Стихи о размышлениях

Город в тумане Я думала в этом городе живут одни старики, их души, цепляясь за провода, бьются о стенки квартир. Их седина прикрывает глаза, и дальше струится из прошлого. И каждый раз, почти всегда, мы забываем хорошее. Городу много лет, город тонет в тумане, всё, что нам было дано, мы потеряли. Мне кажется, это всё зря, кажется, нет спасения, Мы все умрём в городе этом, без возрожденья.

Золотая осень Золотая осень, ты пришла опять, Красишь листья в жёлтый и багряный цвет. Птицы улетают, им пора летать, В тёплые края, где солнечный свет. Воздух свежий, чистый, как стекло, Паутинки блещут на траве. Солнце греет ласково, тепло, И прохлада дремлет в синеве. Дождик моросит, но не грусти, Осень дарит нам свои дары. Жёлтые листы в руках крути, Собирай грибы, смотри на костры. Это время тихих размышлений, Плед, какао, книга на столе. Осень — время ярких впечатлений, И уют в уютном тепле. Золотая осень, ты прекрасна, В каждом дне твоём есть волшебство. Даже когда небо серым ясно, Всё равно в душе твоё тепло.

Осенний спор Метлою осень не прогнать, Она приходит без приглашенья. Срывает листья, как виденья, И устилает землю гладь. Не спорь с дождём и с ветром споря, Прими её закон простой: Всё, что нам дорого, — с тобой, Пока мы вместе в этом море.

Немой вопрос Он её ударил наотмашь — словно сжёг в себе мосты. Никакой пощады нету, только страх и пустота. Он ушёл, хлопнув дверью, а она осталась ждать. У зеркала — тень улыбки, словно хочет что-то сказать. Чай остыл в её ладонях, город за окном затих. Она думает: «Достойна ли я этих слов простых?» Капля крови на губе — это пепел и зола. А в груди лишь немой вопрос: «За что же так? Зачем?»

Мой дом — дорога Мой дом — дорога, небо — крыша, И звезды — верные друзья. Я слышу ветер, что все выше Уносит мысли, бытия. Не надо мне тепла и крова, Свобода — мой единственный закон. Я в этом мире, словно слово, Что в тишине рождает звон. Но иногда в ночи безлунной Тоска сжимает сердце мне. И я молю, чтоб кто-то юный Мне встретился на этом дне.

Ягодный свет Брусника в сентябре — как уголёк в золе, Горит среди листвы и бурых трав. Тепло на душе, и в этой тишине Я слышу, как шумит осенний нрав. Срываю кисть — и терпкий сок на вкус, Как будто лето прячется внутри. И этот свет, что я в руке несу, Согреет меня в хмурые дни.

Круговорот Воздух, вода, жизнь — мечта, Прямо идёшь, но не туда. Земля — тетраэдр, не шар, Кому-то нужен мой привет. Я помогу, но не смогу, Занят я, вот почему Крутится жизнь подо мной, Мяч под ногой — не мой. Пнуть его можно, коль не мой, Мыть не надо, пусть лежит, Лучше огонь разведу, Пусть он дорогу осветит. Но нет, идти мне надо, Сам посвети, если надо. Нету желания, плохо, друг, Вот и разорван круг. Сам разорвал, сам и свяжи, Не говори, мне не нужно.

Мы спешили повзрослеть Мы спешили повзрослеть, как будто в плену Держало нас детство в своих тисках, Мечтали о взрослой жизни, о сне, Где нет запретов, и всё в наших руках. Но выросли мы, и поняли вдруг, Что детство — бесценный дар, Что времени вспять не повернуть, И в прошлое нет нам возврата. Мы стали серьёзней, но в глубине души Всё так же хотим мы играть, И в памяти светлой, как солнце в окне, Детство нам будет сиять.

Туда, где трава зеленей Мы спешили стать старше, как будто Там, вдали, ожидает успех. А теперь понимаем: минуты Детства — лучший из всех утех. Помню двор, где гоняли мы мяч, И скрипели качели в такт. Время — тайна, и каждый палач Разлучает с мечтой кое-как. Но в душе теплится огонёк, Тот, что в детстве горел ярко. Взрослым стал я, но мир не широк, И не нужно мне больше подарков.

Разговор с седой ночью Седая ночь, скажи, зачем ты седа? Ведь не от старости твои виски в снегу, А оттого, что тысячи лет подряд Ты видишь всё, что мы сберечь не можем. Ты видел, как влюблённые молчат Под фонарём, когда слова нежней, Как дети спят и видят сны подряд, Как старики глядят в окно грустней. Ты видел, как меняются миры, Как города растут и увядают, И только ты, свидетель всей игры, Одета в седину, но не страдаешь. Ты мудрая, как древний манускрипт, Хранишь в себе и тайны, и легенды, Твой каждый луч — как чистый аметист, Разлитый в тишине по всей вселенной. Так будь же ты хранительницей снов, Укрыв нас всех от суеты и шума, И пусть твоя серебряная кровь Течёт в стихах, как вечная дума.

