Длинные стихотворения
Подборка длинных стихотворений — объемных произведений, которые позволяют полностью погрузиться в поэтический мир.
Стихи
Зов предков
В тумане древние курганы,
Где спят забытые князья,
Я слышу зов, глухой и рваный,
И просыпается земля.
Под пеплом звёзд, в ночи бездонной,
Горит священный огонь мой.
Я стал тропой, водой студёной,
Я стал безмолвною луной.
Перуна гром в груди рокочет,
И Мокошь шепчет мне во сне.
Душа истаяла до ночи,
Прильнув к языческой весне.
В лесу, где вечность пахнет хвоей,
Где тени предков вглубь ведут,
Я сбросил облик свой людской,
Вкусив забвения сосуд.
И вот стою на грани мира,
Где явь и навь сплелись в одно.
Моя последняя квартира —
Курган, где сумрачно, темно.
Но зов звучит всё громче, ближе,
Зовёт меня в последний путь.
Я поднимаюсь выше, выше,
Чтоб в бездну древнюю нырнуть.
Плач у капища
У капища старого
Вороны кружат,
Идолы треснули,
Мхом поросли.
Я приношу не дар —
Собственную кровь,
Чтобы услышали
Пращуры вновь.
Тишина давит
На плечи камнем,
Только эхо вдали
Отзывается лаем.
Ой, Лада-матушка,
Сжалься над сыном,
Дай мне забвение
В мире зверином.
Я не прошу ни любви,
Ни прощения —
Только бы сгинуть
В тумане осеннем.
Стрибог нашепчет
Мне песню ветров,
И унесут меня
Крылья без слов.
В сумраке капища
Свечи не теплятся,
Души умерших
Со мной не беседуют.
Только черный петух
Клюет мои сны,
И не дождаться
Мне больше весны.
Так пусть же Перун
Разобьет мое тело,
Чтоб душа улетела
В небесное дело.
И стану я ветром,
И стану я снегом,
Навеки прощаясь
С языческим веком.
В сумраке Перуновом
В сумраке Перуновом
Тени бродят по кругу,
Словно предки из дыма
Шепчут древнюю вьюгу.
На курганах забытых
Костры не горят,
Только ветер холодный
Листву шевелит невпопад.
Я иду по тропе,
Где туман стелется,
Слышу голос лесной —
Сердце мечется.
Ой вы, ветры буйные,
Сполохи дальние,
Вы несите мне весть
Из времен стародавние.
За рекой Смородиной
Калинов мост гнется,
Душа моя грешная
К свету не рвется.
Там, за лесом дремучим,
Где Мокошь прядет,
Нити судеб сплетаются,
Время не ждет.
Я сорву с себя крест,
Обернусь волком серым,
Чтобы сгинуть в ночи
Под языческим небом.
Но рассвет не наступит —
Солнце в топи увязло,
И Перун не услышит,
Как мне страшно и тяжко.
Так прими меня, Велес,
В свои темные воды,
Где ни боли, ни страха,
Ни людской непогоды.
И пусть пепел развеют
Над холмом погребальным,
Чтобы снова родиться
В этом мире печальном.
Колодец
В глубине двора, где бурьян и крапива,
Где сруб почернел от дождей,
Стоит колодец — немая картина,
И нет никого, кто б подошёл к нему.
В нём живёт водяной — старый и хмурый,
С глазами, как тина на дне,
Он любит, когда над водой ходят тучи,
И ждёт, чтобы кто-то пришёл.
Коровы, что бродят по скошенным травам,
К воде приходят напиться в жару,
Но если наклонится к тёмным канавам,
Водяной утащит её в глубину.
А девушки, что с вёдрами ходят
По тропке к колодцу с утра,
Водяной поджидает и в омут уводит —
Их больше не видят села.
Он слышит их голос, их лёгкую поступь,
И тянет холодной рукой,
И в тёмной воде, где нет никого,
Они остаются навек.
