ГенераторСтихов 2.0

Сатирические стихи

Сатира в стихах — это остроумный взгляд на жизнь. В этой подборке собраны произведения, которые высмеивают пороки и дарят хорошее настроение.

Стихи

Инопланетный инструктаж Инструкцию дают пришельцам: «На Землю высадившись, сразу Не лезьте к людям за советом — Они вам скажут не по фразе. Не покупайте в ларьке пиво, Не верьте в сказки про успех. Здесь всё фальшиво и лениво, И юмор плоский — просто смех. Запомните: чтоб выжить тут, Нужна броня из цинизма. А если спросят — вы не те, Скажите: я из пессимизма».
Эпидемия нервов Кожвен диспансер — не курорт, Здесь каждый второй — пациент. Зуд, сыпь, прыщи — весь концерт, Никто не уходит без ссор. Врачи в белых халатах спешат, Но в глазах — усталость и страх. «Не чешите!» — кричат всем подряд, А народ всё чешет впотьмах. В коридорах — скандалы и крик: «Вы мне дали не ту мазь!» — Медсестра закатила язык: «Я устала от ваших зараз!» — Старички на скамейке сидят, Обсуждают, у кого герпес. И отчаянно все говорят: «Я б сюда больше ни за что не полез!» — Но проходят дни, и опять Кто-то входит в знакомую дверь. Кожвен может и не понять, Но лечиться — не бей, а верь. —
Лисья презентация Лиса к Сове пришла с улыбкой: «Дай рукопись, я — знаток зыбкий. «Лесную летопись» прочту И за день всю перелистну.» На презентации — аншлаг. Ворона, Лебедь, Щука, Рак… Пришло полным полно народу, И стали петь Лисице оду. Читает с гордостью Енот Про свой Енотский древний род. Тут Заяц бьёт себя в грудь: «Мой след в ней есть — рискни взглянуть!» Бобёр кричит: «И я там есть! Построил хату — прямо честь!» Сова же плачет в уголке: «Мой труд в чужом кошельке…» Лиса с трибуны: «Ой, спасибо! Я так старалась, так красиво!» Но Шмель жужжит: «Жулик, постой! Верни Сове труд дорогой!» Мораль: не будь таким простаком, Не дай рукопись тайком. Чужие мысли — это клад, Которому не каждый рад.
Лисья учёность Лиса хотела учёной славы. Взяла у Совы рукопись и — браво! «Дай, — говорит, — просто почитать». А сама решила украсть, поднять. На презентации — аншлаг. Ворона, Лебедь, Щука, Рак… Пришло полным полно народу, И стали петь Лисице оду. Читает с гордостью Енот Про свой Енотский древний род. Тут Ворон каркнул: «Я — герой! В рукописи — мой подвиг морской!» А Щука хвост поджала свой: «И обо мне там, хоть не впервой. В «Лесной летописи» Сова Меня как умную звала!» И Лебедь шею изогнул: «Там стих мой пламенный подул!» А Рак попятился назад: «И мне достался, братцы, взгляд!» Мораль сей басни такова: Доверчивость — не голова. Не дай рукопись — вмиг украдут И за свою её сдадут.
Змеиное гнездо В Слизерине идиоты кишат, Их ум — как у старой больной коровы. Они возомнили, что всех богаче подряд, Но их достиженья — пустые оковы.
Змеиный удел Слизеринцы — сборище интриг, Их хитрость — лишь пустой звук. Гордыня возвела в кумир, Но в битве — жалкий испуг.
Трон Насти Настя толстая взошла на трон, Коллектив ей спел: «Ура!» Муж за нею — как батальон, Всех настроил в три ведра. А Юльке — стелить, подавать, Лишь бы Настя не гневалась зря. Кто посмеет ей перечить — знать Не увидит родного добра.
Настин переворот Настя — центр, Настя — власть, Настя — суд, Коллектив у её узды. Муж её — верный, грозный редут, Всех настроил, как для грызни. А Юлька — прислужница, раб, Носит тапки и носит чаи. Кто там смеет хоть слово «слаб»? Вот такие у Насти свои.
Бунт Настиного величия Настя толстая встала стеной, Коллективу объявлен бунт. Муж за нею, покорный такой, Против всех развязал караул. А Юльке — ковры расстелить, И подать, и присесть, и молчать. Кто посмеет роптать и вопить, Тот узнает, как Насте прощать.
