ГенераторСтихов 2.0

Длинные стихотворения

Подборка длинных стихотворений — объемных произведений, которые позволяют полностью погрузиться в поэтический мир.

Стихи

Зов предков В тумане древние курганы, Где спят забытые князья, Я слышу зов, глухой и рваный, И просыпается земля. Под пеплом звёзд, в ночи бездонной, Горит священный огонь мой. Я стал тропой, водой студёной, Я стал безмолвною луной. Перуна гром в груди рокочет, И Мокошь шепчет мне во сне. Душа истаяла до ночи, Прильнув к языческой весне. В лесу, где вечность пахнет хвоей, Где тени предков вглубь ведут, Я сбросил облик свой людской, Вкусив забвения сосуд. И вот стою на грани мира, Где явь и навь сплелись в одно. Моя последняя квартира — Курган, где сумрачно, темно. Но зов звучит всё громче, ближе, Зовёт меня в последний путь. Я поднимаюсь выше, выше, Чтоб в бездну древнюю нырнуть.
Плач у капища У капища старого Вороны кружат, Идолы треснули, Мхом поросли. Я приношу не дар — Собственную кровь, Чтобы услышали Пращуры вновь. Тишина давит На плечи камнем, Только эхо вдали Отзывается лаем. Ой, Лада-матушка, Сжалься над сыном, Дай мне забвение В мире зверином. Я не прошу ни любви, Ни прощения — Только бы сгинуть В тумане осеннем. Стрибог нашепчет Мне песню ветров, И унесут меня Крылья без слов. В сумраке капища Свечи не теплятся, Души умерших Со мной не беседуют. Только черный петух Клюет мои сны, И не дождаться Мне больше весны. Так пусть же Перун Разобьет мое тело, Чтоб душа улетела В небесное дело. И стану я ветром, И стану я снегом, Навеки прощаясь С языческим веком.
В сумраке Перуновом В сумраке Перуновом Тени бродят по кругу, Словно предки из дыма Шепчут древнюю вьюгу. На курганах забытых Костры не горят, Только ветер холодный Листву шевелит невпопад. Я иду по тропе, Где туман стелется, Слышу голос лесной — Сердце мечется. Ой вы, ветры буйные, Сполохи дальние, Вы несите мне весть Из времен стародавние. За рекой Смородиной Калинов мост гнется, Душа моя грешная К свету не рвется. Там, за лесом дремучим, Где Мокошь прядет, Нити судеб сплетаются, Время не ждет. Я сорву с себя крест, Обернусь волком серым, Чтобы сгинуть в ночи Под языческим небом. Но рассвет не наступит — Солнце в топи увязло, И Перун не услышит, Как мне страшно и тяжко. Так прими меня, Велес, В свои темные воды, Где ни боли, ни страха, Ни людской непогоды. И пусть пепел развеют Над холмом погребальным, Чтобы снова родиться В этом мире печальном.
Колодец В глубине двора, где бурьян и крапива, Где сруб почернел от дождей, Стоит колодец — немая картина, И нет никого, кто б подошёл к нему. В нём живёт водяной — старый и хмурый, С глазами, как тина на дне, Он любит, когда над водой ходят тучи, И ждёт, чтобы кто-то пришёл. Коровы, что бродят по скошенным травам, К воде приходят напиться в жару, Но если наклонится к тёмным канавам, Водяной утащит её в глубину. А девушки, что с вёдрами ходят По тропке к колодцу с утра, Водяной поджидает и в омут уводит — Их больше не видят села. Он слышит их голос, их лёгкую поступь, И тянет холодной рукой, И в тёмной воде, где нет никого, Они остаются навек. И люди обходят колодец далёко, Крестятся и шепчут: «Не тронь», И только луна в небесах одиноко Глядит в его чёрную воду. И чудится в этом безмолвии странном Насмешка и древняя грусть, И хочется верить, что это случайно, И хочется вниз заглянуть.
