Философская лирика

Утраченные мосты Стирает прошлого мосты — Чего хотел добиться ты? Тот меч, что доставал из ножен, Те кудри цвета солнца, что по ветру. Утрачены, как сон пустой, Как эхо над пустой водой. И только ветер в тишине Напоминает о весне.

Воспоминание Люблю я дни ушедшие в былое, Когда всё было просто и светло, И время, словно облако седое, Над крышей дома медленно плыло. Там детский смех и мамины ладони, И первый снег, и первый школьный звон, Всё, что в душе до боли, до истомы Хранит тепло, как старый, добрый сон.

Твой шепот — в сердце струны Твой шепот — в сердце струны, что дрожат от касания. В ладони твоей моя — как в гнезде птица малая. Я помню, как взгляд твой теплом обнимал расстояния, И даже сейчас эта нежность меня не оставила. Твой голос — мурашки по коже, по самой душе. Он светом пробился сквозь годы и километры. Ты держишь меня в своих мыслях, и я в мире уже Не спутаю звук твой ни с кем — он как небо, как ветер. Когда ты закроешь глаза и захочешь покоя, Представь, что я рядом, как воздух, как свет в тишине. Ты — в сердце моём, ты — дорога, что стала судьбою, И я твой причал, твой единственный дом на земле. Я каждое слово храню, что ты мне подарил, Как в храме лампаду — тепло, что не гаснет во тьме. Ты — самый любимый, ты — тот, кого я не забыл, И в этой разлуке я вечно с тобой, в тишине.

Правда без примет Пускай у них слова летят ко дну, А ты держись и не меняй рассвет. Пусть каждый мыслит, как велит ему, А правда рядом, только без примет. Она не носит яркие значки, Не вешает на грудь медаль с утра. Она — как тихий шелест у реки, Где нет фальшивого ни «да», ни «нет», ни «бра». Не нужно клятв, не нужно громких фраз, В ней простота, что зреет без сует. Она не ищет никого из нас, Но если надо — будет твой ответ. Ты только помни: шумные слова Уходят в тину, в пену, под водой. А то, что вечно, — это синева Над той же самой, вечно молодой рекой. Так пусть летят. Ты просто встань, как дом, Где окна в небо, двери на восток. И правда будет жить своим умом, Не превращая жизни в монолог.

Держись рассвета Пускай у них слова летят ко дну, А ты держись и не меняй рассвет. Пусть каждый мыслит, как велит ему, А правда рядом, только без примет. Она не носит яркие цвета, Не бьёт в ладоши, не кричит с трибун. Она — как тишина, что занята Лишь тем, что держит твой земной перстун. Не верь галдящим, кто кричит: «Я знаю!» Им важно эхо, а не глубина. Ты просто стой, как берег у трамвая, Где осень золотая и весна. Всё, что сейчас, — не лживая фигура, А просто быль, что дышит у виска. И если даже ночь — не будет хмуро, Когда в груди не гаснет ни тоска. Так пусть летят. А ты держи рассвет, Где каждый лучик — искренний ответ. Забудут все, кому важней портрет, А у тебя — ни слова, ни монет.

Скептик Я не верю в любовь — это выдумка, фальшь, Разбитое сердце тому подтвержденье. Это сладкая ложь, что нам шепчет мираж, А в итоге — лишь боль и одно сожаленье. Все твердят: «Ты найдёшь, просто время придёт», Но я видел, как брак превращается в клетку. Как влюблённость проходит, и чувство уймёт, Оставляя руины на мокрую ветку. Обещания, клятвы — пустой звук и пыль, Я на собственной шкуре познал этот привкус. Лучше честный цинизм, чем наивная быль, Что питает надежду, как лживый искус. Так позвольте не верить, не ждать, не мечтать О любви, что сгорает быстрее, чем спичка. Я предпочитаю свободным летать, Чем носить в сердце острую эту привычку.

