Средние стихи

Тень Сигареты, брошенные тобой, Я курю, но не чувствую вкус. Белые волосы — вечный прибой, Ты — мой самый желанный искус. Я считаю шаги за спиной, Скатилась слеза — это дождь. Ты не станешь моею женой, Но без этой одержимости — ложь.

Твой праздник Сегодня твой день — он особенный самый, Цветы и конфеты — подарки без фальши. Ты яркая, добрая, лучшая, прямо Сияешь всё ярче, смелее и дальше. Желаю, чтоб счастье не знало границ, Чтоб каждый твой день был как сладкий сюрприз. Ты — свет в этом мире, без лишних девиц, Люби и будь любимой, вверх и вниз.

В русском поле От края до края — земля, Под небом бездонным — трава. Здесь предки мои и родня, Здесь слышатся Божьи слова. Негромкая древняя речь Сквозь ветер и сонный ковыль. Я в поле, чтоб душу сберечь, Чтоб выпить до дна эту быль. И верится: вечен тот край, Где колос и воля растут. Россия, ты в песне жива, В твоем необъятном труде.

В раздолье Ветер гнет к земле ковыль, Травы шепчут: «Мы — твои». Здесь в полях гуляет быль, Слышен голос древней крови. Не объять глазами ширь, Край отцов, родной простор. Ты прими меня, как встарь, Как траву и как узор. В этом шепоте полей Слышу я грядущий свет. Нет земли мне здесь милей, И другого счастья нет.

Родное поле Шумит рожь, колос к колосу, Ромашки в траве — белый свет. Здесь воздух пропитан историей, Здесь чувствуешь, что ты — поэт. Не надо мне шумных столиц, Далеких чужих берегов. Я вижу лишь поле без границ И слышу, как дышит любовь. Здесь каждый росточек — знак, Что вера и сила жива. Россия, ты — не просто флаг, Ты — вечно живая трава.

Бой без правил Здесь нет пощады, есть только ринг, Вьет во дао — не просто бросок. Удар за ударом, как будто бы клинг, В глазах — отраженье, в руках — песок. Ты — ветер, ты — молния, ты — тишина, Соперник — как тень, но ты — свет. В профессиональном бою лишь одна Цель: победить, но оставить ответ. Когда зазвенит финальный звонок, Ты вспомнишь, что бой — это жизнь. Вьет во дао — не просто урок, Это — путь, где ты сам решишь.

Путь воина В ринге — не просто кулак и нога, Это — философия, путь, глубина. Вьет во дао — традиции шаг, В каждом движенье — и мудрость, и сила. Противник дышит, как зверь, но не враг, Он — отражение, вызов, зеркало. Ты должен быть лёгким, как горный овраг, И твёрдым, как камень, чтоб битва не смяла. Профессиональный бой — не игра, Это — искусство, где каждый момент — Шанс подняться, упасть до утра, И снова встать, как заветный клинок.

Последний свет Я прощаюсь со всем, что держало меня на краю, С этим небом, что плещет дождём в ледяную ладонь. Ни печали, ни слёз — только ветер, да пыль на скамью, И последний трамвай увозит за горизонт, словно конь. Не ищи меня, мир, я уже растворился в ночи, Как письмо, что сгорает, не требуя почты и даты. В этой вечной разлуке мы оба молчим и молчим, Только свет фонаря выбивает на стене квадраты.

Письмо к стене Я пишу эти строки стене, что хранит тишину, Словно сторож ушедших эпох и забытых скитаний. Ни любви, ни тоски — только трещины, как седину, Да прилипшая пыль от несказанных слов и прощаний. Ты стоишь, как преграда, но я не прошу перемен, Мне довольно того, что ты помнишь мой голос и имя. Этот мир — коридор, где конец неотличим от стен, И в разлуке с собой я становлюсь навсегда молодыми.

Прощание с дорогой Я стою на краю, где обрывы ведут в тишину, Где последний вагон увозит тепло и тревогу. Ни тоски, ни надежд — только ветер, да снег на спину, И дорога уходит, как сон, в бесконечную дрогу. Не ищи меня, поле, и ты, небо, прости за обман, Что я верил в разлуку, как в вечную меру покоя. В этом мире, где каждый — изгнанник и странник-туман, Я оставлю лишь след, что сольётся с дорогой в былое.

Судьбоносный миг Мы разошлись когда-то по весне, Но встретились случайно в суете. Твой взгляд — как луч, пробивший тишину, Я понял: зря я прожил не одну. Секунда длится вечность, и опять Мы не хотим друг друга отпускать. В потоке дней, в круговороте фраз Нашёлся ключ, что свяжет нас сейчас.

Пиксельная любовь Ты далеко, но в каждой строчке — ты, В каждом смайлике, в каждом «привет». Наши чувства прочнее бетона, Хотя разделяет нас интернет. Я люблю тебя, Ангелина, — не скрою, Это правда, не просто игра. Даже в мире из букв и обоев Ты — мой воздух, земля и звезда. Мысли о тебе — самый светлый код, Я пишу их на языке любви. Пусть экран — только тонкий наш плот, Мы с тобой, — навсегда, сохрани.

