Стихи о боли

Раненый Они бегут по следу, чуя кровь, И каждый хочет впиться в плоть живую. Но то, что ищут, — не внутри, а выше, Душа не мясо, чтоб терзать её вновь. Я позволяю рвать — пускай, пускай, Ведь боль даёт мне право быть собою. Когда всё онемело, только боль Напомнит: ты ещё не стал стеною. Пусть псы рычат, пусть плоть летит клочками, Я не отдам им главное — ядро. Оно не здесь, не в теле, не в словах, А там, где даже времени не стало.

Псы Псы раздирают плоть мою, Они хотят добраться к сути. Но я и сам порой не знаю, Где скрыта тайна в этом путе. Они кусают — я терплю, Ведь это шанс: сквозь мясо, кости Почувствовать хоть что-то, чтоб Не быть куском бездушной гости. Душа скользит, как рыба в сети, Не удержать её рукой. Но если боль — цена за то, Я выбираю этот бой.

Гончие Гончие рвут живую плоть, Клыки впиваются всё глубже. Под шкурой — то, чего не взять, Душа трепещет в тесной луже. Сквозь рёбра, мышцы и хрящи Пробиться к свету не даётся. Лишь боль, как вестник изнутри, Напомнит: сердце ещё бьётся. И стая воет, чуя кровь, Но жажда выше, чем утроба. Им нужно не мясное — суть, Что не уходит вместе в гробы.

Чувство Раздирают собаки — мне всё равно. Я хочу, чтобы боль пробудила нутро. Снова сердце забилось, упало на дно, Но живое осталось — и в этом добро. Пусть сдирают до кости, до самой души, Я хочу ощутить этот мир на вкус. В каждой ране — ответ: «Ты ещё не остыл!» И сквозь шум свора слышен мой хриплый «не трусь».

Свора Гончие рвут мою плоть в клочья, Когти впиваются в ребра — невмочь. Но я не прошу пощады у ночи: Мне бы душу наружу — и прочь. Только когда обнажится живое, Можно почувствовать, что я живой. Вскройте мне сердце, безумная свора, Пусть хоть на миг станет боль — не пустой.

Своры Гончие псы раздирают мне плоть, Когти впиваются в кожу, в живот. Яростный лай, и не взять их в узду, Только бы к сердцу добраться — и в суд. Только бы выгрызть ту самую суть, Что не даёт мне спокойно уснуть. В хрипе и пеной, в кровавом бреду Я всё ищу, что в груди я найду. Пусть разрывают — я чувствую боль. Значит, живая душа ещё — ноль? Нет, не ноль — это боль, это крик, Значит, я жив, хоть на миг, хоть на миг.

Раненая душа Гончие псы раздирают мне грудь, Когти и зубы — знакомый мне путь. Им бы добраться до самой души, Вырвать наружу из мрачной тиши. Я не кричу, я лишь стиснул зубами, Может, почувствую жизнь хоть краями? В этой жестокой, кровавой игре Я обретаю себя на заре. Пусть разрывают, пусть больно — я жив, В этой агонии я — не нарыв. Я — это рана, я — это крик, Я — не пустой, я — на миг, на велик.

Гончие Они бегут по следу, чуя кровь, Вгрызаясь в плоть, чтоб душу отыскать. Им всё равно — надежда или боль, Лишь бы хоть что-то снова испытать. Прокаженные псы, их яд внутри, Они не ведают ни сна, ни дня. И каждый укус — крик: «Умри, умри!» — Пока есть сила рвать и гнать меня.

Прокажённая стая Псы с облезлою спиной Рвут меня в клочки. Им не нужен я живой, Только чтоб куски Плоти падали на снег, Чтоб душа рвалась. В этом аде человек Чувствует хоть связь С миром, где он был живым, Где любил и ждал. Стая воет: «Стань другим!» Я уже устал. Но терзают, не щадя, Чтоб я ощутил: Боль — последнее дитя Тех, кто не любил.