Водяной В старом колодце, где тина и мрак, Где пахнет сыростью и гнилью, Живёт водяной — безобразный чудак, С зелёной, как ил, бородой. Он любит прохладную воду и тень, И в полдень, когда все спят, Выходит на берег, где дремлет плетень, И смотрит на белый закат. Но если корова зайдёт на лужок И к яме наклонится пить, Он схватит её за копыта, рожок И в омут утащит — не быть. А девушки, что по воду идут С ведром и коромыслом, На дне его тёмном навек пропадут — Их песни умолкнут быстро. Он слышит их смех и шаги босых ног, И ждёт, притаившись в тине, И тянет их вниз, где холодный поток, Где нет ни конца, ни причины. И люди боятся колодца того, Обходят его стороной, И шепчут: «Не трогай, не пей — ничего, Водяной там живёт под водой». Но ночью, когда загорается свет В далёкой избе рыбака, Водяной выплывает на лунный свет И смотрит в ночные глаза. И чудится в плеске его голосов Насмешка и древняя грусть, И страшно, и сладко от этих часов, И хочется вниз заглянуть.
Тот, кто шепчет Он во мне — как огонь в глубине, Он жаждет гореть, не желая уснуть. Он шепчет сквозь сон: «Подойди ко мне, Стань частью меня, хоть на миг, хоть чуть-чуть.» Я слышу его в шуме дождя, В мерцании свеч, в тишине зеркал. Он манит меня, от себя уводя, В тот край, где никто до меня не ступал. Он жаждет огня, что сжигает до тла, Он хочет испить моей тайной мечты. И я понимаю: его цель светла, Хотя его тени остры и круты. Он шепчет сквозь сон: «Я — твой двойник, Я — то, что ты прячешь от всех в тишине. Прими меня, сбрось свой холодный щит, И станешь сильнее вдвойне.» Я медленно таю, как воск на огне, И монстр во мне больше не враг. Он — часть меня, он живёт во мне, И вместе мы движемся в мрак. Стань частью меня, — он шепчет опять, — Позволь мне гореть, позволь мне желать. И я отвечаю: «Да будет так, Ведь ты — мой огонь, мой единственный знак.»
Монстр во мне Во мне пробудился голодный зверь, Он дышит огнём в тишине ночей. Сквозь сон он шепчет: «Открой мне дверь, Стань частью меня, стань моей.» Он рвётся наружу, как дым из груди, В глазах его — отблески жарких зарниц. Он шепчет: «Со мной ты вперёд иди, Не бойся ни стен, ни границ.» Он жаждет огня, что сжигает страх, Он хочет испить моей крови до дна. И я соглашаюсь, и тает мрак, И в жилах вскипает волна. Он шепчет сквозь сон: «Ты теперь не один, Я — часть твоей сути, твой тёмный брат. Со мной ты познаешь простор равнин, И пламя, что жжёт невпопад.» Он входит в меня, как в раскрытый храм, И я принимаю его целиком. И вот уже пепел летит по ветрам, И мы говорим с ним на одном языке, но о другом. Стань частью меня, — он шепчет опять, — Позволь мне гореть, позволь мне желать. И я отвечаю: «Да будет так, Ведь ты — мой огонь, мой единственный знак.»
Он жаждет огня Он жаждет огня – этот демон внутри, Что кормится криком и болью моей. Я каждый день с ним на краю, посмотри, Как плавится воля в горниле страстей. Я пробовал сжечь его – он же огонь, Я пробовал бросить – он держит меня. И в каждом дыханье – его ладонь, И в каждой молитве – его броня. Я кричу – но голос уносит ветер, Теряя себя, я ищу себя в нём. Он стар, как мир, и он мой свидетель, Мы связаны с ним одним ремнём. Он шепчет: «Сожги всё, что было до нас», И я поджигаю мосты и мечты. Но где-то в золе проступает рассвет, И в нём – мои новые, чистые сны. Я знаю, что демон – не враг, а двойник, Он – тёмная часть моего же огня. И если я выдержу этот миг, Он станет слугой, а не господином для меня. Я кричу – и эхо летит в пустоту, Но в этом крике – уже не бессилье. Я верю: однажды я сброшу черту, И демон внутри станет просто крыльями.
