Стихи про суд
Суд — это не только зал заседаний, но и внутренний суд совести. Стихи о правосудии.
Стихи
Моё правосудие
Я не судья, но у меня есть право —
Судить рассвет за то, что он так рано,
За то, что небо серое с утра,
А к полдню — бирюза и море света.
Я не судья, но я могу простить
Дожди, что портят планы и причёски,
За то, что после них земля дышать
Умеет глубже, и трава — в росе.
Я не судья, но я сужу людей
За равнодушье к тем, кто рядом плачет,
За слово, брошенное невпопад,
За взгляд, который мимо, в пустоту.
Я не судья, но я прощаю тех,
Кто оступался, падал и вставал,
Кто признавал ошибки без прикрас,
Кто шёл вперёд, хоть было тяжело.
Я не судья, но мой трибунал —
Внутри, и он не знает снисхожденья
К предательству, к жестокости, к войне,
К тому, кто слабого обидеть рад.
Я не судья, но я прощаю мир
За несовершенство, за изъяны,
За то, что он не равен сам себе,
За то, что в нём есть место чудесам.
И в этом — весь мой приговор и суд:
Судить — с любовью, а прощать — с надеждой.
Иначе правосудие — лишь меч,
Который рубит, но не лечит раны.
Моё правосудие (второй вариант)
Мой суд — не приговор, а пониманье.
Не молот, а открытая ладонь.
Прощаю миру каждое страданье,
Что в жизнь мою вплетает, как огонь.
Сужу себя за чёрствость и гордыню,
За то, что вижу в ближнем лишь изъян.
Прощаю всем — и падшим, и святыням,
Кто шёл со мной и кто ушёл в туман.
Мир не сужу за то, что он не вечен,
За то, что звёзды гаснут в вышине.
Я сам — лишь часть его, и бесконечен
Мой долг прощать, покуда хватит мне.
Прощаю ложь, что ранит прямо в сердце,
Прощаю правду, что колючей мглы.
И для себя оставлю в мире дверцу —
Открытую, где нет ничьей вины.
Моё правосудие — не в клетке правил,
А в том, чтобы согреть и не сломать.
Я никого на плаху не отправил,
Всем дал шанс дышать и просто стать.
Вот мой вердикт: судить — не наше дело.
Прощать — дано. И в этом мой закон.
Свети, пока душа не отболела,
И помни: ты не судья, но и не сон.
Моё правосудие
Мой суд не в мантиях, не в залах судебных,
Где пыль на законах лежит вековая.
Мой суд — в переулках, в трамваях, в хлебных
Очередях, где молчат, не прощая.
Я вижу, как мир, словно старый должник,
Приносит мне слёзы, предательства, фальшь.
И я выношу ему тысячу «сник»,
Но где-то в груди загорается мальчик.
Он шепчет: «Постой, не спеши с приговором,
Вглядись в эти лица — они же, как ты,
Устали от злобы, от вечного спора,
От собственной лжи и чужой правоты».
И я отступаю. Снимаю очки,
Кладу на весы свою собственную жалость.
Прощаю за то, что мы все дураки,
За то, что надежда ещё не сломалась.
Сужу за жестокость к бездомным собакам,
За брошенных стариков и детей.
Прощаю за страх, за измену во мраке,
За слабость, которой не знал до сих дней.
Сужу за войну, за молчание в зале,
Где плачет чужая, но наша беда.
Прощаю за то, что и мы предавали,
Себя убеждая, что это — не навсегда.
Мой суд — это сердце, что бьётся неровно,
То гневом, то нежностью переполняясь.
И если я строг — то лишь для того,
Чтоб после — простить, ни о чём не жалея.
Суд инквизиции
Он судит ведьм во имя тьмы,
Его приговор — без пощады.
Сгорают в пламени холмы,
И нет спасенья, нет ограды.
Лед и пламень
Ты смотришь строго, но в глазах — улыбка,
Ирония в них спрятана тонка.
Как будто ты — и суд, и снисхожденье,
И тихая насмешка сквозь века.
Не судьи
Мне нравятся те, кто не мнит себя богом,
Кто судит не по одежде, а по тревогам.
Они не продадутся за медный грош,
Их мало, но с ними не чувствуешь ложь.
Защита в суде
В суде потребитель всегда защищён,
Законом российским он вооружён.
Приговор
Ему бы трон, ему бы власть,
Он судит всех — и прав, и лев.
