Биографические стихи
Стихотворения, основанные на реальных событиях и биографиях. Откройте для себя поэзию жизни.
Стихи
Деревенское лето
В деревне лето — жаркий рай,
Работа днём, а вечер — в пляс.
Украдкой брагу пили, знай,
И звёздный свет встречал всех нас.
Потом — река, прохлада, смех,
Купались до зари, устав.
А после танцы — ждал успех,
Иван в кругу друзей блистав.
Теперь полвека позади,
Но в памяти — тот летний зной.
Ты, как и прежде, впереди,
С открытой, щедрою душой.
Путь отца
Отец начал с лесогавани — брёвна,
Таскал их, гнул, ворочал день за днём.
Потом ушёл в забой, где тьма бездонна,
И стал крепильщиком в краю глухом.
Там, под землёй, он ставил крепь и балки,
Чтоб не давила толща угля.
И руки, что держали лес на палке,
Теперь держали небо под землёй.
Он не искал ни славы, ни наград,
Просто работал, чтоб семья жила.
И этот путь — как будто бы обряд,
Где честь и труд — единые дела.
Сила отца
Сначала лес — тяжёлые стволы,
Отец их ворочал на берегу.
Потом ушёл под землю, вглубь скалы,
Где крепит свод, чтоб не было беды.
Он знал, что труд нелёгок и суров,
Но не искал другой, полегче доли.
В его руках — и брёвна, и покров,
Что держит горы в шахтной неволе.
Я помню, как он вечером молчал,
Усталый, но с улыбкой за столом.
Отец мне силу эту завещал,
Что в каждом деле — честь и отчий дом.
Работа отца
Отец на лесогавани брёвна ворочал,
Под солнцем и дождём, в пыли и в поту.
А после в шахту крепильщиком отошел,
Где свет лишь фонаря на высоте.
Там, в темноте, он ставил крепь и стойки,
Чтоб не обрушилась порода сверху.
И руки помнят тяжесть и мозоли,
И каждый день как подвиг без награды.
Теперь я вижу: в каждой жиле сила
От тех глубин, где он свой путь пробил.
Отец мой горы двигал и носил,
И шахта стала частью его мира.
Памяти деда
Мой дед Михаил из Горюшкино родом,
Фамилия Горюшкин — не знак печали.
В сороковом призван, а в сорок первом —
Уже на войне, где врага мы встречали.
Зимой сорок третьего был он изранен,
Но Славы орден и Звезда — при нём.
Он выжил, и память о нём не завянет,
Пока этот стих я пишу о родном.
Горюшкин Михаил Ильич
Горюшкин Михаил — мой дед из деревни,
Где Горюшкино — словно продолженье фамилии.
В сороковом он стал солдатом, наверно,
А в сорок первом — врага не просили.
Тяжёлое ранение в сорок третьем,
Но Красная Звезда и Славы орден — с ним.
Он выжил, чтоб внуки о нём помнили этим
Стихом, что сейчас я ему говорил.
Солдат из Горюшкино
В деревне Горюшкино дед мой родился,
Фамилия Горюшкин — как метка войны.
В сороковом в армию он зачислился,
А в сорок первом — уже без вины.
Зимой сорок третьего был он изранен,
Орден Славы и Звезда — награды за бой.
Он выжил, хоть в поле остался без знамени,
И память о нём я храню, как святой.
Дед Горюшкин
Мой дед из деревни Горюшкино родом,
Фамилия Горюшкин — в ней боль и судьба.
В сороковом призван, а в сорок первом —
Уже на войне, где горела земля.
Под Старой Руссой, зимой сорок третьего,
Осколком пробило плечо и ребро.
Но выжил, хоть рана была не последней,
И Красную Звезду получил за добро.
Тринадцать зим
Сорок второй, декабрь, метель.
В школе стынут парты, угля нет.
С ёлки школьной я пришёл домой —
Мама смотрит вдаль, сжимая лист.
«Брат…» — и пауза, как долгий стон,
Похоронка — нет, не конверт с добром.
Сорок третий, мать в постели, жар,
Я — ученик в цеху, хоть мал и стар.
Тринадцать лет — и в руки станок брать,
Чтоб помочь, чтоб выжить, не упасть.
Сорок четвёртый, руки в волдырях,
Обморожены, но я держусь в цехах.
Мартеновский цех — машины, жар и гул,
Как мамонты с огнем, я их не обманул.
Рассыльным я бегу через цеха,
Трудовая книжка — первая строка.
Война уходит, но оставит след
В моей душе на много долгих лет.
Декабрь сорок второго
Декабрь. Холод пробирает до костей.
В школе стынет воздух, не хватает угля.
Ёлка в зале — скудный праздник для детей,
А в глазах — надежда, что уйдут враги.