Демон внутри В груди моей демон засел, как в норе, Он жаждет огня, он голодный и злой. Я каждый день с ним на этой игре, Кричу, задыхаясь, теряя покой. Он шепчет мне: «Пусть все сгорит дотла», И тянет меня в раскалённую тьму. Я знаю, что это – его дела, Но всё же иду, как будто к нему. Я пробовал спрятать его под замком, Молился, считал до семи и назад. Но он пробивается в сердце тайком, И снова в глазах его бешеный взгляд. Он жаждет огня – не свечи, не костра, А пламени, что пожирает миры. И каждая новая с ним игра Оставляет во мне лишь ожоги и сны. Но где-то в глубинах, под пеплом и льдом, Я слышу свой голос – он всё ещё мой. И пусть мы горим в этом мире вдвоём, Я выберу путь – даже если стеной. Я кричу – и эхо летит в пустоту, Теряя себя, но находя свет. Я верю: однажды я сброшу черту, И демон внутри станет просто рассвет.
Путь к знаниям Она спешила в школу из дома на Ордынке, Где булочная пахнет хлебом и корицей, Где в каждом переулке свои тропинки, И можно заблудиться, как в темнице. Но нет, она дорогу знает наизусть: Налево — сквер, направо — банк и церковь, И голуби взлетают в синюю высь, И ветер треплет лёгкую косицу. Она несёт в рюкзаке тяжёлый груз Учебников, тетрадей и надежды, И солнце светит, словно бы на бис, И утро пахнет свежестью и нежным. За поворотом — школьные ворота, Где ждёт подруга с ярким рюкзаком, И впереди — уроки и заботы, Но это всё потом, потом, потом. А после школы — парк, мороженое, смех, И мама обнимает у порога, И этот день, один из многих, — всех Дороже, потому что в нём так много: И гомон птиц, и шумный перекрёсток, И первый луч, скользящий по стене, И школьный двор, и голос тёплый, веский, И счастье — просто быть, идти к мечте.
Утро на Ордынке Она спешила в школу из дома на Ордынке, Где окна светятся, как тёплые картинки, Где тополя шумят над мостовой, И голубь чистит перья под листвой. В её рюкзаке тяжёлые тетрадки, А в мыслях — лето, море и закладки, Она бежит, не замечая луж, И солнце в лужах — как златой драгун. Трамвай звенит, скользя по рельсам гладким, Старушка с сумкой семенит по складкам Асфальта, что нагрелся с ранних пор, — И дворник машет метлой, как дирижёр. Она свернёт в знакомый переулок, Где дядя Гриша продаёт баулы, И крикнет: «Здрасьте!» — он в ответ кивнёт, И дальше в школу, где звонок зовёт. А после школы — снова двор, качели, И сок берёзовый в стеклянной карусели, И мама с папой, и любимый кот, И вечер, что тепло в ладонях бережёт.
Девочка, не плачь Стоит и не верит в разбитую сказку, И горькие слёзы текут, обжигая. Он равнодушен к её боли, к её ласке, А девочка тает, себя не прощая. Но ты не плачь, девочка, это не горе, Ты думала — первая любовь прошла, А это детство уходит, как в море Уносит волна золотого тепла. Он не заметил, как больно ей стало, Он просто не знает, что сделал больно. А ты не грусти, ведь уже наступала Пора взрослой жизни, и это довольно. Ты вытри же слёзы, не плачь, успокойся, Ведь ты ж взрослеешь, и это прекрасно. Ты только живи, ни о чём не жалей, И будет ещё в твоей жизни ясно. Стоит и не верит... а ты уже знаешь, Что детство уходит, но ты не грусти. Ты взрослая, девочка, ты понимаешь, Что счастье ещё предстоит обрести.
Прощание с детством Стоит и не верит в разбитую сказку, И горькие слёзы текут, обжигая. Он холоден к боли, не видит он ласку, А девочке — трагедия, боль пребольшая. Но ты не плачь, девочка, слёзы не прячь, Ты думала — первая любовь прошла, А это с детством прощанье, не плачь, Ведь ты повзрослела, ты это нашла. Он не поймёт, что обидел случайно, Он просто не знает, как больно бывает. А ты научись отпускать, и печально Пусть сердце твоё понемногу оттает. Стоит и смотрит в окно, не мигая, А девочка плачет, себя не жалея. Но ты не грусти, эта боль — не такая, Она заживёт, становясь всё сильнее. Ты вспомнишь потом это время с улыбкой, Хотя будет больно ещё и не раз. Но детство ушло — и уже без ошибки Ты взрослая, девочка. Взрослая. В час. Так вытри же слёзы, не плачь, успокойся, Ведь жизнь впереди, и она интересна. Ты только живи, ни о чём не жалей, И будет ещё в твоей жизни невеста. Стоит и не верит... а ты уже знаешь, Что детство уходит, но ты не грусти. Ты взрослая, девочка, ты понимаешь, Что счастье ещё предстоит обрести.
