ГенераторСтихов 2.0

Стихи о современности

Современность — это и гаджеты, и суета, и поиск себя. В этих стихах — отражение нашего времени, его ритмов и противоречий.

Стихи

LED-помощник На корпусе светится дисплей, Температуру видно в тот же миг. С таким помощником кипятить смелей — Он для воды и чая лучший друг.
Без ответа Ты ускользаешь, будто ветер, Мне за тобою не угнаться. Я шлю вопросы в мессенджере, А ты не хочешь отвечать мне.
Круговорот Вот так мы и живём — от пятницы до пятницы, В офисной тиши, где чай давно остыл. Считаем этажи, как будто можем спрятаться От тех вопросов, что никто не задал им. Вот так мы и живём — в наушниках и в пробках, В чужих историях, в лентах новостей. Свою же жизнь листаем, словно фотки, Не замечая бега наших дней. Вот так мы и умрём — в случайной переписке, Среди забытых чатов и немых звонков. И кто-то, может быть, в тоскливом, тихом списке Найдёт наш след — и не поймёт без слов. Вот так мы и умрём — не в громе, не в пожаре, А тихо, как гаснет в комнате экран. И только кот останется на старом кресле, И будет ждать, как будто не обман. Вот так мы и живём — и в этом есть свобода: Проснуться утром, кофе на столе. Обнять того, кто рядом, несмотря на годы, И просто быть — хотя бы на земле. Вот так мы и умрём — но это не финал, Пока есть тот, кто помнит нашу речь. И значит, мы не зря здесь простояли, И есть ещё что в этом мире сберечь.
Так и живём Вот так мы и живём — в погоне за зарплатой, Встаём по будильнику, спешим в метро с утра. Мечты свои храним в коробке под кроватью, И верим, что наступит наконец пора. Вот так мы и живём — в долгах и в кредитАх, Считаем дни до отпуска, считаем до получки. Забыли, как смеяться, как летать во снах, И прячем улыбки в мятые колючки. Вот так мы и умрём — в больничной палате, Смотря в окно на серый, равнодушный свет. Никто не вспомнит, что мы были виноваты Лишь в том, что не успели дать себе ответ. Вот так мы и умрём — с мобильным в руке, С последним сообщением: «Прости, я не успел». И где-то в облаках останется навек Наш непрожитый смех, наш недопетый трел. Вот так мы и живём — и в этом есть надежда, Что кто-то вдруг очнётся и разорвёт круги. Сорвёт с себя привычный, серый, тесный кокон, И скажет: «Хватит! Больше не беги!» Вот так мы и умрём — но перед этим вспомним Все те, кто нас любил, кто ждал и кто простил. И может быть, тогда мы что-то в мире тронем, И кто-то скажет: «Он не зря здесь был».
Тишина в наушниках Общество — наушник без игры, Мы носим их, чтоб не слышать тишину. И прячемся от собственной игры, Слагая бесконечную волну.
Пустой вокзал Общество — зал ожиданья без табло, Толпа сидит, уткнувшись в телефоны. Никто не знает, сколько лет прошло, И все молчат, как будто под гипнозом.
Романтика по-новому Я ждала от тебя предложенья, А дождалась лишь фото без смысла. Ты, видать, перепутал влеченье С чем-то, что не влезает в письмо.
Полюса Двадцать первый век — и что с того? Время разделило на «своё» и «мне б всего». Богатые вверху, внизу — беднее всех, И жизнь порой похожа на прореху. Ипотека стала неподъёмной ношей, Люди ходят злые, будто дождик с дрожью. Без работы трудно, а с работой — тоже, Деньги правят миром, и это похоже. Все глядят на тачки, на квартиры в центре, А в душе — холодный, серый, пустой ветер. Ты идёшь с душой, с улыбкой честной, Но встречаешь взгляд — расчётливый и тесный. Внешность стала главной, романтика — в тени, Сложности повсюду, как бетонные огни. Ценности другие — статус и успех, А любовь — как эхо, что утихло для всех. Но не всё так просто, не всё так темно: Где-то светит искра, где-то есть тепло. Если ты не сдался, если ты живой, Значит, век не властен полностью над тобой. Не продай за деньги честное лицо, Не отдай за тачку тёплое кольцо. Доброта — не слабость, это сила дна, Поднимает выше, чем любая волна. Пусть века меняют цены и права, Но душа живая — вечно молода. Если сердце бьётся, значит, есть ответ: Даже в двадцать первом можно видеть свет.
