ГенераторСтихов 2.0

Стихи хореем

Подборка стихотворений, написанных хореем — одним из основных стихотворных размеров, придающим тексту энергичный и чёткий ритм.

Стихи

Между сном и явью В тесном вагоне, где лампы горят, Едет мужчина, ссутулившись чуть, Сонный, как будто вернулся назад, Но не успел в нём ещё утонуть. Веки тяжёлые, словно свинец, Взгляд затуманен, и в нём — немой стон: «Дайте ещё хоть минуту, творец, Я допрошу этот сладостный сон». Тело сидит, но душа — далеко, Там, где подушка хранит тепло, Где за окошком легко и легко Ночи бесшумное веретено. Рядом толкаются, шепчут, спешат, Каждый — с своей непростой судьбой, А он один, и глаза не хотят Встретиться с этой земной толпой. Скоро вокзал, и асфальт, и дождь, И кабинет, и бумажный вал, Но пока в нём живёт эта тонкая дрожь — Мольба, чтоб мир хоть на миг подождал. Двери откроются — он шагнёт В утро, где нет ни сна, ни тепла, И на ладони сожмёт Только воспоминание о том, как спала.
Утренний рейс Ранним утром, в дымке синей, Едет в душном сквозняке Человек в пальто избитом, С сумкой на одном плече. Взгляд его застыл в окошке, Где дома плывут вдали, И глаза, как две ладошки, Просят: «Время, подожди». Он не здесь — ещё в постели, Где тепло и мягок плед, Где часы в углу звенели, Но не выключенный свет. Тело держится за поручень, А душа — за сонный край, Где рассвет, как будто кормчий, Не торопит: «Просыпай,» — Но автобус глухо катит, Отрезая путь назад, И в стекле лицо — как пятна От дождя, что был не рад. Он выходит на перроне, Где грохочет день-судья, И в кармане — только кроны От ночного забытья.
Если ты простужена Если ты простужена, милая, знай: Я не сплю, я считаю минуты. Ты скорее глаза открывай, Выздоравливай, слышишь? — Тут я. Тут я, рядом, за дверью, за краем Телефонного провода. Ты поправься — и мы погуляем, Как гуляли с тобой иногда. А пока — одеяло, лимон, И таблетки по расписанью. Пусть скорей возвращается сон, Где мы вместе, а не в расстоянье.
Тишина мостовой Мостовая хранит отпечатки Тех, кто здесь проходил до нас. Здесь дома, как в старом порядке Книг, забытых на полке в час. И фонарь, что мигает устало, Освещает пустой перекрёсток. В этом городе лета мало, Но зато — очень много вёрст.
Улочки-морщины Улочки узкие, как морщины, Сбегают к реке с высоты. Дома здесь на вид не очень-то невинны — Хранят чужие мечты. А вечер крадётся по крышам, И окна горят, как глаза. Здесь каждый прохожий — не лишний, Здесь город — одна семья.
Дождь за окном Идут усталые дожди, Их капли падают устало. Ты у окна со мной сидишь, Закутавшись в платок устало. Мы пьём горячий крепкий чай И слушаем дождя рулады. И нам не хочется в печаль, Мы просто этому и рады.
Дожди устали Идут усталые дожди, Как будто выплакались вдоволь. Их капли падают в груди, Сливаясь с тихой нежной болью. Они устали от небес И от людской молвы жестокой. Их шёпот – словно тихий лес, Зовущий в сумрак одинокий.
Главная роль Сегодня сцена вся в цветах, И зал волнуется в театре. Бенефис — и в главной роли Актриса, звезда в антракте.
Премьера Сегодня сцена вся в цветах, И зал волнуется в театре. Бенефис — и в главной роли Актриса, словно в дивном платье.
Сцена Бенефис в театре — праздник для актрисы, В главной роли — та, кому рукоплескал зал. Софиты, кулисы, и словно из мифа Выходит она — и восторг не устал. Её монолог — как признанье в любви, И слёзы, и смех — всё слилось воедино. Сегодня она — королева толпы, И сцена ей шепчет: «Ты неповторима».
Светлая грусть А кто-то там за закатами алыми Смотрит с неба глазами усталыми. Сколько слов было им не сказано — Пусть простятся им все долги. И когда мы зажжём свои свечи, Вспомним их — и посветит нам вечер. В небе алом растают печали, Оставляя лишь светлую грусть.
Улыбка — ключ Обида — ржавчина, что точит изнутри, Она съедает всё, ты только посмотри: Друзей, любовь, надежду и мечты, И остаются лишь пустые лишь мечты. Но стоит руку протянуть и улыбнуться, И в прошлое с обидой не вернуться. Прости, и мир тебе ответит тем же — Улыбкой тёплой, доброй и прилежной. Ведь если ты откроешь сердце свету, То мир тебе подарит песню эту. Обида пусть уходит навсегда, А в сердце остаётся лишь звезда. Улыбка — ключ к закрытым всем дверям, Она поможет и тебе, и нам. Прости обидчика, и станет вдруг светло, Как будто солнце в душу к нам взошло. Так улыбнись, и мир тебе улыбнётся, И всё плохое в прошлом остаётся. Живи, люби, прощай и будь счастливым, И мир ответит счастьем справедливым.
