Стихи хореем
Подборка стихотворений, написанных хореем — одним из основных стихотворных размеров, придающим тексту энергичный и чёткий ритм.
Стихи
Между сном и явью
В тесном вагоне, где лампы горят,
Едет мужчина, ссутулившись чуть,
Сонный, как будто вернулся назад,
Но не успел в нём ещё утонуть.
Веки тяжёлые, словно свинец,
Взгляд затуманен, и в нём — немой стон:
«Дайте ещё хоть минуту, творец,
Я допрошу этот сладостный сон».
Тело сидит, но душа — далеко,
Там, где подушка хранит тепло,
Где за окошком легко и легко
Ночи бесшумное веретено.
Рядом толкаются, шепчут, спешат,
Каждый — с своей непростой судьбой,
А он один, и глаза не хотят
Встретиться с этой земной толпой.
Скоро вокзал, и асфальт, и дождь,
И кабинет, и бумажный вал,
Но пока в нём живёт эта тонкая дрожь —
Мольба, чтоб мир хоть на миг подождал.
Двери откроются — он шагнёт
В утро, где нет ни сна, ни тепла,
И на ладони сожмёт
Только воспоминание о том, как спала.
Утренний рейс
Ранним утром, в дымке синей,
Едет в душном сквозняке
Человек в пальто избитом,
С сумкой на одном плече.
Взгляд его застыл в окошке,
Где дома плывут вдали,
И глаза, как две ладошки,
Просят: «Время, подожди».
Он не здесь — ещё в постели,
Где тепло и мягок плед,
Где часы в углу звенели,
Но не выключенный свет.
Тело держится за поручень,
А душа — за сонный край,
Где рассвет, как будто кормчий,
Не торопит: «Просыпай,» —
Но автобус глухо катит,
Отрезая путь назад,
И в стекле лицо — как пятна
От дождя, что был не рад.
Он выходит на перроне,
Где грохочет день-судья,
И в кармане — только кроны
От ночного забытья.
Если ты простужена
Если ты простужена, милая, знай:
Я не сплю, я считаю минуты.
Ты скорее глаза открывай,
Выздоравливай, слышишь? — Тут я.
Тут я, рядом, за дверью, за краем
Телефонного провода.
Ты поправься — и мы погуляем,
Как гуляли с тобой иногда.
А пока — одеяло, лимон,
И таблетки по расписанью.
Пусть скорей возвращается сон,
Где мы вместе, а не в расстоянье.
Тишина мостовой
Мостовая хранит отпечатки
Тех, кто здесь проходил до нас.
Здесь дома, как в старом порядке
Книг, забытых на полке в час.
И фонарь, что мигает устало,
Освещает пустой перекрёсток.
В этом городе лета мало,
Но зато — очень много вёрст.
Улочки-морщины
Улочки узкие, как морщины,
Сбегают к реке с высоты.
Дома здесь на вид не очень-то невинны —
Хранят чужие мечты.
А вечер крадётся по крышам,
И окна горят, как глаза.
Здесь каждый прохожий — не лишний,
Здесь город — одна семья.
Дождь за окном
Идут усталые дожди,
Их капли падают устало.
Ты у окна со мной сидишь,
Закутавшись в платок устало.
Мы пьём горячий крепкий чай
И слушаем дождя рулады.
И нам не хочется в печаль,
Мы просто этому и рады.
Дожди устали
Идут усталые дожди,
Как будто выплакались вдоволь.
Их капли падают в груди,
Сливаясь с тихой нежной болью.
Они устали от небес
И от людской молвы жестокой.
Их шёпот – словно тихий лес,
Зовущий в сумрак одинокий.
Главная роль
Сегодня сцена вся в цветах,
И зал волнуется в театре.
Бенефис — и в главной роли
Актриса, звезда в антракте.
Премьера
Сегодня сцена вся в цветах,
И зал волнуется в театре.
Бенефис — и в главной роли
Актриса, словно в дивном платье.
