Стихи о сострадании

Сердце врача У доктора Юры – душа нараспашку, Приветливой даме подарит ромашку. Застенчивый с виду и скромный такой, Внутри как гасконец, отважный и смелый. Как рыцарь доспех – его белый халат, В нём мудрость и честь, а не просто наряд. И в каждом больном он найдёт человека, И этим живёт от рассвета до века.

Тихая сила Милосердие не кричит, Оно в тишине говорит. Сострадание не молчит, Оно душу исцелит.

Искра В мире, где так много зла, Сострадание — искра света. Милосердие — начала Того, что делает нас людьми с рассвета.

Рука помощи Сострадание — это взгляд, Что видит боль за маской смеха. Милосердие — твой наряд, Когда ты помогаешь без успеха.

Без слов Не нужно громких слов и жестов, Чтоб сердце чьё-то обогреть. Милосердие — это просто Уметь другому посочувствовать.

Тихий свет Милосердие — тихий свет, Что в душе твоей горит. Состраданье — твой ответ На боль, что мир не защитит.

Дар Когда в глазах чужое горе, Ты руку протяни скорей. Не жди награды в разговоре — Простое состраданье ей.

Простое чудо Не жди наград за добрый взгляд, Просто протяни руку в ответ. Сострадание — простой наряд, Что душу греет много лет.

Внутренний свет Милосердие — не долг иль крест, А свет души, что не угас. Сострадание — простой ответ, Что мир спасает в трудный час.

Без громких слов Сострадание — не громкий жест, А тихая помощь в трудный час. Милосердие — простой ответ, Что согревает нас и сейчас.

Рука помощи Когда в глазах чужую боль прочёл, Не проходи мимо, не молчи. Милосердие — простой глагол, Что в сердце отзовётся и в ночи.

Тихий свет Милосердие — не громкий крик, А тихий свет в чужой ночи. Сострадание — не просто лик, А помощь, что души врачует.

Дар Не жди наград за добрый жест, Просто протяни руку в ответ. Сострадание — это не крест, А тихая сила, что дарит свет.

Остаток света Ты подал милость, не прося взамен, И в мире стало меньше пустоты. Что остаётся? Только тихий день, Где доброта живёт без суеты.

Что остаётся Совершил ты добрый поступок, друг, И в ответ — ни славы, ни наград. Но в пространстве, где сгущается круг, Остаётся тихий, светлый след.

След доброты Ты протянул руку в час беды, И в мире стало чуть теплей. Не жди наград и не жди звезды — В душе остался свет лучей.

Сражение Ильи А Илье так важна наша помощь, Он сражается за жизнь, день за днём. Что такое деньги? Лишь бумажка, Рядом с жизнью — ничто, пустой намёк. Может, когда вырастет Илья, Станет врачом, прославит свой путь. Может, однажды, как и я, Спасёт безнадёжного, вернув ему суть.

Голубое стекло Я всегда был за тех, кому горше и хуже, Я всегда был для тех, кому жить тяжело. А искусство моё, как мороз, даже лужи Превращало порой в голубое стекло. Этот хрупкий мирок, где не слышно проклятий, Где разбитое сердце — как тонкий хрусталь, Я не маг и не Бог, я — один из собратий, Кто и сам, не таясь, заходил за печаль. Но лучи пробивались сквозь серые тучи, И в осколках сверкал неземной перелив. Не кори, что мой стих, словно посох, могуч и Беззащитен порой, будто первый порыв. Пусть твердят: «Эти строки горчат и тревожат», — Словно лед, что под солнцем звенит и блестит. Только тот, кто однажды был болью умножен, В безупречной строке вдруг увидит свой щит. Так идём же по краю, где зыбко и скользко, Где молчанье порой тяжелее свинца. Настоящим стихам не нужна перевёрстка — Они бьются в груди до последнего бойца.

Земная доля В небе звездный хоровод Взоры к Земле обратил. Каждый светоч речь ведет О том, как мир наш уныл. Денница молвит: «Сестра, Ты во тьме и в трудах. Жизнь твоя тяжела, остра, Скорбь застыла в глазах. Сколько босых ног идут По дорогам без конца? Сколько рук работы ждут, Но не слышат кузнеца? Сердца кровью облиты За народ, за его беду. Не будите Землю — вы Всё поймете на лету». И, вздохнув, хоровод уплыл В бесконечную вышину, Оставив Земле, как было, Тяжкую, но родную струну.

Хоровод над Землёй На лазурном небосводе Звезды ходят в хороводе; Все столпились в тесный ряд И о страннице печальной, О Земле многострадальной, Робко, нежно говорят. Тихо молвила Денница: «Наша бедная сестрица И печальна и темна. Не судите Землю строго: У нее заботы много, Истомилася она. Сколько ног босых блуждает, Твердой почвы ожидает На мельчайшей из планет! Сколько рук там крепких страждет И работы алчет, жаждет, А работы — нет как нет! Сколько там сердец, с любовью, Обливающихся кровью И болящих за народ! Не будите Землю! Тише!» И, смотря на Землю свыше, Разошелся хоровод.

Бездомная Пришла подружка Дашка, на руках ребенок, «Привет, вдвоем мы, пустишь? Дочка Машенька зовут». Нас мой послал и выгнал из дому скотина, Идти нам некуда. Говорю: «Живите, я не против». Губа у ней трясется, слезы на глазах, «Давай, Марусю, иди помойся», — говорю. Выходит на ней моя рубашка, говорит: «Одежды нет другой, ты не против?» — срывает голос. Одежды нет и денег нет, и дома нет, Осталась только дочка. «Не против, я покормлю ее». В ответ: «Корми, я полюбуюсь, если ты не против».

Две сестры Пришла подружка Дашка, на руках ребёнок, Привет сказала, — я к тебе, пусти на вечерок. — Вдвоём мы, дочку Машенькой зовут, — вздыхая, — Меня послал и выгнал из дому, как бешеный раёк. Скотина он, идти нам некуда, хоть плачь. — Живите, я не против, проходите, — говорю. У Дашки губа тресется, слёзы на глазах, — Давай Марусю, иди в душ, я рубашку дам свою. Выходит, на ней моя рубашка, говорит: — Одежды нет другой, ты не против? — голос срывается. — Одежды нет, и денег нет, и дома нет, Только дочка — ты не против? — и слёзы смешиваются. — Я покормлю её, — в ответ ей, — не переживай. — Корми, я полюбуюсь, если ты не против, — просит. Маруся на руках, достала грудь, сосок во рту у Маши... Так и живут пока, подружка Дашка и её ребёнок.

Чужак Нет, это не Пушкин, а другой, Ещё невиданный посланник. Он говорит нам: «Я — чужой, Но я ваш сострадальник».

Вечный урок Лазаря Жил богач в роскоши, в шелку, Пил сладкое вино, А Лазарь — в язвах, на мешке, Глодал лишь кость давно. Псы приходили, лили раны, Никто не подавал, Богач не видел этой драмы, Он жил, как весь синклит. Но час настал — и смерть пришла, Богач в аду страдал, А Лазарь в райские сады С Авраамом попал. Богач взмолился: «Пошли весть К моим пяти братам, Пусть покаются, чтоб не сесть В огонь по моим стопам!» Но был ответ: «У них закон И пророки давно, Кто не послушал — обречён, Им не дано ино». Так помни: ближний твой у ног, Не будь к нему жесток, Иначе дьявол уволок Тебя в свой уголок.