Ржавчина обиды Словно ржавчина на стали, обида въелась в нас, Разъедает сердце, душу, застилает свет из глаз. Всё хорошее, что было, превращается в металл, Что от времени и боли беспощадно заржавел. Но попробуй улыбнуться, руку протяни скорей, Отпусти свои печали, стань душою веселей. И увидишь: мир ответит добротой на доброту, Разгоняя злую вьюгу, воскрешая красоту. Ведь обида — это тяжесть, что не стоит в сердце несть, Лучше искренне простить и добрым словом всё облечь. Улыбнись — и мир улыбкой озарится в тот же миг, Словно солнце после ливня, словно радуги родник. Так давай же не позволим ржавчить чувствам никогда, Пусть любовь и пониманье светят ярко, как звезда. Протяни ладонь открыто, всех обидчиков прости — И почувствуешь, как легко становится в груди. В этом мире всё возможно, если веришь и горишь, Если ценишь каждый миг и просто так не грустишь. Улыбайся, мир прекрасен, и вокруг тебя — друзья, И обида, словно ржавчина, исчезнет навсегда. Так что руку протяни и улыбнись скорей, Мир ответит тебе тем же — станет сразу веселей. Ведь добро всегда вернётся, как бумеранг, к тебе, И обида не оставит даже тени на судьбе.
Улыбка миру Ржавчина обиды губит чувства, Но прощенье лечит всё вокруг. Улыбнись — и мир с тобой искусно Улыбнётся, словно лучший друг.
Свет прощенья Словно ржавчина, обида точит, Отравляет радость и покой. Ты прости — и станет мир короче? Нет, он станет ярче и живой!
Ржавчина уходит Ржавчина обиды — враг коварный, Разъедает всё, к чему коснётся. Ты прости, и мир ответит взаимно: Солнце для тебя опять проснётся.
Улыбка в ответ Ржавчина обиды душу точит, Не даёт ни спать, ни просто жить. Улыбнись — и мир тебе захочет Тысячу улыбок подарить.
Протяни ладонь Как ржавчина, обида губит чувства, Съедает радость, гасит яркий свет. Протяни ладонь — и станет пусто В сердце, где прощенью места нет.
Ржавчина обиды Ржавчина обиды точит сердце, Гложет свет и гасит все вокруг. Ты прости, открой души ты дверцу — Улыбнётся мир тебе, мой друг.
Женя и букашки Женя в центре, смех и крики, Насмехается толпа. Тень её ползёт всё ниже, Как разбитая тропа. А букашки ровным строем Начинают свой поход. Шаг чеканят, будто воин, Замыкают хоровод. Женя прячется под стол, Слышит топот сотен лап. Крылья режут воздух, словно Нож, что враг в руке зажал. Бьёт крылом одна букашка, Женя вскрикнула в тиши. Пульс стучит всё громче, тяжко, Словно марш в груди, в глуши. Но внезапно ритм смолкает, Защищает сон её. Женя глазки закрывает — Прочь уносит забытьё. Спит она, и снятся дали, Где никто не бьёт крылом. Букашки маршировать устали, Женя спит спокойным сном.
Марш букашек Женя в центре зала стынет, Насмехается толпа. Тень её всё ниже, ниже — Словно тает, как вода. А букашки ровным строем Начинают свой парад. Шаг чеканят, будто воин, Каждый в панцире солдат. Женя прячется под стол, Слышит топот сотен лап. Крылья режут воздух, словно Нож, что враг в руке зажал. Бьёт крылом одна букашка, Женя вскрикнула в тиши. Пульс стучит всё громче, тяжко, Словно марш в груди, в глуши. Но внезапно ритм смолкает, Защищает сон её. Женя глазки закрывает — Прочь уносит забытьё. Спит она, и снятся дали, Где никто не бьёт крылом. Букашки маршировать устали, Женя спит спокойным сном.
Тихий голос Не истери, спокойней будь, Я с тобой, и ночь не вечна. За окном висит, как ртуть, Тишина. Она беспечна. Посидим, не говоря, Просто руки на колени. Утро вспыхнет, как заря, И развеет все сомненья.
Семь тетрадок Я по-детски смотрел на планету, Как на чистый листок в тишине. Сочинял я стихи про это, Чтобы место найти себе. Рифма шла, как тропинка лесная, Заплеталась в тугую косу. Я писал, сам себя спасая, Выносил на бумагу слезу. Семь тетрадок — семь маленьких жизней, Где наивность цвела, как сирень. Каждый стих был почти что признаньем, Каждый образ — как новая дверь. А потом мы уехали к даче, Где природа, вода и рассвет. Там, где воздух прозрачен и зрячен, Появился незваный сосед. Серый гость, незаметный и ловкий, Пробрался в мой заветный запас. Он не спрашивал, он не готовил, Он просто взял и всё съел за раз. И осталась лишь память и пепел, Только запах травы и дождя. Я не плакал, я просто заметил: Значит, мыши читали, любя. Пусть тетрадки умолкли навеки, Но надежда во мне всё живёт: Если мыши стихи мои ели, Значит, кто-то их всё-таки ждёт.
Мышиная рецензия В детстве я был наивным, как лучик, Мир открывал, как большую тетрадь. Стих был моим выговОром, не случаем, Чтобы себя самого понимать. Рифмы росли, как трава у забора, Прыгали в строчках, как в лужах дожди. Писал я нечасто, но много, без спора, Складывал в стопку свои миражи. Семь общих тетрадок — семь маленьких весей, Где поселились мечты и гроза. Каждая строчка искала равновесия, Каждая рифма смотрела в глаза. Но наступило вдруг дачное лето, Солнце, вода и зелёный покой. В дом приоткрылась дверца рассвета, И потянулся к нам мир другой. Серые мыши, соседи без стука, В гости пришли, не спросив разрешенья. Сгрызли тетрадки — и тонкая мука Стала вдруг пищей для их вдохновенья. Что ж, значит, стих мой пришёлся по вкусу, Если его так дотошно читали. Пусть не осталось ни строчки, ни груза — Мыши мой голос себе забрали. Но я надеюсь: в норе, под половицей, Кто-то пискнёт, повторяя мой слог. Пусть моя юность в их памяти длится, Как самый искренний в мире итог.
✧ тег: хорей ✧