Седая ночь Седая ночь укрыла город тихой мглой, Фонари, как свечи, тают в жёлтом свете, И луна плывёт над спящею землёй, Шепчет ветер в проводах о тёплом лете. Спят дома, уткнувшись окнами в асфальт, Только кошки крадутся по карнизам, И неоновый рекламный киновальт Отражается в витринах, словно призма. Седина ночей — не старость, а покой, В ней мерцают звёзды, как чужие письма, И прохожий, закутавшись в платок, Ускоряет шаг, спеша к теплу и свету. Ты приходишь, ночь, бесшумно, на цыпочках, Обнимаешь город ласковой рукой, И в твоих седых, задумчивых молочных Облаках таится вечный непокой. Но светло от этой тихой седины, В ней есть мудрость, нежность, глубина, И под шорох листьев, что летят с вершины, Засыпает улица, усталая, одна.

Ночь в седине Когда седая ночь приходит тихо, Земля вздыхает глубоко и ровно. Гаснут огни, и в темноте безликой Слышнее шорох трав и ветра слово. Серебряный туман плывёт над полем, Как будто время сбавило свой бег. И месяц, словно старый друг, с любовью Глядит на этот засыпающий брег. Деревья спят, укрывшись в одеяла Из листьев, что упали в тишине. Река, устав от дневного накала, Едва струится в сонной пелене. И человек, уставший от тревоги, Вдруг чувствует, как сердце замирает: Седая ночь проводит по дороге, И память о былом не умирает.

Седая ночь Седая ночь опустилась на город, Укрывши улицы в мягкий туман. Фонари, как старики, не спорят, Мерцают тихо, словно из ран. Спят дома, укутавшись в сон, Только звёзды ведут разговор. Месяц, как лунный дракон, Плывёт, разгоняя простор. Ветер шуршит в листве густой, Шепчет о чём-то своём. Ночь серебрится седой — Времени вечный альбом. Город застыл в тишине, В окнах погасли огни. Только во сне при луне Встречаются наши дни. Седая ночь, ты — старик, Слушающий мира стих.

Седой свидетель И снова седая ночь, И только ей доверяю я. Знаешь, седая ночь, ты все мои тайны. Но даже и ты помочь Не можешь, и темнота твоя Мне одному совсем, совсем ни к чему. Ты видела много слёз И звёздные паденья. Но кто же тебя принёс В мир этого забвенья? Твоя бесконечная тьма Хранит чужие судьбы, Но я, выходя из ума, Ищу лишь свет, что в люстре. Ты шепчешь мне: «Подожди, Утро развеет тени». Но сердце стучит в груди В такт ночным мгновеньям. И пусть ты седая, ночь, Я всё же тебе вверяюсь. Ты — тихая, тёмная дочь Вечности, с ним я срастаюсь.

Шепот неба Почему мне так плохо? Небо Шепчет: ночь — лишь игра теней. Каждой падшей звездой, как хлебом, Я кормлю свою боль о ней.

Падающая звезда Почему мне так плохо? Знаю: Это ночь изменила всё. С каждой падшей звездой сгорает То, что было моим теплом.

Ночная тоска Почему мне так плохо? Может, Это ночь приносит печаль, И звезда, что вдали догорает, Уносит покой мой вдаль.

Звездный пепел Почему мне так плохо? Ответа Не найти в тишине ночной. Каждой падшей звездой согрета Боль, что стала моей виной.

Свет в темноте Почему мне так плохо? Не знаю. Может, ночь забирает свет, И звезда, что сгорает, тает, Оставляя лишь темный след.

Ночной вопрос Почему мне так плохо? Кто знает, Может быть от того, что ночь С каждой падшей звездой сгорает, И надежды уходят прочь.

Осенний мотив Вот и лето прошло, как страница, Перевёрнута книга судьбы. Ветер гонит по небу зарницу, И дожди начинают свои переборы. Но в душе, как в осеннем лесу, Тихий свет золотого огня. И я знаю, что я донесу Этот свет через зимние дня.

Скрытые слова Боюсь облечь я мысли в звуки, Как будто дам им силу жить, Они в тиши родят лишь муки, Порвав невидимую нить.

Эхо чувств Боюсь облечь я мысли в звуки, Как будто дам им силу жить, Они в тиши родят лишь муки, Порвав невидимую нить.

Вечерняя прохлада Ну вот повеяло прохладой, Я на ночь окна закрываю. За окнами — осенний сад, И тихо листья опадают. Уходит день в туманный плен, И звёзды робко загораются. Я зажигаю свет в окне, И тени по стене слагаются. Уютно в доме, тишина, Лишь чайник закипает мерно. И эта вечерняя волна Мне дарит состояние безмерно.