Плоть и дух Гончие, чья шерсть в парше, Рвут меня на части. В этой дикой кутерьме Ищут моё счастье. Но не в теле, не в костях, Не в горячей крови — В сердце, что застыло впрах, В затаённой боли. Чтоб почувствовать хоть миг, Чтоб забыть про стужу, Раздирают плоть — и крик Становится жемчужен. И в агонии живой Понимаю ясно: Только болью и травой Можно жить прекрасно.

Гончие души Псы, что плоть мою терзают, В рваных ранах ищут суть. Кровь по капле вытекает, Чтобы в пустоте блеснуть. Им не нужно мяса, жил, Им нужна душа живая. Чтоб хоть что-то я простил, В этой боли замирая. Каждый укус — как вопрос, Каждый взгляд — как приговор. Я давно уже не пёс, Я — застывший разговор.

Плоть для чувства Прокажённые гончие — стая без лиц, Раздирают мне тело, не ведая жалость. Им не нужно мясо, им нужно пробиться до жил, Чтобы я наконец-то почувствовал малость. Я забыл, что такое — дрожать и бояться, Я забыл, что такое — смеяться и петь. Пусть же грызут, раздирают и мнятся, Лишь бы душа не успела стерпеть.

Сквозь кожу к душе Они не щадят — прокажённые псы, Разрывают мне кожу, впиваются в кости. Им не нужна моя плоть, им нужны лишь часы, Когда я взвою от боли и брошусь к погосте. Но в этой резне, в этом диком огне, Я вдруг ощущаю, что жив ещё я. Спасибо вам, твари, за то, что по мне Прошлись, чтоб душа моя стала ничья.

Гончие души Псы прокажённые рвут мою плоть, Когти впиваются в дрожь сухожилий. Им не насытиться — им бы добраться до жил, Чтобы хоть что-то я снова мог ощутить. Грызут, раздирают, не дают мне забыть, Как билось сердце, как воздух в груди закипал. Может, в агонии этой мне стоит пробыть, Чтобы почувствовать: я ещё не пропал.

Пустота без сына Как больно терять сыновей, Их детство, их смех, их шаги. Остался лишь отсвет огней Да стоптанный след на снеги. Они уходя, забирают Частицу души и тепла. И только молитвы взлетают, Чтоб вера в добро не ушла.

Скрытый упрёк Простили, но попрекать не забывают, В глазах — укор, на языке — хвала. Такие люди душу убивают Тем, что простили, но не до конца.

Неоконченный разговор Простили, но попрекать не забывают, Слова в спину — как острый нож. Такие люди сердце разрывают, Не понимая, что прощенье — ложь.

Тень упрёка Простили, но попрекать не забывают, И каждый раз напоминают мне, Как я ошибся — словно воскрешают Ту боль, что утонула в тишине.

Четыре утра Четыре утра — и тишина разбита, Земля вздрогнула, и пламя взвилось. Та дата в сердце кровью пропита, Чтоб никогда забыть не довелось.

Безмолвный вопль Когда кричит душа — никто не слышит, В ответ лишь тишина, холодный, ровный звук. И даже тот, кто рядом с нами дышит, Не слышит, как внутри всё рушится вокруг. Мы прячем боль за вежливым «в порядке», Чтоб не тревожить тех, кто не поймёт. Но тишина — наш лучший адвокат, и Когда душа кричит, она не врёт.

Немой крик Когда кричит душа — никто не слышит, В ответ лишь тишина, и эхо без конца. И даже тот, кто рядом с нами дышит, Не слышит крика в глубине лица. Слова застряли комом в горле где-то, А боль внутри — как острый нож в груди. И только ночь, укутавшая светом, Шепнёт: «Кричи, я рядом, погоди».

Вопреки Будь счастлив, пожалуйста, просто будь счастлив, Вопреки всему, что случилось у нас. Ты сделал так больно, что нет сил дышать, Но я пожелаю тебе в этот час.

Сквозь боль Будь счастлив, пожалуйста, просто будь счастлив, Я этого искренне, глухо хочу. Ты сделал так больно, что нет сил дышать, Но я от отчаянья в небо кричу.

Пожелание счастья Будь счастлив, пожалуйста, просто будь счастлив, Хотя бы сейчас, в этот миг, в эту ночь. Ты сделал так больно, что нет сил дышать, Но я отпускаю, уходит пусть прочь.