Настя-диктатор Настя толстая в гневе — Взбунтовался весь этаж. Мужу шепчет: «Будь смелее, Им устроим мы шабаш!» Юлька глазки опустила, Насте преданно глядит. Коллектив закрыл все силы — Настя снова победит.
Битва за власть Настя толстая восстала — Весь отдел едва не пал. Мужа к стенке прижимала, Чтоб он список угрожал. Юлька снова подлизалась, Тапки Насте подает. Вся контора испугалась — Кто теперь в аду живет?
Настин бунт Настя толстая взбунтовалась, Коллективу объявила бой. Мужу строго приказала: «Сжалься, Будь со мной, а не с любой другой!» А Юлька под боком шестерила, Насте в рот глядела, как щенок. Вся контора тихо затаилась, Зная: Настя — это вам не рок.
Иллюзия труда Умное лицо, а в голове — ноль, Лидия в офисе — главная роль. Спросишь про дело — ответит не то, Вот и всё знание, вот и всё зло. Листья в отчётах, цветные стикеры, Лидия — мастер пустой атмосферы. Все говорят: «У неё талант!» Только внутри — информационный вакуум.
Начальница незнания Умное лицо, а в голове — ноль, Лидия в офисе — главная роль. Спросишь про дело — ответит не то, Вот и всё знание, вот и всё зло. Взгляд начальницы, строгий доклад, Только в отчёте сплошной маскарад. Цифры танцуют, как пьяный народ, Лидия — мастер пустых хоровод.
Утренний транспорт В толпе спешу я на работу, Среди людей, как в вихре, злом. Здесь кто-то воняет, словно в болоте, А кто-то — не знает меры в духах. Вагон качает, как в припадке, Чей-то локоть в ребро мне бьёт. Кто-то жуёт вчерашние клятвы, Кто-то в экране уткнулся, как крот. Кондуктор хмурится, как туча, Пробки гудят за окном. И жизнь моя — словно случай, Где каждый сам себе прокурор. Но вот и выход, свет в конце, Я вылетаю, как из плена. И думаю: в любом лице Есть что-то от святого и тлена.
Мебельный цех Яги У лукоморья дуб срубили — Яга на стройке, вся в пыли. С богатырями, что есть силы, Стругают стулья, точат стол. Златая цепь пошла на стяжки, Кот учёный в петле визжит. А 33 брата-взяточники Готовят мебель для Яги.
Ремонтная симфония Всю ночь соседи горланили песни, Под утро сдались, угомонились. Теперь настал черёд мне, баловник, Взять в руки дрель — пусть все дивятся. Потом ударный молоток возьму, Как скрипку, заведу пилу визгливую. Сыграем в доме новую пьесу, Где звуки — главные артисты грозные. Пусть слышат: трели дрели — не напрасны, Ударный ритм — мой творческий ответ. За ночь без сна я стал врагом опасным, Ремонт — мой лучший на сегодня свет. Пускай запомнят: если вы поёте, То я играю на перфораторе. Звучит наш дом, как в оперном полёте, В симфонии ремонтной, как на сборище.
Утро добрым не бывает Всю ночь соседи песни пели, Под утро, наконец, затихли. Теперь и мне пора за дрели, Чтоб оценили звуков шик ли. Потом ударный молоток — Как дирижёр, взмахну рукой. Пила завоет, как волчок, Соседский сон — долой-долой! Пусть знают, как ночные трели Мешают спать в тиши ночной. Мы им ответим на неделе Концертной новой кутерьмой. Так пусть же будет справедливость: Кто ночью пел, тот днём страдай. Ремонт — искусство, не насилье, Ты это, милый, понимай.
Бездарный стих Горбунков Семён строчит стихи, Но все они плохи, плохи. Никто не хочет их читать, Ведь рифмы — просто благодать?
Беда с рифмой У Семёна Горбункова беда — С рифмой ссора, с ритмом ерунда. Он напишет «кот» и «рот», И читатель скажет: «Вот урод!»
Не поэт Семён Горбунков — не поэт, Его стихам спасенья нет. Он пишет «мука» через «у», И это полная муру.
Графоман Горбунков Семён — графоман со стажем, Его стихи похожи на кашу. Ни ритма, ни смысла, ни страсти — Лишь рифмы убогие, к несчастью.
Бездарность Семён Горбунков стихи кропает, Но рифма хромает и падает. Читатель зевает, скучает, Поэта никто не признает.
Неудачник Семён Горбунков — плохой поэт, Рифмует «галоши» и «буфет». Никто не купит его сборник, Ведь он в стихах — обычный дворник.
✧ тег: сатира ✧