И люди обходят колодец далёко,
Крестятся и шепчут: «Не тронь»,
И только луна в небесах одиноко
Глядит в его чёрную воду.
И чудится в этом безмолвии странном
Насмешка и древняя грусть,
И хочется верить, что это случайно,
И хочется вниз заглянуть.
Водяной
В старом колодце, где тина и мрак,
Где пахнет сыростью и гнилью,
Живёт водяной — безобразный чудак,
С зелёной, как ил, бородой.
Он любит прохладную воду и тень,
И в полдень, когда все спят,
Выходит на берег, где дремлет плетень,
И смотрит на белый закат.
Но если корова зайдёт на лужок
И к яме наклонится пить,
Он схватит её за копыта, рожок
И в омут утащит — не быть.
А девушки, что по воду идут
С ведром и коромыслом,
На дне его тёмном навек пропадут —
Их песни умолкнут быстро.
Он слышит их смех и шаги босых ног,
И ждёт, притаившись в тине,
И тянет их вниз, где холодный поток,
Где нет ни конца, ни причины.
И люди боятся колодца того,
Обходят его стороной,
И шепчут: «Не трогай, не пей — ничего,
Водяной там живёт под водой».
Но ночью, когда загорается свет
В далёкой избе рыбака,
Водяной выплывает на лунный свет
И смотрит в ночные глаза.
И чудится в плеске его голосов
Насмешка и древняя грусть,
И страшно, и сладко от этих часов,
И хочется вниз заглянуть.
Тот, кто шепчет
Он во мне — как огонь в глубине,
Он жаждет гореть, не желая уснуть.
Он шепчет сквозь сон: «Подойди ко мне,
Стань частью меня, хоть на миг, хоть чуть-чуть.»
Я слышу его в шуме дождя,
В мерцании свеч, в тишине зеркал.
Он манит меня, от себя уводя,
В тот край, где никто до меня не ступал.
Он жаждет огня, что сжигает до тла,
Он хочет испить моей тайной мечты.
И я понимаю: его цель светла,
Хотя его тени остры и круты.
Он шепчет сквозь сон: «Я — твой двойник,
Я — то, что ты прячешь от всех в тишине.
Прими меня, сбрось свой холодный щит,
И станешь сильнее вдвойне.»
Я медленно таю, как воск на огне,
И монстр во мне больше не враг.
Он — часть меня, он живёт во мне,
И вместе мы движемся в мрак.
Стань частью меня, — он шепчет опять, —
Позволь мне гореть, позволь мне желать.
И я отвечаю: «Да будет так,
Ведь ты — мой огонь, мой единственный знак.»
Монстр во мне
Во мне пробудился голодный зверь,
Он дышит огнём в тишине ночей.
Сквозь сон он шепчет: «Открой мне дверь,
Стань частью меня, стань моей.»
Он рвётся наружу, как дым из груди,
В глазах его — отблески жарких зарниц.
Он шепчет: «Со мной ты вперёд иди,
Не бойся ни стен, ни границ.»
Он жаждет огня, что сжигает страх,
Он хочет испить моей крови до дна.
И я соглашаюсь, и тает мрак,
И в жилах вскипает волна.
Он шепчет сквозь сон: «Ты теперь не один,
Я — часть твоей сути, твой тёмный брат.
Со мной ты познаешь простор равнин,
И пламя, что жжёт невпопад.»
Он входит в меня, как в раскрытый храм,
И я принимаю его целиком.
И вот уже пепел летит по ветрам,
И мы говорим с ним на одном языке, но о другом.
Стань частью меня, — он шепчет опять, —
Позволь мне гореть, позволь мне желать.
И я отвечаю: «Да будет так,
Ведь ты — мой огонь, мой единственный знак.»
Он жаждет огня
Он жаждет огня – этот демон внутри,
Что кормится криком и болью моей.
Я каждый день с ним на краю, посмотри,
Как плавится воля в горниле страстей.