Ты не плачь, девочка Стоит и не верит в разбитую сказку, И горькие слёзы текут, обжигая. Он равнодушен к её боли — а для девочки это Большая беда, трагедия, но ты не плачь, девочка. Думала, что это первая любовь прошла, А это она прощается с детством. Ветер срывает с деревьев листья, И сердце сжимается в маленький ком. Он не заметил, как она повзрослела, Не увидал в ней живую мечту. А ей казалось, что счастье — вот, рядом, Но он прошёл, как гроза, стороной. Ты не плачь, девочка, слёзы не вечны, Детство уходит, но ты не грусти. Скоро ты вырастешь, станешь беспечной, И улыбнёшься тому, что прошло. А эта боль — она просто взросление, Первый урок, что не всё по плечу. Ты соберёшь себя по кусочкам, наверное, И перестанешь бояться ночную свечу. Стоит и смотрит, как тает надежда, Но ты не плачь, девочка, ты же сильна. Скоро ты вспомнишь его безмятежно, И улыбнёшься тому, что одна. Детство уходит неслышной походкой, Оставляя на сердце тонкую нить. Ты не грусти, что рассталась с мечтой, Ведь ты научилась любить и простить. И пусть сейчас больно, и пусть одиноко, Но ты не плачь, девочка, слёзы — вода. Скоро ты станешь счастливой, далёко От этой разбитой сказки, навсегда.
Прощание с детством Стоит и не верит в разбитую сказку, И горькие слёзы текут, обжигая. Он равнодушен к её боли — а для девочки это Большая беда, трагедия, но ты не плачь, девочка. Думала, что это первая любовь прошла, А это она прощается с детством. Ветер играет с оборванной лентой, Сердце стучит в тишине, как в клетке. А он идёт, не оборачиваясь, мимо, И каждый шаг — как удар по стеклу. Она стоит, растерянная, нелюбимая, И смотрит вслед, как в тёмную мглу. Но ты не плачь, девочка, слёзы не вечны, Детство уходит — так заведено. Скоро ты вырастешь, станешь беспечной, И улыбнёшься тому, что прошло. А эта боль — она просто взросление, Первый урок, что не всё по плечу. Ты соберёшь себя по кусочкам, наверное, И перестанешь бояться ночную свечу. Стоит и смотрит, как тает надежда, Но ты не плачь, девочка, ты же сильна. Скоро ты вспомнишь его безмятежно, И улыбнёшься тому, что одна. Детство уходит неслышной походкой, Оставляя на сердце тонкую нить. Ты не грусти, что рассталась с мечтой, Ведь ты научилась любить и простить. И пусть сейчас больно, и пусть одиноко, Но ты не плачь, девочка, слёзы — вода. Скоро ты станешь счастливой, далёко От этой разбитой сказки, навсегда.
Слёзы на качелях Стоит и не верит в разбитую сказку, И горькие слёзы текут, обжигая. Он холоден к боли, не дарит участья, А девочке это — беда роковая. Но ты не плачь, девочка, слышишь, не надо, Ты думала — первая любовь не проходит. А это не чувство ушло без возврата, А детство с тобой навсегда расстаётся. Она вспоминает закаты и игры, Смешные секреты и тайны в тетрадке, А он для неё был единственным в мире, Но сердце его — из холодного сплава. Она ещё верит в волшебные грёзы, Что принц на коне постучится в окошко, Но время сотрёт эти детские слёзы, И станет она чуть взрослее немножко. Пройдут и обиды, и боль от разлуки, Она повзрослеет и встретит другого, Но детство, как первые трепетные звуки, Останется в памяти светлой основой. А ты не грусти, что так рано взрослеешь, Что сказка ушла, не успев развернуться. Ты встретишь ещё настоящую нежность, И сердце твоё перестанет сжиматься.
