Смешные стихи: комедия в поэзии

Фитнес-мечты Попиралкина в зале, штангу жмёт, Прыгает на мяче, гантели рвёт. На тренера смотрит, мечтает о нём, Но он гей — и мечтам не быть сном. Она продолжает свой фитнес-урок, Прыжки и рывки — один лишь итог. Мячик под ней, как несбывшийся миг, А тренер в сторонке, к другому привык.

Футбольные слоны Соседи-слоны — они просто чудны: Гоняют в футбол, как глупые дети. Топают так, что дрожат все стены, Бьются головой в азартном кураже.

Геенна на проспекте Еврейский дворик, утро, пять, Бабуля Голда начала стирать. А снизу Хаим, уставший спать, Кричит: «Дай бог тебе убрать!» Царит веселье, гам и крик, Кот Марвин прячется в подъезд. Тут каждый первый — не старик, А юморист, хоть он и безвест. За чаем с плюшками сидят, Сплетая сплетен паутину. И к вечеру на всех лошадят, Чтоб завтра снова длить рутину.

Еврейский дворик В еврейском дворике шум и гам, Соседка Маня даёт наказ: «Не развешивай бельё по нам, А то устрою перепляс!» Старик Абрам на скамье сидит, Жуёт бублик и смотрит вдаль. Внук его с дредами грозит, Слушая рэп через матерь. Мирно уживаются все, Хоть иногда идёт скандал. Главное — шутка в их красе, Чтоб каждый сытым и пьяным спал.

Комический олень Бэмби в шутку: «Я — медведь!» — И давай реветь, реветь. Белки с веток: «Ой, смешно!» — И попадали в дупло.

Конфетный переполох На фабрике конфет и шоколада Гульнара после драки и тоски Увидела Чанбина: «Вот награда — Лежит среди обёрток и пукает с тоски». Он съел ликёрный шоколад до крошки И спал, как убива́ли комары. Гульнара чуть не плачет у стены: «Зачем я в этой глупой кондитерской?» Является Минхо, трясётся весь: «Ты увела Джисона, шоколадка!» Но Чанбин просыпается: «Не лезь!» — И выпроваживает вон без остатка. Теперь Джисон страдает в тишине, Минхо заедает свой стресс карамелькой, А Гульнара с Чанбином при луне Гуляет, и в руке у них — фисташка с келькой.

Сладкая боль Гульнара на фабрике шоколадной Трудилась в аромате какао. Два корейца — Чанбин и Хан Джисон — В неё влюбились, как в манго. Чанбин потолще, Джисон похудей, Схватились в борьбе за неё. Джисон ударил — Чанбин полетел, Сломал шоколад — и всё. Гульнара ругалась: «Зачем ты так, а?» Ушла с Джисоном обнявшись. А Чанбин среди плиток сидел, Стресс шоколадом заевши. Вдруг Минхо — бывшая Джисона — Устроила сцену ревниво. Кричала и плакала: «Ты без меня?» И шлёпнула Джисона игриво. Так в мире любви и конфетных страстей Сплетаются судьбы порой. Где сладость и горечь, улыбки, слеза — Всё перемешалось стеной.