Я пробовал сжечь его – он же огонь,
Я пробовал бросить – он держит меня.
И в каждом дыханье – его ладонь,
И в каждой молитве – его броня.
Я кричу – но голос уносит ветер,
Теряя себя, я ищу себя в нём.
Он стар, как мир, и он мой свидетель,
Мы связаны с ним одним ремнём.
Он шепчет: «Сожги всё, что было до нас»,
И я поджигаю мосты и мечты.
Но где-то в золе проступает рассвет,
И в нём – мои новые, чистые сны.
Я знаю, что демон – не враг, а двойник,
Он – тёмная часть моего же огня.
И если я выдержу этот миг,
Он станет слугой, а не господином для меня.
Я кричу – и эхо летит в пустоту,
Но в этом крике – уже не бессилье.
Я верю: однажды я сброшу черту,
И демон внутри станет просто крыльями.
Демон внутри
В груди моей демон засел, как в норе,
Он жаждет огня, он голодный и злой.
Я каждый день с ним на этой игре,
Кричу, задыхаясь, теряя покой.
Он шепчет мне: «Пусть все сгорит дотла»,
И тянет меня в раскалённую тьму.
Я знаю, что это – его дела,
Но всё же иду, как будто к нему.
Я пробовал спрятать его под замком,
Молился, считал до семи и назад.
Но он пробивается в сердце тайком,
И снова в глазах его бешеный взгляд.
Он жаждет огня – не свечи, не костра,
А пламени, что пожирает миры.
И каждая новая с ним игра
Оставляет во мне лишь ожоги и сны.
Но где-то в глубинах, под пеплом и льдом,
Я слышу свой голос – он всё ещё мой.
И пусть мы горим в этом мире вдвоём,
Я выберу путь – даже если стеной.
Я кричу – и эхо летит в пустоту,
Теряя себя, но находя свет.
Я верю: однажды я сброшу черту,
И демон внутри станет просто рассвет.
Путь к знаниям
Она спешила в школу из дома на Ордынке,
Где булочная пахнет хлебом и корицей,
Где в каждом переулке свои тропинки,
И можно заблудиться, как в темнице.
Но нет, она дорогу знает наизусть:
Налево — сквер, направо — банк и церковь,
И голуби взлетают в синюю высь,
И ветер треплет лёгкую косицу.
Она несёт в рюкзаке тяжёлый груз
Учебников, тетрадей и надежды,
И солнце светит, словно бы на бис,
И утро пахнет свежестью и нежным.
За поворотом — школьные ворота,
Где ждёт подруга с ярким рюкзаком,
И впереди — уроки и заботы,
Но это всё потом, потом, потом.
А после школы — парк, мороженое, смех,
И мама обнимает у порога,
И этот день, один из многих, — всех
Дороже, потому что в нём так много:
И гомон птиц, и шумный перекрёсток,
И первый луч, скользящий по стене,
И школьный двор, и голос тёплый, веский,
И счастье — просто быть, идти к мечте.
Утро на Ордынке
Она спешила в школу из дома на Ордынке,
Где окна светятся, как тёплые картинки,
Где тополя шумят над мостовой,
И голубь чистит перья под листвой.
В её рюкзаке тяжёлые тетрадки,
А в мыслях — лето, море и закладки,
Она бежит, не замечая луж,
И солнце в лужах — как златой драгун.
Трамвай звенит, скользя по рельсам гладким,
Старушка с сумкой семенит по складкам
Асфальта, что нагрелся с ранних пор, —
И дворник машет метлой, как дирижёр.
Она свернёт в знакомый переулок,
Где дядя Гриша продаёт баулы,
И крикнет: «Здрасьте!» — он в ответ кивнёт,
И дальше в школу, где звонок зовёт.
А после школы — снова двор, качели,
И сок берёзовый в стеклянной карусели,
И мама с папой, и любимый кот,
И вечер, что тепло в ладонях бережёт.