Прах иллюзий Любовь — это подлый обман, я знаю, Разбитое сердце — её постоянный итог. Я в неё не верю, я проклял ту тайну, Что счастье сулила, но дала лишь порог. Мы ищем в ней свет, но находим лишь тени, Мы жаждем тепла, а получаем ожог. Я видел, как чувства ломают колени, И каждый влюблённый — доверчивый вздох. Она приходит в обёртке надежды, Но в сердце оставляет лишь горький надрыв. Я сжигаю мосты, я срываю одежды С иллюзий, что нежность — священный призыв. Не верьте, не верьте, я вам умоляю, В слова, что поются под лунную гладь. Я сам когда-то наивно сгораю, Теперь в моей душе только стылая гать. Примите урок от того, кто разбит: Любовь — это яд, хоть и сладкий на вид.

Случайность уцуййу — игра ума, Каприз, ошибка, кутерьма. Но в этом хаосе порой Рождается внезапный строй.

Пустой лист уцуййу — начало строк, Но дальше — гул, а не поток. Слово застряло на губах, Как недопетый, тихий страх.

Бессмыслица уцуййу — загадка дня, Ни рифмы нет, ни внятного огня. Слово как выдох, пустой звук, Но в нём слышу я испуг.

Зимняя колыбель А нынче — спи, природа, до утра; Твой зимний сон — Господня мишура. Укрывшись снегом, дремлет тишина, И в этой сказке — вечности игра. Сковала стужа трепетный ручей, Умолкла песня улетевших дней. Лишь звёзды сыплют серебро на лес, Где зимний дух застыл до вечерей. Усталый месяц глянет из-за туч, Набросив на сугробы зыбкий луч. Земля во сне не ведает тревог, Пока её не разбудит весны ключ. Ты спи, природа, в блеске чистоты, Под шёпот вьюги, пение пустоты. Твой белый саван — дивная краса, Как знак небесной, вечной доброты. Пускай метель тихонько стелет мех, И мир наш станет на мгновенье всех Добрей и чище в этой тишине, Где даже время замедляет бег. А нынче — спи, природа, до утра; Твой зимний сон — Господня мишура.

Предзимье В тумане скрылись тихие долины; Заката луч, алея, догорал И золотил высоких сосен спины; На спящий мир ложилась ночи тень; Зимою ночь сменяла быстро день. Снега ещё не выпали, но лес Уже притих, готовясь к долгой стуже. В преддверье зимних, непростых чудес Луна крадётся, словно тать по луже, И облака нанизаны на крест. Но кто сказал, что в этом нет тепла? В мерцанье звёзд, в дубовой роще гулкой Мне слышится знакомая игла — То время шьёт из декабря сосульки И стелет скатерть вместо одеяла. Держись, земля: ещё не все потери Пришли с зимой; мороз — не приговор. Застынет тишина, и ты поверишь, Что за окном не ставни, а простор, И в белом храме каждый — ровня, зверь иль вор. И может быть, когда взойдёт заря, Мы вспомним, что зима не для огня, — Чтоб научилась помнить и ждать, Пусть даже птицы больше не поют.

Зимние сумерки В тумане скрылись тихие долины; Заката луч, алея, догорал И золотил высоких сосен спины; На спящий мир ложилась ночи тень; Зимою ночь сменяла быстро день. Луна взошла, но скрыта пеленой; Мерцают звёзды в ледяной тиши; Под белой шубой спит сосна с сосной; Мороз рисует на стекле миры, Где нет войны, где только сны добры. Ни шороха, ни крика, ни крыла — Лишь тишина, сгущаясь, давит грудь. Зима деревья в саваны одела, Но где-то в доме теплится свеча, И чья-то тень мелькает у плеча. Ей ведомо, что ночь не навсегда; Что за морозом — вешняя вода; Что снег растает, хлынет в ручейки; И в тучах солнце пустится в бега, Смывая с мира белые снега. А нынче — спи, природа, до утра; Твой зимний сон — Господня мишура.

