Стихи про демонов
В этой подборке собраны стихи, посвященные демонам — загадочным и пугающим созданиям, которые вдохновляют поэтов на создание мрачных и мистических произведений.
Стихи
Лунные узы
Под светом полной, ведьмовской луны
Я плету заклинанье из желаний.
Ты, демон мой, из тёмной глубины
Явись на зов моих ночных страданий.
Любовь — как магия, что жжёт без слов,
И каждый вздох — как колдовская фраза.
Мы в плену у незримых узлов,
Где страсть сильнее всякого приказа.
Пусть ночь хранит наш тайный, жаркий плен,
Где демон и колдунья в унисон
Сливаются в один поток измен,
Любовью заколдованы вдвоём.
Ночное заклинание
В полночный час, когда луна в зените,
Я шёпотом читаю древний стих.
Ты, демон страсти, в сердце моём скрытый,
Приди ко мне, оставь свой тёмный миг.
Любовь как пламя жжёт мои ладони,
И в воздухе плывёт дурманный свет.
Я вся в плену запретного закона,
Где нет тебя страшней и слаще нет.
Пусть чары ночи путают дороги,
Но я найду тебя среди теней.
Мои стихи — как огненные строки,
Читаю их всё тише и больней.
Любовные чары
Ночь укрыла лунной тканью,
Ветер шепчет имена.
Я вплетаю в заклинанье
Имя, что дала весна.
Пусть придёт крылатый гость,
Пусть глаза зажгутся тьмой.
Наша связь — не просто страсть,
А союз с самим собой.
Пленённый демон
В полночь свечи зажигаю,
Тени пляшут на стене.
Я тебя в свой круг вплетаю,
Демон спит в глубоком сне.
Но очнётся он от зова,
От биения в крови.
Наша страсть — основа крова,
Вопреки законам тьмы.
Ночной обряд
В час, когда луна в зените
И туман над бездной вьётся,
Ты в ночи меня ищите —
Сердце демоном пробьётся.
Заклинанье шёпот страсти,
Взгляд — воронка в мир иной.
Я отдамся этой власти,
Став навек твоей луной.
Обряд любви
Полночь. Звезды в небе замерцали,
Я творю обряд у алтаря.
Демоны желанье наше знали,
Нас связав огнем из янтаря.
Ты — мой плен, я — твоя отрава,
Кровь бурлит, как древнее вино.
Колдовская, бешеная слава
Нам дано вкусить любви одной.
Ночное колдовство
В полночь демон мне шепнул на ухо,
Страсть взметнулась черным вороньем.
Ты — мой яд, мой грех, моя проруха,
Мы с тобой в огне любви живем.
Заклинаю лунным серебром,
Чтоб навек остался ты со мной.
Колдовство сплетается с вином,
Ночь окутала нас пеленой.
Ночной обряд
В полночный час, когда луна в крови,
Я вызываю демона любви.
Он шепчет имя древнее в тиши,
И страсть вплетает в нити из души.
Горит свеча, и пламя вьет узор,
Читаю заговор, ловлю твой взор.
Пусть цепи чар скуют нас до утра,
Колдунья я — и ты моя игра.
Импала в Сердце
Я не приемлю этот век:
Ни лжи, ни спешки, ни бетона.
Мне нужен мир, где человек
Сражается с самим собою.
Где Дин, усталый и живой,
Хлебает пиво, чинит раму,
Где Сэм с поникшей головой
Читает древнюю программу.
Где Люцифер — не просто мрак,
А хаос с искрою печали,
Где Гавриил — святой чудак,
Что прячет крылья за плечами.
Где Кастиэль, чужой для всех,
Стал братом тем, кто без отца,
Где даже самый громкий смех
Не заглушает боль творца.
А здесь — работа, интернет,
Пустые споры, злые лица.
Я шлю привет сквозь сотни лет
Тем, кто умеет не сдаваться.
Пускай твердят: «То вымысел, игра»,
Но я душой согрет их светом.
Мне эта выдумка верна,
Она — моё второе небо.
Не признаю я этот мир,
Но в нём несу чужую веру:
Что даже падший — командир,
Коль сердце предано барьеру.
И если ангел вновь падёт,
Я подниму его, как брата.
Такой в душе моей народ —
Семья, что выдумана свято.
Через Экран
Не признаю я этот мир:
Мне чужды новости и споры,
Мне ближе там, где Дин Винчестер
Ведёт с нечистой силой сборы.