Видеозвонок На экране твоё лицо — лучше всех, Я считаю минуты до встречи. В этом мире из кода и тех Слышу голос твой тёплый и вечный. Ты смеёшься, и мир замирает, Расстояние — глупый обман. Твоя нежность меня согревает, Словно в руки попал океан. Я люблю тебя, Ангелина, так Что пиксели стали родными. Наша связь — не пустяк и не знак, Мы с тобою непобедимы.

Чувство Раздирают собаки — мне всё равно. Я хочу, чтобы боль пробудила нутро. Снова сердце забилось, упало на дно, Но живое осталось — и в этом добро. Пусть сдирают до кости, до самой души, Я хочу ощутить этот мир на вкус. В каждой ране — ответ: «Ты ещё не остыл!» И сквозь шум свора слышен мой хриплый «не трусь».

Псы Псы гончие — вечные спутники страха, Зубы вонзают в уставшую плоть. Я не молю о пощаде, не плаха — Каждая рана — в бессмертие взлёт. В клочьях одежды, в крови и грязи Я доберусь до своей же души. Только пронзив эту темень сквозь высь, Можно понять: мы уже не спешим.

Последняя исповедь Потускнела луна в тишине, Затухает последний костёр. Всё, что было дорого мне, Разлетелось, как пыль, на простор. Не вернуть мне весенних полей, Где ромашки цвели у реки. Время — горький и вечный злодей, Что стирает и души, и дни. Я прощаюсь с землёй и теплом, С песней ветра и плеском воды. Лишь останутся в мире пустом Мои горькие, светлые сны.

Прощание с былым Отшумела листва под окном, И уходит последний мой час. Всё, что было, осталось быльём, Только ветер свистит, вторя нам. Я прощаюсь с тобой, белый свет, С каждой ивой, с берёзой в росе. Пролетели года, словно след От звезды, что погасла в красе. Не грусти, дорогая, не плачь, Всё пройдёт, и не будет пути. Я — как осени бледный палач, Что уходит, чтоб вечность спасти.

Исповедь уходящего Я теперь ухожу навсегда — Не грусти, не зови, не ищи. Отцвели мои лучшие года, Как цветы у последней черты. Всё, что было, — прошло стороной, Только память оставила след. Я устал быть с чужой тишиной, Где ни вечности нет, ни побед. Не жалей же, что время ушло, Что мечты разбивались во мгле. Я пришёл в этот мир, как стекло, И разбился о камни в земле.

Вернусь Машенька, я скоро возвращусь, И больше не покину твой порог. Ты только жди, я очень тороплюсь, Соединить судьбу в один клубок. Возьму за руку — крепко, навсегда, Ни отпущу ни ночью, ни при свете. Хочу быть рядом, слышать: «Да», Пока мы есть на этом свете.

Ночной сеанс Влад Туманов в эфире — поэт и гитарист, Словно свет в мониторе, его голос лучист. Он стихи нанизал на аккорды свои, Этот вечер — подарок для нашей любви. Мы в чатах пишем строки, он в микрофон поёт, Музыкальная магия в сети оживёт. Каждый звук и созвучье — как нить бытия, Вместе с Владом мы слышим, что рядом не зря. Он читает о небе, о море, о нас, В каждой строчке — признание, как в первый раз. Пусть концерт этот длится до самой зари, Влад Туманов, играй, говори и твори!

Встречи вразброс Нечасто видимся — работа, быт, Но каждая встреча — как глоток воды. У Захаровых — кухня, картошка, смех, Болтовня ни о чём — для нас успех. Марусины — моторы путешествий, Зовут в дорогу, полную чудес. Вишнякова — хозяйка «Бревнышка», Где уют и вкусный обед. Макаровы — вечные трудоголики, Но даже в спешке — мы с ними на связи. Ценю я эти редкие моменты, Когда друзья — как светлые константы.

Белая кухня Мы редко видимся, но каждый раз — Как будто время замерло в часах. У Захаровых белая кухня, жёлтая картошка, И разговоры, что ни о чём, но всё же — О самом главном, что внутри — теплом. А Марусины шепчут: «В путь, вперёд!» И вдохновляют бросить быт и лёд. Вишнякова — директор «Бревнышка», Накормит, словно лучшая подружка. Макаровы — в работе с головой, Но даже так — мы всё равно с тобой.

Жёлтая картошка На белой кухне жёлтая картошка, С Захаровым болтаем ни о чём. А Марусины шепчут: «Есть дорожка, Пора в поход — мы всё перевернём». Вишнякова — директор, но не строгий, В «Бревнышке» нас накормит и согреет. Макаровы — трудоголики в итоге, Но встречи наши душу разогреют. Мы редко вместе, но ценить умеем Мгновенья эти, полные тепла. Друзья — как свет, что мы лелеем, Их близость, как заря, светла.

Бревнышко и вино У Вишняковой — ресторан «Бревнышко», Там уютно, как дома, и сытно. Директор встречает нас с вишней, Разговор льётся ритмом. Захаровы — кухня и смех, Марусины — карты и планы. Макаровы — работа и бег, Но все мы — одна нить-раны. Мы редко видимся, но каждый раз Как будто время застыло. Друзья — это внутренний глас, Что связывает, как сила.