Возвращение к жизни Вдыхай ту жизнь, что стала так нежна, Вернись, чтобы отныне вновь дышать. Она тебе, как прежде, не страшна, Попробуй эту нежность не сломать. В ней тайна утра и покой ночей, В ней шёпот ветра и полёт огня. Ты стал другим, и стало всё ничьим, Но жизнь всегда звала тебя, звеня. Смотри, как свет ложится на ладонь, Как облака встают в высокий рост. Ты был один, но стал теперь с огнём, Который греет, даже если прост. Вдыхай, и пусть закружит голову, Вернись, не оглянувшись, не спеша. Та жизнь, что стала нежной, как листва, Зовёт тебя — и в этом вся краса. Не прячь лицо от ветра и дождя, Не прячь в себе желание дышать. Вернись, чтобы отныне вновь — любя Все дни вдыхать и не переживать.

Дыхание нежности Вдыхай ту жизнь, что стала так нежна, Вернись, чтобы отныне вновь дышать. Пусть в сердце воцарится тишина, Позволь себе любить и доверять. Забудь про боль, что пряталась в углах, Протянешь руки — встретится тепло. В твоих глазах — рассвет на всех морях, А на душе прозрачно и светло. Не бойся сделать первый шаг вперёд, Здесь каждый вдох — подарок от судьбы. Тебя никто из рая не вернёт, Ведь этот рай — дыхание борьбы. Вдыхай же жизнь до самого до дна, Пусть каждый миг пронзает, как игла. Вернись, чтобы отныне вновь дышать — Теперь ты знаешь, как она нежна.

Невидимый звонок И когда в телефоне снова вспыхнет его номер, ты поднесёшь к уху ладонь и замрешь, и поймёшь: он жив — но не сегодня, где ни «люблю», ни «прощай» не найдут друг друга вслух. Гудки поплывут в пустоте коридора, а ты не нажмёшь на ответ — ни за что. Ведь память не лечится словом укора, ей нужно лишь эхо, прозрачно, как торт. Ты выдохнешь в трубку: «Алло» — еле слышно, но голос его, как чужой, незнаком. И всё, что меж вами когда-то застыло, рассыплется вновь ледяным порошком. Пусть цифры гаснут на чёрном экране, пусть номер исчезнет из списка звонков. Ты помнишь лишь то, что забыть не смогла ты: что нет ни «люблю», ни «прощай», ни оков.

Звонок из прошлого И когда в телефоне снова вспыхнет его номер, ты поднесёшь к уху ладонь и замрешь, и поймёшь: он жив — но не сегодня, где ни «люблю», ни «прощай» не найдут друг друга вслух. Он позвонит, когда за окнами стемнеет, когда фонарь качнётся, как маятник судьбы. И ты молчишь — и сердце леденеет, и на губах — ни капли той мольбы. Ты знаешь: эта нить давно истлела, но раз в году, случайно, как во сне, она звенит — несмело и несмело, чтобы напомнить о чужой вине. Не говори. Пусть тишина ответит. Пусть аппарат проглотит этот звук. Ведь есть слова, которых нет на свете, и есть разлука, где не нужно рук.

Серьезный полет Если любишь — будь серьезен, Забери с собой в полет. А иначе — пусть теченье В море слезы унесет. А на слезах как на волнах Пусть качается наш корабль, Что плывет сквозь шторм и страх, Не сбиваясь с курса вдаль. Ты у штурвала, я — на мачте, Вместе держим мы штурвал. Если любишь — будь иначе, Чем тот, кто не целовал. В небе звезды, в море пена, В сердце — только тишина. Мы с тобой — одна вселенная, Что любовью рождена.