Девочка, не плачь
Стоит и не верит в разбитую сказку,
И горькие слёзы текут, обжигая.
Он равнодушен к её боли, к её ласке,
А девочка тает, себя не прощая.
Но ты не плачь, девочка, это не горе,
Ты думала — первая любовь прошла,
А это детство уходит, как в море
Уносит волна золотого тепла.
Он не заметил, как больно ей стало,
Он просто не знает, что сделал больно.
А ты не грусти, ведь уже наступала
Пора взрослой жизни, и это довольно.
Ты вытри же слёзы, не плачь, успокойся,
Ведь ты ж взрослеешь, и это прекрасно.
Ты только живи, ни о чём не жалей,
И будет ещё в твоей жизни ясно.
Стоит и не верит... а ты уже знаешь,
Что детство уходит, но ты не грусти.
Ты взрослая, девочка, ты понимаешь,
Что счастье ещё предстоит обрести.
Прощание с детством
Стоит и не верит в разбитую сказку,
И горькие слёзы текут, обжигая.
Он холоден к боли, не видит он ласку,
А девочке — трагедия, боль пребольшая.
Но ты не плачь, девочка, слёзы не прячь,
Ты думала — первая любовь прошла,
А это с детством прощанье, не плачь,
Ведь ты повзрослела, ты это нашла.
Он не поймёт, что обидел случайно,
Он просто не знает, как больно бывает.
А ты научись отпускать, и печально
Пусть сердце твоё понемногу оттает.
Стоит и смотрит в окно, не мигая,
А девочка плачет, себя не жалея.
Но ты не грусти, эта боль — не такая,
Она заживёт, становясь всё сильнее.
Ты вспомнишь потом это время с улыбкой,
Хотя будет больно ещё и не раз.
Но детство ушло — и уже без ошибки
Ты взрослая, девочка. Взрослая. В час.
Так вытри же слёзы, не плачь, успокойся,
Ведь жизнь впереди, и она интересна.
Ты только живи, ни о чём не жалей,
И будет ещё в твоей жизни невеста.
Стоит и не верит... а ты уже знаешь,
Что детство уходит, но ты не грусти.
Ты взрослая, девочка, ты понимаешь,
Что счастье ещё предстоит обрести.
Ты не плачь, девочка
Стоит и не верит в разбитую сказку,
И горькие слёзы текут, обжигая.
Он равнодушен к её боли — а для девочки это
Большая беда, трагедия, но ты не плачь, девочка.
Думала, что это первая любовь прошла,
А это она прощается с детством.
Ветер срывает с деревьев листья,
И сердце сжимается в маленький ком.
Он не заметил, как она повзрослела,
Не увидал в ней живую мечту.
А ей казалось, что счастье — вот, рядом,
Но он прошёл, как гроза, стороной.
Ты не плачь, девочка, слёзы не вечны,
Детство уходит, но ты не грусти.
Скоро ты вырастешь, станешь беспечной,
И улыбнёшься тому, что прошло.
А эта боль — она просто взросление,
Первый урок, что не всё по плечу.
Ты соберёшь себя по кусочкам, наверное,
И перестанешь бояться ночную свечу.
Стоит и смотрит, как тает надежда,
Но ты не плачь, девочка, ты же сильна.
Скоро ты вспомнишь его безмятежно,
И улыбнёшься тому, что одна.
Детство уходит неслышной походкой,
Оставляя на сердце тонкую нить.
Ты не грусти, что рассталась с мечтой,
Ведь ты научилась любить и простить.
И пусть сейчас больно, и пусть одиноко,
Но ты не плачь, девочка, слёзы — вода.
Скоро ты станешь счастливой, далёко
От этой разбитой сказки, навсегда.
Прощание с детством
Стоит и не верит в разбитую сказку,
И горькие слёзы текут, обжигая.
Он равнодушен к её боли — а для девочки это
Большая беда, трагедия, но ты не плачь, девочка.