Мать сидит с письмом, не в силах произнесть:
«Брат с фронта…» — и в руках её листок.
Похоронка. Слово страшное, как весть,
Что сломала все опоры, как песок.
Январь упрямым шагом входит в сорок третий год.
Мать болеет, слезы на лице…
Я иду на завод, где каждый меткий взвод,
Тринадцать лет — и мал, и горец на крыльце.
Июль. Обморозил руки я зимой,
Теперь весна, но холод в душах жив.
В цехе Мартен — как мамонты в огне,
Гудки зовут, и страх меня накрыл.
Июнь. Дали трудовую книжку мне,
Рассыльный я, бегу по этажам.
Война идет, а память — на войне,
И детство спряталось в густые облака.
Детство Вани
В Копейске рос, сам в садик на автобусе,
На силовой катался, в паркур влюблён.
Стоял на голове у края дома,
А снизу ждал его Кузя, верный он.
Твоя история
Родилась в Медяково, шестьдесят пять лет назад,
В Новосибирск приехала, судьбу свою нашла.
Анатолий, дочка Ирочка — твой самый верный клад,
Работа на «Корсе», в пельменной и столовой была.
Ты выходила папу, муж был рядом, огород цвёл,
Потом внуки — Ромочка и Кирюша — принесли свет.
Ты трудоголик, мама, наша опора и оплот,
Люблю тебя, живи долго, береги себя, нас нет.
Опорная
Из Медякова в Новосибирск — твой путь нелёгкий и большой,
Ты встретила Анатолия, и родилась дочь.
Работала на «Корсе», в пельменной и столовой,
И огород твой чистый — радостная речь.
Ты выходила папу, муж был рядом, как опора,
Потом внуки — Ромочка и Кирюша — пришли.
Ты трудоголик, мама, наша сила и поддержка,
Люблю тебя, живи, береги, мы рядом, впереди.
Жизненный путь
Ты родилась в селе Медяково шестьдесят пять лет назад,
Потом в Новосибирск дорога привела.
Ты встретила Анатолия, и счастье было рядом,
И дочка Ирочка на свет тогда пришла.
Работала на «Корсе», обувь под контролем чутким,
И в пельменной, и в школьной столовой.
Ты выходила папу, был муж всегда с тобою рядом,
И огород твой чистый — красоты живой.
Дурандин. Эпоха в лицах
Валерий Дурандин — не просто имя, звук,
А целая эпоха, что в сердце отозвалась.
Он — лучший друг, второй отец, надёжный друг,
Чья жизнь, как книга, полна страниц и красок.
Он помнит дискотеки, пластинки, джинсы-клёш,
И первый магнитофон, и песни «Машины».
В его душе — отголоски тех весёлых лет,
Где молодость цвела, не зная о границах.
Он прошёл через бури, но не сломался в них,
Сохранил улыбку и твёрдое рукопожатье.
Его советы — как компас в жизненных путях,
А шутки — будто солнце в пасмурную дату.
Он знает цену верности, не гонится за славой,
Его богатство — дружба, что годами проверена.
Валерий Дурандин — легенда для друзей,
Чья душа не стареет, хоть годы и бегут.
Он — тот, с кем можно молча посидеть у костра,
Или спеть под гитару старые мотивы.
В его присутствии мир становится добрей,
А проблемы — мелочью, что быстро растворяется.
Так пусть же твоя дорога будет светлой,
А сердце — полным сил, как в годы молодые.
Ты — наш герой, наш Дурандин, наш верный друг,
Чья легенда живёт в сердцах и не забывается.
Логопед и мама
Логопедом в школе ты слова лечила,
Детей своих растила, мир им подарила.
С Борисом инженером — жизнь была полна,
И сейчас в Лондоне у внука Кая ты одна.
Анне в юбилей
В Крыму рождённая, в Сахалине жившая,
Логопедом в школе детям помогавшая.
С Борисом счастье, дети — Анастасия, Артём,
И внуки ждут в Севастополе, где твой отчий дом.
Алле в семьдесят пять
Родилась в Алтайском краю,
Где просторы и синь рек.
Старшая сестра Светлана —
Верный спутник на век.
В Ленинград приехала учиться,
Встретила Льва — свою судьбу.
С ним по жизни идти решилась,
Создала прочную семью.
Дочь Юля — счастье и отрада,
Внучек троих подарила.
Алла трудилась неустанно,
Экономистом в Ленэнерго была.
Пятьдесят лет дружат семьями
С Лёней и Леной — верный круг.
Дача в Громово, огород, банька,
Грибы, ягоды — милый друг.
Пироги печёт она вкусные,
Собирает гостей в свой дом.
Семьдесят пять — годы прекрасные,
С юбилеем, Алла, в нём!
✧ тег: биографическое ✧