Его перо — тупая снасть,
А он кричит, что лев — медведь.
Но стих не терпит громких фраз,
Он дышит тихо, как трава.
И критик, раздуваясь, вяз
В своих же выдумках едва.
Лесной вердикт
Судья в мантии из мха сидит,
Над сеттером вершит он суд.
Но пёс хвостом уже вильнул —
И приговор ему не крут.
Суд из слепых глаз
В разбитых зеркалах не вижу отраженья,
Брожу в своих же снах, где шепчут: «Пораженье».
Меняю окантовку старых лиц,
Застряла в паутине, что плела из спиц.
Душа на растерзание, в суде из слепых глаз —
О чём же я бредила в мечтах не раз?
Устала с тенью биться, ценность обрести
В чужих словах, что не дают уйти.
А ведь пора смириться: любовь в моих руках,
Она не тень, не призрак, не страх.
Я разожму ладони — и отпущу,
Себя в разбитых зеркалах отыщу.
Паутина из спиц
Я в разбитых зеркалах не вижу отраженья,
Я брожу в своих же снах, где шепчут: «Пораженье».
Изменяю окантовку старых лиц,
Я застряла в паутине, что плела из спиц.
Душа на растерзание, в суде из слепых глаз —
О чём же я бредила в мечтах не раз?
Я устала с тенью биться, ценность обрести
В чужих словах, что не дают уйти.
А ведь пора смириться: любовь в моих руках,
Она не тень, не призрак, не страх.
Я разожму ладони — и отпущу,
Себя в разбитых зеркалах отыщу.
Протокол
Секретарь зачитывает протокол,
Слова, как гвозди, вбиты в тишину.
Подсудимый смотрит в пол, как будто пол —
Единственный свидетель, что не лжёт.
Судья сидит, как каменный утёс,
На нём печать усталости и лет.
Он видел всё: и жалость, и допрос,
И то, как рушится чужой рассвет.
Адвокат рисует схемы на доске,
Прокурор ссылается на кодекс и мораль.
А истина — где-то в потёртом конверте,
Который никто не откроет, как ни жаль.
Присяжные — обычные люди,
С работы, из дома, из очередей.
Они не герои, они не судьи —
Они просто зеркало для новостей.
И вот вердикт: виновен или нет.
Одно лишь слово — и жизнь перелом.
За дверью — мать, что не спит много лет,
И сын, что вырос без отца, но с клеймом.
Судья снимает мантию в кабинете,
Где чай остыл и телефон молчит.
Он знает: справедливость — на планете
Не в приговоре, а в том, кто простит.
Но утром снова зал, и снова дело,
И снова выбор: буква или дух.
И мантия, как совесть, то и дело
Садится криво на усталый круг.
Весы и мантия
В зале суда, где окна в решётках,
Где воздух тяжёл, как чужая вина,
Судья поднимает усталые веки —
И снова вершится людская судьба.
На столе кодексы, папки, улики,
Свидетели шепчут, адвокат кипит.
А где-то за дверью плачут дети и жёны,
И чей-то покой навсегда разбит.
Весы правосудия — тонкая штука:
Достаточно вздоха, чтоб чаша дрожь взяла.
Но мантия давит на плечи, как гиря,
И требует точности без права на «а вдруг».
Прокурор говорит о законе и долге,
Защитник — о том, что случайность сильна.
Присяжные слушают, сжав подлокотники,
И каждый решает, где правда, где тьма.
Потом — приговор. И не выдохнуть, не отменить,
Ни отмотать, ни вернуть назад.
Есть только бумага, печать и подпись,
И чья-то жизнь, что теперь — приказ.
А после — пустой коридор и гул лампы,
Судья идёт к выходу, пряча усталость в кулак.
И думает: кто я — служитель закона
Или всего лишь деталь в механизме суда?
Но утром опять открываются двери,
И снова на стол ложится чужая беда.
И мантия снова ложится на плечи,
И снова весы — как последняя черта.
Весы Фемиды
В зале суда, где молчат зеркала,
Судья открывает тяжёлый процесс.
Здесь каждая буква законом жила,
И взвешена боль, и проверен интерес.
Он помнит: за каждой бумажной строкой
Стоит человек — не абзац, не статья.
И совесть, как компас, ведёт за собой,
Где истина хрупка, как тонкая грань бытия.
Ни гнева, ни спешки — лишь точный расчёт,
Ни лишних эмоций, ни права на ложь.