Прощание с детством Стоит и не верит в разбитую сказку, И горькие слёзы текут, обжигая. Он холоден к боли, не дарит участья, А девочке это — беда роковая. Но ты не плачь, девочка, слышишь, не надо, Ты думала — первая любовь не проходит. А это не чувство ушло без возврата, А детство с тобой навсегда расстаётся. Она вспоминает качели и игры, Смешные банты и цветные тетрадки, А он для неё был единственным в мире, Но сердце его — из холодного сплава. Она ещё верит в волшебные грёзы, Что принц на коне постучится в окошко, Но время сотрёт эти детские слёзы, И станет она чуть взрослее немножко. Пройдут и обиды, и боль от разлуки, Она повзрослеет и встретит другого, Но детство, как первые трепетные звуки, Останется в памяти светлой основой. А ты не грусти, что так рано взрослеешь, Что сказка ушла, не успев развернуться. Ты встретишь ещё настоящую нежность, И сердце твоё перестанет сжиматься.
Глаз как оптическая система Глаз человека — сложный оптический прибор, Снаружи склера — белочная оболочка, Она защищает и держит форму, К ней мышцы крепятся, вращая глаз. Роговица — прозрачная передняя часть, Сильно преломляет свет, Не имеет сосудов, питается слезой и влагой, Её поврежденье — серьёзный риск. Радужка — диафрагма, зрачок — отверстие, Регулирует поток света, На ярком свету сужается, В темноте расширяется. Хрусталик — эластичная линза, Подвешен на цинновых связках, Меняет кривизну при аккомодации, Чтобы видеть близко и далеко. Стекловидное тело — прозрачная масса, Заполняет полость глаза, Поддерживает сетчатку, Проводит свет к задней стенке. Сетчатка — внутренняя оболочка, Содержит фоторецепторы: Палочки — для сумеречного зрения, Колбочки — для цветного и дневного. В центре — центральная ямка, Максимальная острота зрения, Здесь только колбочки, Плотно упакованы. Зрительный нерв выходит в слепом пятне, Передаёт сигналы в мозг, Где зрительная кора Создаёт изображение. Глаз — удивительный дар природы, Позволяет видеть мир во всей красе. Берегите его от травм и болезней, Регулярно проверяйте зрение.
Любовь — это просто Любовь — это не про цветы И не про звёзды с неба в горсти, Она в привычке: «Ты поешь?», И в том, что рядом, даже врозь, И в том, что помнишь про таблетки, И что подушку отдаёшь, Когда уснул, а сам не спишь. Любовь — когда не нужно врать, Когда не страшно опоздать, Когда умеешь слушать молча И знаешь, что ответить точно, Когда не прячешь под плащом Свои изъяны и тревоги, И всё равно приходишь в дом, Где ждут с работы у порога. Любовь — не пафос, не стихи Под завывание гитары, Она — как старые штрихи На фотографиях: недаром В них столько теплоты и света, Что кажется, они поют. Она не требует ответа — Она с тобой. И это — суть. Любовь — когда через года Ты слышишь сердцем голос рядом, И вроде всё как у людей: Работа, ужин, ссоры, ладно... Но если что-то вдруг случится, Ты понимаешь в тот же миг: Нет никого важней на свете, Чем тот, кто просто есть. И всё. И не нужны слова о вечном — Достаточно руки плечо, И тишины в конце дня вечером, Где двое — это уже всё.
Любовь Любовь — не гром среди тиши, Не фейерверк в ночном эфире, Она — как воздух для души, Что тише всех мелодий в мире. Она в привычке просыпаться С одной и той же мыслью в такт, В умении не обижаться, Прощать случайный резкий взгляд. Любовь — когда молчишь и слышишь, Как бьётся сердце пополам, Когда вдвоём вы просто дышите Назло ветрам и холодам. Она не терпит громких слов, Пустых обещаний и фальши, Она растёт из мелочей, Из чашки кофе на рассвете, Из тёплых и простых вещей, Что незаметны, как в ответе Улыбка на её лице. Любовь — не праздник, не салют, Она — работа и награда, Она — когда вдвоём идут Через метель, жару и град, Держась за руки, невпопад Ступая в лужи, но — рядом. И если спросят: «В чём секрет?» — Ответить просто, без затей: Любовь — не то, что говорят, А то, что делают. И дети, И дом, и запах выходных, И память о годах былых. Она не просит ничего, Но получает всё на свете — Ведь счастье — это не иметь, А просто знать, что кто-то светит Твоим окном в ночной дали. Любовь — как воздух. Просто есть.