Двадцать первый век Двадцать первый век настал — а толку мало: Время разделило всех на два стола. У одних — квартиры, яхты и регаты, У других — кредиты, серые зарплаты. Ипотека давит, как бетонный пресс, Денег не хватает на продукты и проезд. Люди ходят злые, прячут взгляд в экран, Каждый сам за себя — вот такой расклад. Все глядят на марку, на авто и дом, А любовь — как опция, что забыли в нём. Сердце открываешь — получаешь в ответ Холод и расчёт, и безразличный свет. Ты идёшь с улыбкой, с честной добротой, Но встречаешь стену — глухо, как в пустой. Внешность правит балом, глянец и обман, А душа — товар, что спрятан по карманам. Романтика ушла, как поезд в темноту, Оставив только пыль и пустоту. Мы разучились просто говорить, И разучились просто дорожить. Но где-то в глубине, под слоем суеты, Ещё теплится огонь живой мечты. И если каждый вспомнит, кто он есть, То, может, век ещё подарит весть. Не всё продажно в этом мире злом, Есть те, кто греет дом своим теплом. Пусть деньги правят, но не навсегда — Душа сильнее, если в ней звезда.
Ценности другие Двадцать первый век — несправедливый, Жизнь тяжка, как камень на груди. Нас на бедных делят и богатых, Справедливость где-то позади. Ипотека — неподъёмный ворот, Люди злы, безработица, тьма. Отношения — сплошные узы, Все глядят на деньги и дома. А любовь пропала, как в тумане, Всюду сложности, и ценности не те. Ты со всей душой, с улыбкой честной, Но встречаешь холод на ветру. Внешность правит миром, это правда, Романтика сдала свои права. Средний стих о том, как трудно верить, Когда рушится всё, что ты знал.
На бедных и богатых Двадцать первый век — разлом эпохи, Справедливость спит в чужом гробу. Жизнь тяжка, как мокрый снег в ладонях, Нас делить на части — как толпу. Ипотека — кабала без срока, Люди злы, в глазах — сплошной металл. Безработица и отношений Пепел — вот что век нам завещал. Все глядят на деньги, тачки, стены, А любовь ушла, как сквозь песок. Ты же — с добротой и честной лентой, Но встречаешь равнодушья ток. Внешность правит миром, это горько, Романтика сдала свои посты. Средний стих о том, как сложно в мире, Где мечты разбиты на кусты.
Двадцать первый век Двадцать первый век наступил нежданно, Справедливости в нём не сыскать. Жизнь легла на плечи тяжким грузом, Нас на бедных делит и богатых. Ипотека душит, как удавка, Люди стали злыми и пустыми. Безработица и одиночество — Вот приметы нынешней зимы. Все глядят на деньги, тачки, стены, А любовь задвинули в чулан. Ты идёшь с открытою душою, Но встречаешь только холода. Внешность правит этим миром жёстко, Романтика сдала свои права. Средний стих о том, как трудно верить, Когда рушится всё, что ты знал.
В метро В шумном переулке ангел мне кивнул, Крылья за спиной он в рюкзак замкнул. Я его узнал по улыбке без слов, Он среди людей быть всегда готов.
Признание в кофейне Она сидит в углу кафе, Как кадр из модного кино. Улыбка — солнце в синеве, А взгляд — распахнуто окно. Мальчишки вьются у стола, Букеты прячут за спиной. «Ты старше нас на год!» — «Дела! Я стала лучше — вот секрет простой. Я как вино — крепчает с лет, И с каждым годом всё вкусней. Мой возраст — не тяжёлый крест, А пропуск в мир больших страстей». Один из «зайцев» вдруг упал, «Не падай, мальчик, я не жду. Но если хочешь — покажу, Как жить, не торопясь, без драм». Они внимают, рот открыв, В её словах — и смех, и мёд. Она — король, и это миф, Который в сердце их живёт. Так милфа с шуткой и огнём Идёт по жизни, не спеша. И молодёжь мечтает днём, Как хороша, как хороша.
Ворона, Лиса и Ёж-эколог Ворона сыр нашла в пакете, Уселась на берёзе, ждёт. Лисица кралась по планете, Предвкушая бутерброд. Но Ёж-эколог из кустов Вмешался: «Это не по правилам! Сыр — это вредный белок, А ты, Лиса, — охотник слабый. Ворона, сдай продукт в утиль, Питайся злаками и светом. Лисица, ты — не крокодил, Чтоб сыр хватать. Забудь об этом». Ворона каркнула — и сыр Упал. Лиса схватила быстро. Ёж покачал иголками: «Мир Спасать — не значит быть речистым».