Где Сэм с извечною тоской
В глазах, где демон прячет жало,
Где Люцифер шутить устало
Умеет с ангельской тоской.
Где Гавриил, надев улыбку,
Скрывает боль под маской шутки,
Где Кастиэль, забыв про пытки,
Спасает братьев без ошибки.
В моей реальности — бетон,
Метро, дедлайны и простуда.
А там — Импала, шум дорог,
И вера, что ещё не чудо.
Я знаю: выдумка, экран,
Но сердце бьётся в такт с вампиром.
Пускай мой мир — всего лишь фон,
Я выбрал быть с бесстрашным миром.
И если ночью грянет гром,
Я жду, что Кас войдёт в мой дом
И скажет: «Всё, тревога снята».
Я верю. Мне иного не надо.
Не признаю я этот мир,
Но в нём живу — и в этом сила:
Держать в груди чужой кумир,
Чтоб тьма меня не победила.
Семеро внутри
Семеро демонов в комнате тесной
Делят со мной и диван, и закат.
Каждый из них — это голос известный,
Каждый по-своему, в общем-то, прав.
Первый — сомнение, тонкое, злое,
Любит на полку сомнений пылить.
Второй — это эхо, что было со мною,
Его не сотрёшь и нельзя позабыть.
Третий — амбиция, дерзкая слишком,
Шепчет: «Ещё один шаг, и ты — бог».
Четвёртый — ребёнок, застрявший в мальчишке,
Что плакать умеет, но как-то не смог.
Пятый — усталость, что прячется в плечи,
Шестая — тоска без причины, без дна.
Седьмой — это я, но какой-то нездешний,
Который не знает, зачем тишина.
Они не уходят. Они не сдаются.
Они не дают мне ни сна, ни побед.
Но если однажды они улыбнутся —
Я, кажется, тоже увижу рассвет.
Я с ними не воюю, я с ними дружу,
Я их принимаю как часть своего.
И если я всё-таки дальше иду —
То, значит, во мне есть ещё кое-что.
Мои демоны
Мои демоны — это не рогатые твари,
Не тени в углу, не скрип половиц.
Они — как привычка к утренней дряни,
Как стая беззвучных, голодных птиц.
Один — это голос, что шепчет: «Не стоит»,
Когда я решаю шагнуть вперёд.
Другой — это память, что раны не кроет,
А бережно в них моё имя вплетёт.
Ещё один демон — улыбка на фото,
Которое я не могу разлюбить.
Он кормит меня тишиной по субботам,
Чтоб я не посмел никого позабыть.
Четвёртый — азарт, что срывает мне крышу,
Когда я берусь за чужой пьедестал.
Он шепчет: «Ты можешь!», и я его слышу,
Хотя уже тысячу раз проиграл.
Пятый — бессонница, добрая слишком,
Она мне рифмует слова в темноте.
Она мне рисует невзрослые вспышки
И просит остаться на этой черте.
Их много. Они не уходят надолго,
Живут в моих мыслях, как в старом пальто.
Но если я справлюсь — хотя бы насколько —
Они превратятся в моё же «зато».
Зато я умею ценить тишину,
Зато я не сдамся, пока они есть.
Я их не гоню, я с ними живу,
И в этом, наверное, тоже есть честь.
Огненный вальс
Она в кимоно из огня,
Он — с сердцем чёрного коня.
Клянутся в верности до дна
Под звон разбитого окна.
И демоны в ладонях бьют,
Благословляя их приют.
Свадьба — пламя, свадьба — крик,
И любовь — их вечный миг.
Церемония теней
В ущелье, где не светит день,
Слились две тени в одну сень.
Якудза дарит ей клинок,
Незуко — пепельный венок.
И стаи демонов кружат,
Благословляя этот брак.
Влюблённых не разбить вовек —
Так крепок их союз и крепок.
Демон и Незука
В подворотнях Токио, где правит ночь,
Демон Якудза повстречал её —
Незуку, что могла печаль превозмочь,
Собой являя света торжество.
Она была как вишня в цвету,
А он — как меч, отточенный до блеска.
Их встреча — как попытка на лету
Поймать мечту, что дразнит и так близко.
Она сказала: «Я — лишь сон и дым,
Во мне живёт лишь тьма и искушенье».
А он в ответ: «Я стану сам святым,
Когда с тобой мы будем в единенье».
Их встречи были крадены у дня,
В укрытых переулках, под луною.
Их страсть росла, как буря, как резня,
И становилась их судьбой одною.
Но клан Якудзы не прощает чувств,
К врагу примкнув, любовь не признаёт.