Он знает: решение — это итог,
Где взвешены жизни, надежды и дрожь.
И после, когда опустеет зал,
Он снимет мантию, выключит свет.
Но голос, что совестью в нём звучал,
Останется с ним на десятки лет.
Весы и меч
Ты держишь меч, но не разишь,
Весы качаются в руке.
Ты беспристрастен и молчишь,
Хотя сомненья вдалеке.
Закон — не камень, но гранит,
Он давит плечи, как гора.
И тот, кто истину хранит,
Не спит ночами до утра.
Приговор
Стучит молоток — и точка.
Секретарь объявляет статью.
За окном проплывает ночка,
А в глазах — пустота впритык к краю.
Кто-то плачет, кто-то молчит,
Кто-то верит, что это не навечно.
Только истина здесь — как гранит,
И её не согреть бесконечно.
Зал заседаний
Вердикт читают по слогам,
Судья снимает с переносицы очки.
Истец глядит на потолок, к часам,
Ответчик прячет в кулаке зрачки.
Здесь время тянется, как смоль,
А справедливость — гость случайный.
Одним — свобода, а другим — юдоль,
И протокол — как приговор реальный.
Фемида без повязки
Весы дрожат в руке судьи,
Где истина — лишь тень закона.
Здесь приговор — как гвоздь в груди,
И каждый жест отточен, как у трона.
Но кто измерит тяжесть слов,
Когда молчит немая совесть?
Скрипит перо, и стынет кровь,
И в тишине рождается повесть.
Приговор
В зале суда — тишина, как в гробу,
Судья зачитывает чью-то судьбу.
Слова, как камни, падают вниз,
И каждый в зале уже не актёр, не артист.
Адвокат опускает усталые плечи,
Прокурор гасит в графине свечи.
А где-то за окнами — жизнь идёт,
Но здесь её ход замедляет ход.
И после — конвой, и наручники, звон,
И чей-то беззвучный, отчаянный стон.
А завтра — апелляция, снова суд,
И новые лица, и новый маршрут.
Протокол
В зале суда пахнет пылью и воском,
Секретарь записывает каждое слово броско.
Публика смотрит, затаив дыхание,
Здесь решается чья-то судьба, как в гадании.
Судья бесстрастен, как мраморный лев,
Он взвешивает каждый довод, не всё стерпев.
Прокурор чеканит фразы, как гвозди,
А защита ищет в показаниях гости.
И вот вердикт — короткий, сухой,
Как выстрел в тишине, как обвал, как покой.
И кто-то выходит свободным, а кто-то — нет,
Оставляя в зале свой тёмный след.
В зале суда
Скамья, протокол и часы на стене —
Свидетели шепчутся, словно во сне.
Судья поправляет очки на носу,
Вплетая в молчание злую осу.
Адвокат говорит, чуть дыша,
В бумагах запуталась чья-то душа.
И истина где-то меж двух этажей,
Меж сказанных слов и несказанных дней.
А после — звонок, коридор, сквозняк,
И чей-то растерянный, лишний шаг.
И приговор, как тяжёлый кирпич,
Ложится на плечи, ломая привычный обычай.
Вердикт
Секретарь зачитал иск, и повисла тишина,
Судья поправляет очки, изучая тома.
Истец, чуть волнуясь, листает свои черновики,
Ответчик глядит в потолок, где плывут сквозняки.
Судья удаляется в совещательную комнату,
Молчание давит на плечи, как горная круча.
А истина где-то меж строк, в промежутке немом,
И дело решится не здесь, а, быть может, потом.
Перерыв
Секретарь зачитал иск, и повисла тишина,
Судья поправляет очки, изучая тома.
Истец, чуть волнуясь, листает свои черновики,
Ответчик глядит в потолок, где плывут сквозняки.
В коридоре гудят голоса, кто-то курит в углу,
Кто-то шепчет: «Надежда, держись, я приду».
А истина где-то меж строк, в промежутке немом,
И дело решится не здесь, а, быть может, потом.
Протокол
Секретарь зачитал иск, и повисла тишина,
Судья поправляет очки, изучая тома.
Истец, чуть волнуясь, листает свои черновики,
Ответчик глядит в потолок, где плывут сквозняки.
Свидетель путается в словах, забыв имена,
Эксперт подтверждает: подпись верна.
А истина где-то меж строк, в промежутке немом,
И дело решится не здесь, а, быть может, потом.
✧ тег: суд ✧