Стихи о боли

Без тебя Я судить тебя право не смею, Только снова шепчу, как в бреду: Я и жить без тебя не умею, Но и простить тебя не могу. Ты ушел, растворился в тумане, Оставляя лишь горький след. Я ищу тебя в каждом обмане, Но в ответ получаю лишь «нет». Почему же так сердце разбито? Почему не смогли мы сберечь? Всё, что было с тобою открыто, Превратилось в немую речь. Я прощаю, хоть боль не уходит, Я люблю, хоть и знаю — конец. Этот крест пусть никто не находит, Я несу его сам, наконец. Так и буду стоять на пороге, Между прошлым и вечным «прости». Мы с тобой на изломе дороги, Но не в силах с неё сойти.

Пять имен Маша, Рита, Кристина, Елена, Светлана — пять имен, как пять ножей. Он их менял, как будто бы на смену Приходят тени от чужих теней. А я одна, с разбитыми мечтами, Смотрю на список, что в душе болит. И понимаю: между нами — ямы, Где каждый шаг — обман или гранит.

Свет и тень За каждым успешным — любовь и тепло, Как тёплый поток, что толкает вперёд. В её лишь глазах этот яркий огонь, Что греет в пути дорогую ладонь. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Ласкают те руки, дают нам опору, Чтоб выше и выше идти тебе в гору. И веру в мечты, что не знали конца, Дарует тепло дорогого лица. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Но женский успех — это боль и тишина, Когда ты от фальши испила до дна. Предательство жалит, рождая лишь тень, И меркнет в сомнениях завтрашний день. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне.

Якорь любви За каждым успешным — любовь и тепло, Как тёплый поток, что толкает вперёд. В её лишь глазах этот яркий огонь, Что греет в пути дорогую ладонь. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Ласкают те руки, дают нам опору, Чтоб выше и выше идти тебе в гору. И веру в мечты, что не знали конца, Дарует тепло дорогого лица. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Но женский успех — это боль и тишина, Когда ты от фальши испила до дна. Предательство жалит, рождая лишь тень, И меркнет в сомнениях завтрашний день. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне. Любовь — это якорь на бурной волне, Она помогает не гибнуть на дне.

Сломанный позвоночник Мой сломанный позвоночник Висит на берёзках молочных, По-праздничному украшая Их ветви и глазки, не знаю. Но ветер качает его, Как будто дитя своего, И сок под корой закипает, Земля тяжело отдыхает. А белые стволы глядят, Как звенья мои шелестят Сквозь липкую утреннюю росу, Вплетаясь в лесную красу. И если порой по весне Вдруг станет так грустно тебе, Ты вспомни, что даже обломки Дают для берёзок потомки.

Молочные берёзы Мой сломанный позвоночник Висит на берёзках молочных, По-праздничному украшая Их ветви и глазки, не тая. И каждая почка-сосок Пьёт из него, как из туч, Разрывы и трещины кроя Теплом и бинтами без боя. А корни в земле глубоко Услышат: не всё так легко, Когда позвонок за позвонком Становится гнёзд молоком. И я растворяюсь в ветвях, Чтоб снова взойти на глазах, Как будто берёзовый этот Мой дух не умрёт, а согреет.

Свет сквозь трещины С детства помню: холод и казённый дом, И чужие руки, что били по щекам. Слёзы глотать — стал привычным ремеслом, И вера в добро угасала по часам. Но однажды ночью, в рваном переулке, Крик разорвал тишину, как нож стекло. Трое теней — и девчонка в переулке, Я ударил первым — мне не всё равно. Боль в груди — это рёбра мои. Кровь во рту — это соль на губах. Но за спиною — ни шага к любви, Только асфальт и звёзды в глазах. Больничный запах, белые халаты, И чей-то шёпот: "Выживет? Едва ли". Я слышал, как снаружи рвутся даты, И как в палате капли застывали. Но ты пришла — та самая девчонка, С букетом из одуванчиков в руке. И я запомнил: счастье — это тонко, Его не спрятать в толстой кутерьме. Так я живу — не камень, не железо, А человек, что выбрал свет, не тьму. И пусть душа изранена, но с веса Не сбилась — к свету, даже по нутру.

Из тьмы с надеждой С младенчества я знал, что значит боль: Приют холодный, крики по ночам. Меня ломало, мяло жизнь, как соль, Я растворялся в слезах по мелочам. Однажды в коридоре — детский плач, Чужая девочка, лет пять, в углу. К ней шёл насильник, жалкий палач, Я грудью встал, шагнул навстречу злу. Удар, ножом по рёбрам, дикий крик, Я рухнул, но её я заслонил. Очнулся в белой палате — напрямик Из жизни в жизнь, где свет не погасил. Врачи сказали: «Чудо, что живой», А я хранил внутри огонь живой. Та девочка мне стала как родной, Я стал сильней, пусть сломлен был войной. Не разбит, хотя и бит, не сломлен, хоть гнут, Я знаю цену доброте во тьме. Пусть раны есть, но душу не крадут, Я выжил, чтобы свет нести в семье.