Думала, что это первая любовь прошла,
А это она прощается с детством.
Ветер играет с оборванной лентой,
Сердце стучит в тишине, как в клетке.
А он идёт, не оборачиваясь, мимо,
И каждый шаг — как удар по стеклу.
Она стоит, растерянная, нелюбимая,
И смотрит вслед, как в тёмную мглу.
Но ты не плачь, девочка, слёзы не вечны,
Детство уходит — так заведено.
Скоро ты вырастешь, станешь беспечной,
И улыбнёшься тому, что прошло.
А эта боль — она просто взросление,
Первый урок, что не всё по плечу.
Ты соберёшь себя по кусочкам, наверное,
И перестанешь бояться ночную свечу.
Стоит и смотрит, как тает надежда,
Но ты не плачь, девочка, ты же сильна.
Скоро ты вспомнишь его безмятежно,
И улыбнёшься тому, что одна.
Детство уходит неслышной походкой,
Оставляя на сердце тонкую нить.
Ты не грусти, что рассталась с мечтой,
Ведь ты научилась любить и простить.
И пусть сейчас больно, и пусть одиноко,
Но ты не плачь, девочка, слёзы — вода.
Скоро ты станешь счастливой, далёко
От этой разбитой сказки, навсегда.
Слёзы на качелях
Стоит и не верит в разбитую сказку,
И горькие слёзы текут, обжигая.
Он холоден к боли, не дарит участья,
А девочке это — беда роковая.
Но ты не плачь, девочка, слышишь, не надо,
Ты думала — первая любовь не проходит.
А это не чувство ушло без возврата,
А детство с тобой навсегда расстаётся.
Она вспоминает закаты и игры,
Смешные секреты и тайны в тетрадке,
А он для неё был единственным в мире,
Но сердце его — из холодного сплава.
Она ещё верит в волшебные грёзы,
Что принц на коне постучится в окошко,
Но время сотрёт эти детские слёзы,
И станет она чуть взрослее немножко.
Пройдут и обиды, и боль от разлуки,
Она повзрослеет и встретит другого,
Но детство, как первые трепетные звуки,
Останется в памяти светлой основой.
А ты не грусти, что так рано взрослеешь,
Что сказка ушла, не успев развернуться.
Ты встретишь ещё настоящую нежность,
И сердце твоё перестанет сжиматься.
Прощание с детством
Стоит и не верит в разбитую сказку,
И горькие слёзы текут, обжигая.
Он холоден к боли, не дарит участья,
А девочке это — беда роковая.
Но ты не плачь, девочка, слышишь, не надо,
Ты думала — первая любовь не проходит.
А это не чувство ушло без возврата,
А детство с тобой навсегда расстаётся.
Она вспоминает качели и игры,
Смешные банты и цветные тетрадки,
А он для неё был единственным в мире,
Но сердце его — из холодного сплава.
Она ещё верит в волшебные грёзы,
Что принц на коне постучится в окошко,
Но время сотрёт эти детские слёзы,
И станет она чуть взрослее немножко.
Пройдут и обиды, и боль от разлуки,
Она повзрослеет и встретит другого,
Но детство, как первые трепетные звуки,
Останется в памяти светлой основой.
А ты не грусти, что так рано взрослеешь,
Что сказка ушла, не успев развернуться.
Ты встретишь ещё настоящую нежность,
И сердце твоё перестанет сжиматься.
Глаз как оптическая система
Глаз человека — сложный оптический прибор,
Снаружи склера — белочная оболочка,
Она защищает и держит форму,
К ней мышцы крепятся, вращая глаз.
Роговица — прозрачная передняя часть,
Сильно преломляет свет,
Не имеет сосудов, питается слезой и влагой,
Её поврежденье — серьёзный риск.
Радужка — диафрагма, зрачок — отверстие,
Регулирует поток света,
На ярком свету сужается,
В темноте расширяется.
