Стихи-притчи
Сборник стихотворных притч — мудрых, иносказательных и наполненных жизненными уроками.
Стихи
Без короны
Королева Лена — титул без короны,
Взрослая woman с выводком и мужем.
Но на службе — змеи, шёпоты, уклоны,
Сплётки льются, будто из-под кружки.
С «подругами» в курилке точит зуб на честных,
Идёт по головам к заветной власти.
Рабочие не любят — это всем известно,
Но ей плевать на их простое счастье.
А мудрость говорит: не рой яму другому —
Сам в неё свалишься, и будет больно.
Она идёт вперёд по замкнутому кругу,
А равнодушье — вот её корона.
И пусть пока смеётся, строит козни,
Но пустота — её финальный приз.
Уравнение
Съеден пастух — и сразу мир настал,
Никто не гонит, не считает голов.
Овца не мечется, и волк не стал
Грозиться — просто сыт и этим доволен.
И волки сыты, и овцы целы, значит,
Задача решена, и нет проблем.
Пастух ушёл — и мир устроен иначе,
И это, видимо, устраивает всех.
Сказка для взрослых
Пастух ушёл — и волки присмирели,
Овчарня спит, и сыты все сполна.
Никто не воет от тоски в ущелье,
И не дрожит под ветром тишина.
И волки сыты, и овцы целы, вместе
Они пасутся на одном лугу.
Пастух был лишним в этом дивном месте —
Я это точно доказать могу.
Баланс
Съеден пастух — и некому считаться,
Кто прав, кто виноват, кто сыт, кто цел.
Овцам теперь не нужно разбегаться,
И волк наелся — он не зверь, а делец.
И волки сыты, и овцы целы — странно,
Но так бывает в мире иногда:
Уходит тот, кто был всего желанней,
И воцаряется простая ерунда.
Пастух ушёл
Пастух исчез — и сразу стало тихо,
Овчарня дремлет, волки у реки.
Никто не гонит их, не сеет лихо,
И травы не примяты у реки.
И волки сыты, и овцы целы, значит,
Никто не в ссоре, не в убытке дом.
Пастух ушёл — и мир устроен иначе,
Где каждый занят собственным теплом.
Пир и мир
Волк сыт — и ласков, как ягнёнок,
Овца цела — и весела.
Пастух был лишним, как ребёнок,
Который спички утащил.
Теперь в загоне тишь да гладь,
Никто не щёлкает кнутом.
Овца не прочь и помечтать,
А волк не спорит с ней о том.
Идиллия без пастуха
И волки сыты, и овцы целы —
Так говорят, когда беда
Прошла сторонкой. Нынче смело
Стада гуляют без вреда.
Пастух ушёл — точнее, съеден.
Но это мелочь, не беда.
Волк улыбается соседям,
Овца кивает: «Да, вода
Мутна была, теперь светла».
Легенда о жемчужине и ветре
На берегу, где море лижет скалы,
Жила девчонка с именем Зухра.
Она искала раковины в гальке,
Мечтая отыскать жемчужину со дна.
Однажды ветер, путник из пустыни,
Спросил: «Зачем тебе блестящий круг?» —
«В нём счастье, — отвечала Зухра тихо, —
Оно спасёт от бед мой нищий род».
Но ветер засмеялся и умчался,
Оставив лишь печальный шёпот волн.
А девочка всё шла вдоль побережья,
Пока не потемнело в небесах.
И вот однажды, в шторм, когда гроза
Разбила лодку рыбака в щепу,
Зухра нырнула в пену, чтоб спасти,
Не думая о жемчуге совсем.
Она спасла старинных двадцать душ,
А утром на песке нашла жемчужину —
Подарок моря, знак того, что смелость
Дороже злата и любых даров.
С тех пор легенда ходит по базарам,
Её поют под звонкий бубен дети.
О том, что счастье — не в богатстве, нет,
А в том, чтобы другим дарить рассвет.
Три характера
В одном краю, где сосны и туманы,
Где речка вьётся лентой меж холмов,
Жили-были три друга, три Ивана,
Три разных сердца, три судьбы без слов.
Первый — рыцарь с честными глазами,
Благороден, храбр и молчалив.
Он не прятал правду за словами,
Слабых защищал, пока был жив.