Ворона, Лиса и Пчела-блогер Ворона как-то сыр стащила И села на суку повыше. Лисица мимо проходила, Мечтая сыр отведать с крыши. Но вдруг пчела с айфоном в лапках Вмешалась в этот диалог: «Сними-ка, милая, свой завтрак Для сторис — будет в этом прок! Твой сыр — отличный контент, А ты — инфлюенсер года. Лиса — лишь хейтер, её нет, Забудь про старые подходы». Ворона каркнула — и сыр Упал в листву. Пчела взлетела. Лиса схватила и в кусты. Мораль: не верь тому, кто смело Советы раздаёт за так, Особенно когда ты с сыром.
Ворона, Лисица и Кот-программист Ворона сыр нашла однажды, Взлетела на сосну, глядит. Лисица, хитрая, туда же — Хвостом пушистым шевелит. Но тут явился Кот-программист, В очках, с ноутбуком в зубах. «Внимание! — мяукнул он. — Сюрприз! Я код пишу на всех парах. Твой сыр — всего лишь переменная, А ты — устаревший скрипт. Лисица — функция вредная, Её перепишем вмиг». Ворона каркнула: «Кар-р-р!» — И сыр упал в траву. Лисица Схватила, скрылась за бугор. А Кот сказал: «Учись, сестрица».
Дни без ответа А пока мы одиноки, Жизнь проходит день за днём. Телефоны, как пророки, Молчат в сумраке ночном. Мы бредём по краю света, Где не встретить никого. И зима, сменивши лето, Не согреет никого.
Кузьма в сети За печкой, где пахнет золой и теплом, Домовёнок Кузьма завёл аккаунт с трудом. У него электросамокат и айфон, Он в интернете теперь, как в новый дом. По утрам он не будит сверчков, А листает ленту без лишних слов. На завтрак — не каша, а смузи в стакане, Он следит за фигурой, хоть ростом не вышел. Хозяйка ворчит: «Ты бы пол подмёл», А он ей: «Секунду, я пост дописал». И мчится на кухню на самокате, Чтоб чайник поставить и выключить Wi-Fi. Но в полночь, когда город затих, Он едет по улицам, словно лихой. И фары машин, и огни светофоров — Для него это сказочный, новый простор. А после — домой, к своей печке-подруге, Где тёплый уют и запах ванили. Он смотрит в экран, но душою — там, Где звёзды горят, как в далёком селе. И пусть он с гаджетом, но сердце — простое: Любить свой дом, беречь его покой. Домовёнок Кузьма — он и в прошлом, и в новом, С электросамокатом и с доброй душой.
Домовёнок и электросамокат В старом доме за печкой, в углу, Где пылится забытый уют, Поселился домовёнок Кузьма, У него теперь айфон и Wi-Fi сеть сама. Он не носит лаптей и кафтана, У него электросамокат, как ни странно. По утрам он не мёд собирает, А в наушниках рэп залипает. Но хозяйка, старушка Наталья, Говорит: «Ты, Кузьма, не печалься. Хоть ты стал городским и продвинутым, Всё ж следи, чтоб носки были спрятаны». Он кивает, включает навигатор, Едет в кухню — проверить, где чайник. А по пути заказал себе пиццу Через приложение, быстро, без всяких. А под вечер, когда все уснули, Он выходит на улицу с самокатом. И летит по асфальту, как в сказке, Свет фонариков ловит в карманы. Только где-то вдали, за рекой, Всё ещё пахнет дымом и мятой. И домовёнок, смартфон отложив, Вспоминает, как пахло когда-то. Он вернётся в свой угол за печкой, Где айфон заряжается ночью. И уснёт, обнимая самокат, Словно старый пушистый котёнок.
Тёплый чат Твой чат — мой дом, где свет не гаснет, Хотя меж нами сотни километров. Любовь не меряет пространство, Она живёт вне всяческих запретов.
Письмо без адреса Я шлю тебе привет через экран, Где пиксели теплее, чем слова. Разлука — это лишь пустой стакан, А наша встреча — полная, живая.
Не помеха Расстояние — просто цифра в навигаторе, А любовь — это то, что не измерить в милях. Я закрываю глаза — и ты рядом, И никакие границы не в силе.
Новая эпоха Цифровая культура — новая эра, Где каждый может быть творцом. Она открыла нам все двери, Накрыв невидимым плащом. Но важно помнить в этом беге, Что человек — всему творец. И даже в самой умной неге Он должен быть самим собой, наконец.
✧ тег: современность ✧