Хрусталик — эластичная линза,
Подвешен на цинновых связках,
Меняет кривизну при аккомодации,
Чтобы видеть близко и далеко.
Стекловидное тело — прозрачная масса,
Заполняет полость глаза,
Поддерживает сетчатку,
Проводит свет к задней стенке.
Сетчатка — внутренняя оболочка,
Содержит фоторецепторы:
Палочки — для сумеречного зрения,
Колбочки — для цветного и дневного.
В центре — центральная ямка,
Максимальная острота зрения,
Здесь только колбочки,
Плотно упакованы.
Зрительный нерв выходит в слепом пятне,
Передаёт сигналы в мозг,
Где зрительная кора
Создаёт изображение.
Глаз — удивительный дар природы,
Позволяет видеть мир во всей красе.
Берегите его от травм и болезней,
Регулярно проверяйте зрение.
Любовь — это просто
Любовь — это не про цветы
И не про звёзды с неба в горсти,
Она в привычке: «Ты поешь?»,
И в том, что рядом, даже врозь,
И в том, что помнишь про таблетки,
И что подушку отдаёшь,
Когда уснул, а сам не спишь.
Любовь — когда не нужно врать,
Когда не страшно опоздать,
Когда умеешь слушать молча
И знаешь, что ответить точно,
Когда не прячешь под плащом
Свои изъяны и тревоги,
И всё равно приходишь в дом,
Где ждут с работы у порога.
Любовь — не пафос, не стихи
Под завывание гитары,
Она — как старые штрихи
На фотографиях: недаром
В них столько теплоты и света,
Что кажется, они поют.
Она не требует ответа —
Она с тобой. И это — суть.
Любовь — когда через года
Ты слышишь сердцем голос рядом,
И вроде всё как у людей:
Работа, ужин, ссоры, ладно...
Но если что-то вдруг случится,
Ты понимаешь в тот же миг:
Нет никого важней на свете,
Чем тот, кто просто есть. И всё.
И не нужны слова о вечном —
Достаточно руки плечо,
И тишины в конце дня вечером,
Где двое — это уже всё.
Любовь
Любовь — не гром среди тиши,
Не фейерверк в ночном эфире,
Она — как воздух для души,
Что тише всех мелодий в мире.
Она в привычке просыпаться
С одной и той же мыслью в такт,
В умении не обижаться,
Прощать случайный резкий взгляд.
Любовь — когда молчишь и слышишь,
Как бьётся сердце пополам,
Когда вдвоём вы просто дышите
Назло ветрам и холодам.
Она не терпит громких слов,
Пустых обещаний и фальши,
Она растёт из мелочей,
Из чашки кофе на рассвете,
Из тёплых и простых вещей,
Что незаметны, как в ответе
Улыбка на её лице.
Любовь — не праздник, не салют,
Она — работа и награда,
Она — когда вдвоём идут
Через метель, жару и град,
Держась за руки, невпопад
Ступая в лужи, но — рядом.
И если спросят: «В чём секрет?» —
Ответить просто, без затей:
Любовь — не то, что говорят,
А то, что делают. И дети,
И дом, и запах выходных,
И память о годах былых.
Она не просит ничего,
Но получает всё на свете —
Ведь счастье — это не иметь,
А просто знать, что кто-то светит
Твоим окном в ночной дали.
Любовь — как воздух. Просто есть.
Твой свет
Заворожён закатом, руку в твоей держа,
Я слышу, как поют поля и провода.
Мы на краю заката, как на краю ножа,
Но вместе нам не страшно, наверно, никогда.
Ты мне нужна навечно — не только там и здесь,
А чтобы солнце в сердце цвело, как будто есть.
И в час, когда над нами сгорает бирюза,
Мне хочется увидеть святые небеса.
Луна плывёт, бледнея, и тает в вышине,
И падает, как камень, в ладонь твою ко мне.
Ты улыбаешься, и мир вокруг затих,
И звёзды отражаются в глазах твоих на миг.