Путь в туман Иди туда, мой друг, где зовет тебя Несбыточный сон, как манящий призрак. Где томные грезы, дыханье любя, Наполнят тебя, как пустой стаканчик. Шагай по тропе, что уходит во тьму, Где эхо шагов заглушает молчанье. Там каждое слово подвластно уму, И в каждой минуте — свое обещанье. Там небо распахнуто в бездну глубин, Где звезды — лишь искры забытых пожаров. Ты будешь один среди тысяч причин, Но вера спасет от безумья ударов. И если устанешь, присядь на порог Границы миров, где стираются грани. Твой призрак укажет, где спрятан итог В сплетенье теней и случайных желаний. Так слушай же зов, что звучит изнутри, Он тише, чем шепот, но громче, чем бури. Забвенье и память — лишь две из миры, И ты их хранишь в своем сердце в лазури.

Зов несбыточного сна Иди туда, мой друг, где зовет тебя Несбыточный сон, как манящий призрак. Где томные грезы, дыханье любя, Наполнят тебя, как пустой стаканчик. Там в воздухе пахнет полынью и мятой, И время течет, словно медленный яд. Где каждый рассвет будет новой утратой, А звезды в ночи, как потерянный клад. Не бойся шагнуть в это море тумана, Где звуки стихают, и вечность молчит. Там выпита жизнь до последнего края, И сердце в объятьях надежды стучит. Пусть призрак укажет дорогу сквозь тени, Где свет — лишь мерцанье угасших огней. Там сбудутся все твои сны и виденья, Но ты не вернешься к реальности дней. Иди же, мой друг, не оглядывайся назад, Где прошлое тает, как дым на ветру. Там ждет тебя тихий, печальный твой сад, Где в каждой слезинке — по одному перлу.

Безмолвный вопль Когда кричит душа — никто не слышит, В ответ лишь тишина, холодный, ровный звук. И даже тот, кто рядом с нами дышит, Не слышит, как внутри всё рушится вокруг. Мы прячем боль за вежливым «в порядке», Чтоб не тревожить тех, кто не поймёт. Но тишина — наш лучший адвокат, и Когда душа кричит, она не врёт.

Крик в пустоте Когда кричит душа — никто не слышит, В ответ лишь тишина, глухая, как стена. И даже тот, кто рядом с нами дышит, Не слышит, как внутри кричит она. Мы учим себя молча улыбаться, Чтоб не пугать прохожих тоской. Но тишина умеет отзываться, Когда душа кричит сама с собой.

Горький тост За что ты, жизнь, жестока с нами ныне? Вчера мы вместе пили за любовь, А завтра ты с моим врагом в вине И в спину мне вонзаешь нож свой вновь. Ты улыбалась мне на пиру дней, Шептала клятвы, полные тепла, Теперь же с ним ты делишь свет огней, Меня же тенью горькой обвела. Я помню, как мы пили до утра Из чаши, что надеждою звалась, Теперь же мне досталась лишь игра, Где роль моя — покорная терлась. Но что роптать? Ведь ты — как океан, То ласковый, то бурей рвёшь в щепы. Я принимаю этот горький план, В нём нет ни капли лжи, ни суеты. Пей, жизнь, вино с врагом, я не взыщу, Но знай: и он когда-нибудь падёт. А я свой крест безропотно тащу, Пока в груди моей ещё живёт.

Предательство судьбы За что ты, жизнь, с нами жестока сегодня? Мы вместе пьём вено, но завтра в спину нож Бросаешь ты и пьёшь вино с моим врагом, Забыв, что в прошлом были мы вдвоём. Мы строили мосты, но ты их сожгла, И пеплом лжи усыпан наш былой уют. Ты налила мне яд в бокал добра, А тост звучал: «Пусть все мечты живут». Я верил в твой обманчивый покой, Но ты раскинула сети своих интриг. И вот стою с разбитой головой, А ты танцуешь с тем, кто мой враг возник. Но что же делать? Плакать иль роптать? Ведь ты, судьба, не знаешь слова «жаль». Осталось только молча принимать Твою жестокую, но неизбежную печаль. И всё же, жизнь, я не держу обиды, Ты — зеркало моих же слабых сил. Быть может, я вчера не видел виды, Но этот нож меня всему учил.