Кто выжил в аду Мне с детства боль досталась по судьбе, Приют казённый, холод и тоска. Здесь каждый вечер плакал по себе, Душа рвалась на части, как строка. Однажды ночью крик из детской вдруг: Мужчина пьяный к девочке пришёл. Я встал стеной, хоть сам дрожал от рук, Удар — и тело рухнуло на пол. Больница, швы, гипс, капельницы, кровь, Но я в себя пришёл и не забыл: Смотреть, как плачет слабый, не готов, Пусть даже сам я жизнь недолюбил. Прошли года, я выжил и окреп, Шрамы на сердце — память, не порок. Тот страх и холод больше не калечат, Ведь я смогу помочь, кто одинок. Сквозь боль пророс, не сломлен, не убит, Хоть мир казался чёрным, без огня. Душа моя, как стержень, не скользит: Я знаю свет — он есть внутри меня.

Ради них Приют запомнил крик и холод, Побои и пустой живот. Но я остался жив и молод, Нес в сердце свой нелёгкий ход. Однажды девочку от зверя Я грудью заслонил своей. Попал в больницу, чуть не веря, Что выживу среди теней. Травма срослась, но шрам остался, Напоминаньем о борьбе. Я, несмотря на всё, поднялся, И жизнь открылась мне в судьбе. В двадцать пять встретил я жену, И сына мне она дала. За них я выполню весну, Пусть жизнь порой была зла. Я с гордостью иду вперёд, В глазах их свет — моя броня. Любовь спасла от всех невзгод, И вот стою я у огня.

Свет из тьмы С детства боль и слёзы в приюте, Униженья, голод и страх. Только помнил я о минуте, Когда свет зажгётся впотьмах. Девочку от зла заслонил я, Сам в больнице, кости в бинтах. Но внутри надежду хранил я, Что не сгину в серых крестах. Годы шли, я креп и не падал, Шрамы битв носил на себе. В двадцать пять всю жизнь я наладил, Стал мужчиной в полной борьбе. Мой сынок и нежная жена — То, ради чего я живу. Через тьму я нёс их знамена, С гордой болью в сердце — плыву.

Тишина Я искала знаки в суете, Только он молчал в ответ упрямо. Всё придумав, остаюсь одна: Знаю — не любил, но сердце раню.

Покой Как сердце может вдруг пропасть? Какая дьявольская страсть? Я что позволил его красть? Или само решило пасть? Нет, дело тут не в воре И дьявол не причём, Оно просто в покое, Укрытое плечом. Твои слова как пламя, Но сердце не горит, Оно зарыто в яме, Где память говорит.

Последнее прости Тот момент, когда ты навзрыд Кричала, что любовь не сохранит. Я не оправдал, причинил боль, И нашлась замена — такова роль.

Горький финал Вспоминаю тот прощальный час: «Нет любви», — ты бросила, не спас. Я не оправдал, ты вся в слезах, И другой уже в твоих руках.

Конец истории Помню, как ты плакала тогда, Говоря, что чувства — ерунда. Я не оправдал, ты так страдала, И меня другим ты заменила.

Разбитая любовь Тот последний раз, когда ты в слезах Сказала, что любовь угасла в прах. Я не оправдал надежд, принес лишь боль, И нашлась замена — вот моя роль.

Точка невозврата Мне запомнился тот горький миг, Когда ты рыдала, возводя ярлык: «Ты не оправдал, я так устала», И меня в твоей жизни не стало.

Последний крик Вспомнил тот последний наш момент, Ты кричала навзрыд, что любви больше нет. Не оправдал надежд и много боли, И нашлась замена моей роли.

Смех сквозь слёзы И вот однажды, как во сне, Твой смех разбил мечты. Сказала ты: «Вся страсть ко мне — Лишь тени пустоты». И вот теперь я ухожу, Оставив боль в груди. Тебя я больше не прошу Вернуться — уходи.

Секции пустоты Сложил в пустые секции Осколки для души. Как будто бы коллекции Из боли и тиши. Они не бьются вновь уже, Лежат, храня свой свет. И в этой тихой стуже Нашелся мне ответ.

Осколки Сложил в пустые секции Осколки для души. Как странные коллекции Из сломанной тиши. Они блестят на свете, Но режут, как стекло. В душевном кабинете Надежда не прошла.

Пазл Сложил в пустые секции Осколки для души. Здесь нету коллекции, Есть только миражи. Но каждый острый край Напоминает больно. Ты целым не играй, Когда внутри — расколы.

Исцеление Но из осколков сложится Мозаика внутри. И сердце успокоится, Утихнет боль внутри.