Второй — умён и храбр, но с хитрецой,
Взвесит всё, просчитает на раз.
Он с холодной, ясной головой
Выручал друзей в беде не раз.
Третий — безрассудный, плут и враль,
Вечно лез в приключения сам.
Но в его груди горела даль —
Доброта, разлитая по всем ветрам.
Как-то раз беда пришла в их город:
Злой купец обманом скупил лес.
Первый встал: «Вернём народу волю!» —
И пошёл с мечом наперевес.
Второй сказал: «Постой, не надо крови,
Я придумаю, как обойти закон.
Хитрость — тоже мужество, и вскоре
Мы вернём всё, что украл вор.»
Третий влез на крышу, закричал,
Разбудил весь город среди ночи.
«Эй, народ! Купец нас обокрал!» —
И смеялся, и не спал до ночи.
Так они втроём перевернули
Дело так, что ахнула молва.
Первый — честью, второй — умом, а третий —
Безрассудством, что сильней ума.
И когда закат зажёг их лица,
Трое шли по улице пустой.
Благородный, умный и счастливый —
Каждый был по-своему святой.
Корыто
Судьба дала вам ровно столько,
Насколько вы смогли внести.
Но жадность требовала больше —
И вот корыто. Не грусти.
Много не проси
Много не проси у неба и судьбы —
Жадность ослепляет, гасит все огни.
Вместо злата — трещины и грёзы,
Вместо счастья — пепел и дожди.
У разбитого корыта
Судьба дала мне ровно столько,
Сколько могла я унести.
Но жадность требовала больше —
И вот корыто. Не грусти.
У разбитого корыта
Просила счастья сверх того,
Что было мне уже дано.
Осталась с глиняным ведром
У разбитого корыта.
Морская притча
Жадность сгубила — осталось корыто,
Волны шумят у пустого крыльца.
Всё, что хотела, судьбой позабыто,
Нет ни дворянства, ни злата, ни льстеца.
Слоновья притча
Папа-слон несёт жилище,
Мама-слон идёт сзади.
Слон-сынок трубит в дорогу:
«Дружба — дом, что впереди!»
Крот и герои
Ходы кривые роет
Подземный умный крот.
Нормальные герои
Всегда идут в обход!
Нормальные герои
Всегда идут в обход!
В обход идти, понятно,
Не очень-то легко.
Не очень-то приятно,
И очень далеко!
Не очень-то приятно,
И очень далеко!
Зато так поступают
Одни лишь мудрецы.
С обходом подступают
Одни лишь храбрецы!
Глупцы, героя строя,
Бросаются вперед,
Нормальные герои
Всегда наоборот.
Нормальные герои
Всегда наоборот.
И мы с пути кривого
Обратно не свернем,
А надо будет снова
Пойдем кривым путем!
А надо будет снова
Пойдем кривым путем!
Баллада о кривых путях
Ходы кривые роет
Подземный умный крот.
Нормальные герои
Всегда идут в обход!
Нормальные герои
Всегда идут в обход!
В обход идти, понятно,
Не очень-то легко.
Не очень-то приятно,
И очень далеко!
Не очень-то приятно,
И очень далеко!
Зато так поступают
Одни лишь мудрецы.
С обходом подступают
Одни лишь храбрецы!
Глупцы, героя строя,
Бросаются вперед,
Нормальные герои
Всегда наоборот.
Нормальные герои
Всегда наоборот.
И мы с пути кривого
Обратно не свернем,
А надо будет снова
Пойдем кривым путем!
А надо будет снова
Пойдем кривым путем!
Два волка
Во мне два волка вечно спят,
Один — добро, другой — разлад.
Кого кормлю я каждый день,
Тот побеждает, словно тень.
Зависть цветов
За окном сирень цветёт, но в тягость ей свобода:
Ветра и дожди, и пыль дорог, и солнца зной.
А в комнате в горшке фиалка ждёт ухода,
Но ей завидует сирень — ей нужен тёплый кров.
Фиалка смотрит на букет в хрустальной вазе:
Там розы пышные стоят, и им почёт.
Она вздыхает: "Как они прекрасны в этой фразе,
Я б так хотела, чтоб меня несли вперёд".
Но роза в вазе вянет тихо, без надежды,
И завидует кусту, что в поле растёт.