И вот уж кровь на клинках нежных уст,
И смерть свои объятия раскрывает.
Якудза падал, но шептал: «Беги!»,
А Незука кричала: «Нет, останься!»
И вот лежат они, враги, друзья, враги,
В объятиях, где боль и счастье.
Но смерть не властна над любовью их:
Два демона теперь в ночи блуждают.
Их тени в переулках, словно стих,
О страсти и о верности слагают.
Любовь демонов
В ночном квартале, где огни горят,
Демон Якудза встретил Незуку взглядом.
Она — как лунный, нежный аромат,
А он — как тень с мечом и острым ядом.
Она в кимоно, с веером в руке,
Ступает тихо, словно дух тумана.
А он в костюме, с пистолетом в кулаке,
Хранит её от всякого обмана.
«Зачем тебе, — шептала Незука, — тьма?
Ведь я — всего лишь демон снов и ночи».
«Затем, — ответил он, — что ты сама
Мой свет в аду, и я твой страж порочный».
Они встречались тайно, в час теней,
Под фонарями старого квартала.
И каждый раз, чем дальше, тем сильней
Их страсть росла и их любовь крепчала.
Но клан не спит, и месть не дремлет тут:
Враги узнали про любовь демона.
И вот уже клинки в ночи блестят,
И льётся кровь на мокрый асфальт стона.
Якудза бился, защищая честь,
А Незука в слезах молила небо.
«Оставь меня, — шептал он, — я здесь есть,
Пока во мне горит любви победа».
И когда упал последний враг,
Они стояли, руки в кровь и сажу.
«Теперь навек, — сказал он, — я твой раб,
И никому тебя я не отдам, — я клялся».
С тех пор в ночи, где тени шелестят,
Два демона идут рука в руке.
Их песня—страсть, а их любовь—набат,
Что слышен даже в самом далёком сне.
Частушки из преисподней
Заиграй, гармонь, пошире,
Выходи, честной народ!
Черти пляшут в нашем мире,
Ведьмы водят хоровод.
Эй, рогатый, подпевай-ка,
Не жалей копыт и сил!
Наша песня — балалайка,
Что и беса веселит.
Я на метле летала,
Звёзды путала в ночи.
Душу я не продавала —
Просто пела от души.
Кот учёный хвост задрал,
Смотрит на мою пляску.
Демон рядышком привстал,
Улыбается с опаской.
Ты играй, играй, гармошка,
Веселись, лесной народ!
Где-то воет пёс-сторожка,
А в избушке — хоровод.
Утром солнце заиграет,
Разбежится нечисть вмиг.
Только песня не сгорает,
Как весёлый этот миг.
Демонские частушки
Выезжаю в чисто поле,
Там чертей не перечесть.
Все хохочут, дразнят волю,
Норовят меня заесть.
Эх, подружка-нечисть, спой-ка,
Заиграй на помеле!
Пляшет с визгом перепойка,
Тени скачут по земле.
Кто-то рожки прицепил мне,
Кто-то хвост приладил вмиг.
Сердце мечется в горниле,
Из груди выходит крик.
Я плюю на их ухмылки,
На рога и на копыта.
Словно бес из пересылки,
Воля всё ещё не спита.
Дым клубится над костром,
Ведьмы водят хоровод.
Пахнет серой и добром,
Что никак не пропадёт.
Утром солнце встанет в небе,
Разгонит нечисть по углам.
Я забуду этот трепет,
Только песню не отдам.
Свадебный переполох в преисподней
В преисподней переполох не шуточный:
Демон Якудза женится на Назуке точно.
Гости съехались со всех кругов ада,
Каждый хочет выпить и крикнуть «браво».
Назука в фате из чёрного дыма,
Якудза с букетом из пламени незримого.
Они идут к алтарю из магмы,
А вокруг пляшут адские нимфы и гаммы.
Сам Сатана проводит обряд венчания,
Читает поздравительную речь с отчаянием:
«Живите, дети мои, в любви и согласии,
Пусть ваш брак будет крепок, как адские снасти!»
Гости кричат «Горько!» на адском наречии,
Целуются демоны и демонессы при встрече.
На столах — уха из грешников и жаркое из пороков,
Пир горой, веселье без зароков.
Мы от всей души поздравляем молодых,
Желаем им счастья в делах огневых.
Пусть их любовь пылает вечно,
А мы поднимем бокалы за них бесконечно!
Адское поздравление с помпой
В аду сегодня шум и гам,
Сковородки гремят по углам.
