травой, Когда мы смеялись, не зная беды. Теперь только стены, и я сам не свой, И в омуте глаз твоих нету воды. Захлебнись в этом горьком вине, В разбитых надеждах, в пустой тишине. Мы слишком хотели, но мало дали, И звёзды погасли, как свечи вдали. Пусть утро разгонит туман и тоску, Но я не забуду твою красоту. Захлебнись в чувствах, захлебнись до конца, Мы — сломанный танец, мы — два мертвеца.

Два входа в одну воду Давай мы войдём в эту реку дважды, Не веря тем, кто пишет по шаблону сюжет. Туда, где мы были счастливей однажды, Где времени нет, а только свет. Мы ступим босыми ногами в прохладу, Почувствуем, как течёт день. И не спросим, кто даст нам награду, Мы сами — река, мы сами — тень. Пусть внешне всё так же: берег и ивы, Но мы изменились — и в этом соль. Два входа — два разных порыва, И в каждом — своя роль.

Вторая река Давай мы войдём в эту реку дважды, Туда, где были счастливей всех. Не спросим у тех, кто не верит в жажду, Кто правил держится, как за оберег. Пусть время хранит свой изгиб речной, Мы в воду ступим, как в первый раз. И станет нам снова легко и светло, Как будто не прожито столько фраз. Второй раз — не значит, что повторенье, Иная вода, иное дно. Но в этом вхождении — воскрешенье, И нам с тобой, поверь, всё равно.

Круг судьбы Мы шли когда-то рядом, не спеша, Делили смех и слёзы пополам. Друг другу открывали мы сердца, Когда казалось, что сломались мы. Теперь мы разошлись, как в море льды, И каждый ищет свой отдельный путь. Мы строим с новыми друзьями сады, Но старый след не в силах зачеркнуть. У судьбы свои причуды, как всегда: Она ведёт нас по кругу, не спеша. Чем дальше мы, тем ближе, как вода, Что, испаряясь, возвращается, дыша. Мы идём в разные стороны, но круг Смыкает нас, и вот мы вновь вдвоём. И чем сильней расходимся, тем вдруг Яснее видим: мы в пути своём. Так пусть же круг замкнётся в нужный час, И мы поймём, что дружба — не игра. Мы встретимся, и в этот светлый час Поймём: мы не чужие до конца.