Ведь тот не знает ни оков, ни клятв, ни одежды,
И ветер вольный ему песню поёт.
Вечный урок Лазаря
Жил богач в роскоши, в шелку,
Пил сладкое вино,
А Лазарь — в язвах, на мешке,
Глодал лишь кость давно.
Псы приходили, лили раны,
Никто не подавал,
Богач не видел этой драмы,
Он жил, как весь синклит.
Но час настал — и смерть пришла,
Богач в аду страдал,
А Лазарь в райские сады
С Авраамом попал.
Богач взмолился: «Пошли весть
К моим пяти братам,
Пусть покаются, чтоб не сесть
В огонь по моим стопам!»
Но был ответ: «У них закон
И пророки давно,
Кто не послушал — обречён,
Им не дано ино».
Так помни: ближний твой у ног,
Не будь к нему жесток,
Иначе дьявол уволок
Тебя в свой уголок.
Лазарь из притчи
У богача был пир горой,
В шелках он спал, вино лилось,
А у ворот лежал больной,
Ничтожней, чем земля и грязь.
Собаки раны те лизали,
Никто не дал и крошки хлеба,
Они друг друга презирали,
Как будто встретились под небом.
Но смерть пришла — и всё смела,
Богач в аду, в огне, в слезах,
А Лазарь на груди Авраама,
В прохладе, в мире, в небесах.
Богач молил: «Пошли весть брату,
Пусть остерегутся мук!»
Но есть черта, где нет возврата,
Где вечен ада тесный круг.
Не в деньгах суть, не в роскоши —
А в сердце, в милости к другим.
Кто слеп к страданьям — тот оглох,
И рай закрыт перед таким.
Кулак и ладонь
Ребёнок в мир приходит сжатым кулачком,
Как будто хочет всё забрать одним рывком.
А старец, уходя, ладонь свою раскрыл —
Ни крохи не унёс, хоть много накопил.
Запрограммированы люди на добро,
Но жадность часто застит свет, как вороньё.
Планета терпит, но однажды скажет: «Стой!»
И мы уйдём с пустой, открытою рукой.
От кулака до раскрытой ладони — путь,
Который каждый должен сам перешагнуть.
Сначала всё хватать, потом — благодарить,
И наконец — без страха всё отпустить.
Мы измеряем жизнь количеством вещей,
Но смерть стирает счёт, не требуя ключей.
Богатство — это то, что в сердце, не в руках,
А то, что в кулаке — лишь пыль и вечный прах.
Так может, стоит жить, не сжав кулак, а врозь,
Чтоб отдавать, не думая, что не сбылось?
Ведь истина проста: рождаясь, мы ничьи,
И уходя, берём лишь то, что внутри.
Две ладони
На свет рождается ребёнок, сжимая крепко кулачки,
Будто готов весь мир с пелёнок забрать касанием руки.
Ну а когда настанет время, последний подступает миг,
Уйдёт, своё закончив бремя, ладони выпрямив старик.
Запрограммированы люди всем самым лучшим обладать,
Планета всё своё отсудит — мы ничего не сможем взять.
Сжимаем в кулаки ладони, стремимся больше заиметь,
Но в час кончины всё уроним — с пустыми пальцами лететь.
Так вся история земная — от сжатых рук до их разжать.
Природа, нас не понимая, велит нам брать и отдавать.
Закрытый кулачок младенца и старца раскрытая ладонь —
Два полюса, два совершенства, и между ними жизни огонь.
Мы держимся за вещи, лица, за деньги, славу и успех,
Но только смерть — граница, принц, что всех равняет, даже тех.
Кто думал, что накопит горы, что мир в кармане у него,
Уйдёт, не взяв с собой опоры, не взяв из мира ничего.
Так стоит ли сжимать так крепко, когда раскрыть — и отпустить?
Ведь всё, что в кулаке, не вечно, а в сердце можно сохранить.
Давайте меньше брать, давая, и не держаться за добро,
Чтоб, нашу жизнь не проклиная, уйти с распахнутым нутром.
Исход битвы
Как ловко ни фехтуй, как ни остёр клинок,
Но четверых тебе не победить в бою.
Умение — не всё, решает рок,
И даже храбрецу не скрыться от неё.
✧ тег: притча ✧