Мы шли с тобой по краю, где пропасть и рассвет,
И в каждом слове слышал я один ответ:
Что не нужны мне крылья, когда есть твой покой,
И не нужны мне дали, пока ты рядом — мой.
Заворожённый светом, что льётся из руки,
Я забываю время, считаю лишь шаги.
И пусть закат растает, оставив нам зарю,
Я эту ночь, как песню, тебе подарю.
Так будь же моей верой, дыханьем и дорогой,
И пусть луна уходит — она придёт немного.
А я останусь рядом, ладонь в твоей держа,
Пока горит закат и светится душа.
Закат над нами
Заворожён закатом, ладонь в мою вложив,
Я чувствую: весь этот огромный мир живой.
Заворожён тобою, среди небесных грив,
Где звёзды сыплют искры над нашей головой.
Ты мне нужна безмерно — не просто быть у ног,
А стать моей опорой, дыханьем и дорогой.
Мне хочется постигнуть всю тайну бытия,
Но где-то там, вдали, луна, свой путь кроя,
С небесной вышины, бледнея и сгорая,
Упала камнем вниз, у края... у рая.
И мы стояли молча, и вечер нас берёг,
И каждый вздох казался и лёгок, и глубок.
Твои глаза светились, как тихие огни,
И были бесконечны, как эти лета дни.
Я целовал ладонь, и ты шептала: «Будь», —
И замирала нежность, и замедляла путь.
Свивался горизонт в багряные узлы,
Сходились наши тени у самой красоты.
И было всё неважно — часы и города,
Когда в твоей ладони горела звезда.
Заворожён закатом, ладонь в мою вложив,
Я понял: этот мир — навеки твой и мой.
И в тишине небесной, где гаснет звёздный миг,
Мы стали продолжением друг друга и мечты.
Счастье — это просто
Рецепт простой, но в нём секрет особый:
Смешать в кастрюле утренний рассвет,
Добавить смех — и чтобы снова-снова
Звучал в ответ на каждый мой привет.
Всыпь горсть тепла, пока оно не спряталось
В ладонях, что сжимают мою руку,
И лёгкий бриз, что шепчет: «Всё удастся»,
И поцелуй, развеивающий скуку.
Ещё добавь немного беспорядка:
Забытый шарф на спинке у стула,
И телефон с пометкой «позвони» на завтра,
И смс, что я почти уснула.
Потом накрой всё пледом с бахромою,
Дай настояться вечеру слегка,
И перед тем, как выключить за спиною
Все ссоры и обиды, дай слезу, что так легка.
И вот когда все капли соберутся
В одну большую лужу счастья — пей
До дна, до слёз, до самого рассвета,
И тихо улыбайся, не жалей.
Вот мой рецепт. Он прост до невозможного,
Но в этом и особенность его:
Счастье не нужно порциями, понемногу —
Его бери и делай для себя самого.
Рецепт счастья до слёз
Возьми рассвет, добавь щепотку смеха,
И два глотка парного молока,
Потом — звонок, где я шепчу: «Приехал?»,
И по спине бегущая строка.
Ещё вдохни июльский запах липы,
Поймай ладонью солнечный сквозняк,
И запиши, как мы с тобой могли бы
Прожить вдвоём субботу просто так.
Потом добавь ванильный запах утра,
Где кофе убегает со стола,
И поцелуй, который ниоткуда,
И глупые, счастливые слова.
Ещё чуть-чуть — и слёзы на ресницах,
Но это не от боли, а от той
Простой возможности друг другу улыбнуться,
Когда весь мир становится мечтой.
И вот когда все ингредиенты вместе,
Ты не спеши, а просто подожди:
Счастье не любит громких слов и лести —
Оно в ладонях, что всегда в твоих руках, гляди.
Я этот рецепт храню в кармане сердца,
Там где-то между пульсом и ребром,
Чтобы в любой момент вот так согреться
И поделиться счастьем за столом.
✧ тег: длинное стихотворение ✧