Демон Якудза и Назука-девица
Решили навеки соединица.
Гости слетелись со всех котлов,
Каждый поздравить молодых готов.
Черти играют на дудках и трубах,
Празднуют свадьбу в огненных клубах.
Якудза в смокинге, при галстуке, чинно,
Назука в платье из дыма и пепла былинного.
Они обменялись кольцами из лавы,
И прогремели адские забавы.
Столы ломятся от явств неземных:
Глазированные кактусы и пироги из тьмы.
Гости пьют лаву, закусывают угольями,
Танцуют твист под визги с вихрями.
Свидетель — сам Сатана с рогами,
Держит бокал с кипящими грехами.
Он произносит тост за молодых:
«Пусть ваш союз будет крепче камней земных!»
Так выпьем же, друзья, за эту пару,
Пусть их любовь пылает как пожар.
Пламя для двоих
На свадьбу к демону Якудзе
Спустился адский дракон.
Он пламя метал, словно в блюзе,
Играл на гитаре из костей в унисон.
Незуко, в венце из шипов,
Стояла, потупив взор.
Дракон ей сказал без слов:
«Ты — пламя, я — твой костёр».
Якудза поднял кубок с лавой,
Провозгласил тост за любовь.
И гости с рогатой оравой
Кричали: «Горько!» — и вновь и вновь.
Дракон выдыхал салюты,
Раскрасив пещеру в цвет.
Танцевали демоны, словно статуи,
Ожившие вдруг в этот свет.
А после пира дракон вручил
Молодым по перу из крыла.
И сказал: «Чтоб огонь не остыл,
Держитесь друг друга всегда».
С тех пор пролетая над бездной,
Дракон вспоминает тот зал.
И пламя его бесполезно,
Когда он видит, как кто-то обнял.
Адский дракон на свадьбе
Адский дракон залетел на свадьбу,
К демону Якудзе и Незуко-деве.
Пламя из пасти рвалось на дыбы,
Но гости смеялись в подземном хлеве.
Свечи из серы горели вокруг,
Кости стучали в ритме фламенко.
Дракон закружил, словно верный друг,
И задышал на невесту жарко-жарко.
Незуко вскинула веер из кожи,
Якудза поправил рога и меч.
Дракон им сказал: «Вы друг друга дороже,
Позвольте мне вашу любовь уберечь».
Он выдохнул пламя — и вспыхнули тени,
И демоны в круг встали, взявшись за руки.
Смеялись, плясали под звон и пенье,
Забыв про былые раздоры и муки.
А утром дракон улетел в свои скалы,
Оставив на память чешуйку и угли.
И долго ещё на пирах вспоминали,
Как адский дракон к ним спустился на угли.
С тех пор на свадьбах у демонов модно
Звать в гости дракона с горящим взглядом.
И если он вдруг залетит — значит, можно
Считать, что удача с тобою рядом.
Свадьба в преисподней
Дракон адский влетел на свадьбу,
Где Якудза-демон и Незуко-дева.
Пламя взвилось, и души в угаре
Кружились под марш из подземного хора.
Котлы кипели, и черти плясали,
Серные реки в бокалы стекали.
Незуко смеялась, сверкая клыками,
Якудза дарил ей ожерелье из пламени.
Дракон изрыгал огонь в потолок,
Свадебный торт подгорел, но не смог
Испортить веселья – гости ревели,
Когда молодые в костёр свой влетели.
И вот под грохот и вой сирен
Их обвенчал сам Вельзевул.
Дракон улетал, оставляя тлен,
Довольный, что праздник не обманул.
Та свадьба запомнится в бездне навек —
Такой не видали ни ад, ни человек.
Адская свадьба
Адский дракон залетел на свадьбу,
К демону Якудзе и демонессе Незуко.
Пламя плясало под звуки скрипки,
Гости сгорали в весёлой улыбке.
Свечи из серы, вино из лавы,
Тост поднимали демоны справа.
Незуко в платье из чёрного дыма,
Якудза с рогами, но всё же любимый.
Дракон закружил над столом из костей,
Сыпал искрами вместо сластей.
Крики и смех, и громовый раскат —
Так веселился адский отряд.
Жених и невеста в огненном вальсе,
Гости стучали копытами в такт.
Дракон ухмылялся, глядя на танец,
И сам подпевал, разевая пасть.
Но вот и финал: под грохот и вой
Их обвенчал сам хозяин тьмы.
Дракон улетал с довольной душой —
Таких ещё не было в бездне зимы.
✧ тег: демоны ✧