Твой свет Заворожён закатом, руку в твоей держа, Я слышу, как поют поля и провода. Мы на краю заката, как на краю ножа, Но вместе нам не страшно, наверно, никогда. Ты мне нужна навечно — не только там и здесь, А чтобы солнце в сердце цвело, как будто есть. И в час, когда над нами сгорает бирюза, Мне хочется увидеть святые небеса. Луна плывёт, бледнея, и тает в вышине, И падает, как камень, в ладонь твою ко мне. Ты улыбаешься, и мир вокруг затих, И звёзды отражаются в глазах твоих на миг. Мы шли с тобой по краю, где пропасть и рассвет, И в каждом слове слышал я один ответ: Что не нужны мне крылья, когда есть твой покой, И не нужны мне дали, пока ты рядом — мой. Заворожённый светом, что льётся из руки, Я забываю время, считаю лишь шаги. И пусть закат растает, оставив нам зарю, Я эту ночь, как песню, тебе подарю. Так будь же моей верой, дыханьем и дорогой, И пусть луна уходит — она придёт немного. А я останусь рядом, ладонь в твоей держа, Пока горит закат и светится душа.
Закат над нами Заворожён закатом, ладонь в мою вложив, Я чувствую: весь этот огромный мир живой. Заворожён тобою, среди небесных грив, Где звёзды сыплют искры над нашей головой. Ты мне нужна безмерно — не просто быть у ног, А стать моей опорой, дыханьем и дорогой. Мне хочется постигнуть всю тайну бытия, Но где-то там, вдали, луна, свой путь кроя, С небесной вышины, бледнея и сгорая, Упала камнем вниз, у края... у рая. И мы стояли молча, и вечер нас берёг, И каждый вздох казался и лёгок, и глубок. Твои глаза светились, как тихие огни, И были бесконечны, как эти лета дни. Я целовал ладонь, и ты шептала: «Будь», — И замирала нежность, и замедляла путь. Свивался горизонт в багряные узлы, Сходились наши тени у самой красоты. И было всё неважно — часы и города, Когда в твоей ладони горела звезда. Заворожён закатом, ладонь в мою вложив, Я понял: этот мир — навеки твой и мой. И в тишине небесной, где гаснет звёздный миг, Мы стали продолжением друг друга и мечты.
Счастье — это просто Рецепт простой, но в нём секрет особый: Смешать в кастрюле утренний рассвет, Добавить смех — и чтобы снова-снова Звучал в ответ на каждый мой привет. Всыпь горсть тепла, пока оно не спряталось В ладонях, что сжимают мою руку, И лёгкий бриз, что шепчет: «Всё удастся», И поцелуй, развеивающий скуку. Ещё добавь немного беспорядка: Забытый шарф на спинке у стула, И телефон с пометкой «позвони» на завтра, И смс, что я почти уснула. Потом накрой всё пледом с бахромою, Дай настояться вечеру слегка, И перед тем, как выключить за спиною Все ссоры и обиды, дай слезу, что так легка. И вот когда все капли соберутся В одну большую лужу счастья — пей До дна, до слёз, до самого рассвета, И тихо улыбайся, не жалей. Вот мой рецепт. Он прост до невозможного, Но в этом и особенность его: Счастье не нужно порциями, понемногу — Его бери и делай для себя самого.
Рецепт счастья до слёз Возьми рассвет, добавь щепотку смеха, И два глотка парного молока, Потом — звонок, где я шепчу: «Приехал?», И по спине бегущая строка. Ещё вдохни июльский запах липы, Поймай ладонью солнечный сквозняк, И запиши, как мы с тобой могли бы Прожить вдвоём субботу просто так. Потом добавь ванильный запах утра, Где кофе убегает со стола, И поцелуй, который ниоткуда, И глупые, счастливые слова. Ещё чуть-чуть — и слёзы на ресницах, Но это не от боли, а от той Простой возможности друг другу улыбнуться, Когда весь мир становится мечтой. И вот когда все ингредиенты вместе, Ты не спеши, а просто подожди: Счастье не любит громких слов и лести — Оно в ладонях, что всегда в твоих руках, гляди. Я этот рецепт храню в кармане сердца, Там где-то между пульсом и ребром, Чтобы в любой момент вот так согреться И поделиться счастьем за столом.
✧ тег: длинное стихотворение ✧