Сцена
Бенефис в театре — праздник для актрисы,
В главной роли — та, кому рукоплескал зал.
Софиты, кулисы, и словно из мифа
Выходит она — и восторг не устал.
Её монолог — как признанье в любви,
И слёзы, и смех — всё слилось воедино.
Сегодня она — королева толпы,
И сцена ей шепчет: «Ты неповторима».
Светлая грусть
А кто-то там за закатами алыми
Смотрит с неба глазами усталыми.
Сколько слов было им не сказано —
Пусть простятся им все долги.
И когда мы зажжём свои свечи,
Вспомним их — и посветит нам вечер.
В небе алом растают печали,
Оставляя лишь светлую грусть.
Улыбка — ключ
Обида — ржавчина, что точит изнутри,
Она съедает всё, ты только посмотри:
Друзей, любовь, надежду и мечты,
И остаются лишь пустые лишь мечты.
Но стоит руку протянуть и улыбнуться,
И в прошлое с обидой не вернуться.
Прости, и мир тебе ответит тем же —
Улыбкой тёплой, доброй и прилежной.
Ведь если ты откроешь сердце свету,
То мир тебе подарит песню эту.
Обида пусть уходит навсегда,
А в сердце остаётся лишь звезда.
Улыбка — ключ к закрытым всем дверям,
Она поможет и тебе, и нам.
Прости обидчика, и станет вдруг светло,
Как будто солнце в душу к нам взошло.
Так улыбнись, и мир тебе улыбнётся,
И всё плохое в прошлом остаётся.
Живи, люби, прощай и будь счастливым,
И мир ответит счастьем справедливым.
Ржавчина обиды
Словно ржавчина на стали, обида въелась в нас,
Разъедает сердце, душу, застилает свет из глаз.
Всё хорошее, что было, превращается в металл,
Что от времени и боли беспощадно заржавел.
Но попробуй улыбнуться, руку протяни скорей,
Отпусти свои печали, стань душою веселей.
И увидишь: мир ответит добротой на доброту,
Разгоняя злую вьюгу, воскрешая красоту.
Ведь обида — это тяжесть, что не стоит в сердце несть,
Лучше искренне простить и добрым словом всё облечь.
Улыбнись — и мир улыбкой озарится в тот же миг,
Словно солнце после ливня, словно радуги родник.
Так давай же не позволим ржавчить чувствам никогда,
Пусть любовь и пониманье светят ярко, как звезда.
Протяни ладонь открыто, всех обидчиков прости —
И почувствуешь, как легко становится в груди.
В этом мире всё возможно, если веришь и горишь,
Если ценишь каждый миг и просто так не грустишь.
Улыбайся, мир прекрасен, и вокруг тебя — друзья,
И обида, словно ржавчина, исчезнет навсегда.
Так что руку протяни и улыбнись скорей,
Мир ответит тебе тем же — станет сразу веселей.
Ведь добро всегда вернётся, как бумеранг, к тебе,
И обида не оставит даже тени на судьбе.
Улыбка миру
Ржавчина обиды губит чувства,
Но прощенье лечит всё вокруг.
Улыбнись — и мир с тобой искусно
Улыбнётся, словно лучший друг.
Свет прощенья
Словно ржавчина, обида точит,
Отравляет радость и покой.
Ты прости — и станет мир короче?
Нет, он станет ярче и живой!
Ржавчина уходит
Ржавчина обиды — враг коварный,
Разъедает всё, к чему коснётся.
Ты прости, и мир ответит взаимно:
Солнце для тебя опять проснётся.
Улыбка в ответ
Ржавчина обиды душу точит,
Не даёт ни спать, ни просто жить.
Улыбнись — и мир тебе захочет
Тысячу улыбок подарить.
Протяни ладонь
Как ржавчина, обида губит чувства,
Съедает радость, гасит яркий свет.
Протяни ладонь — и станет пусто
В сердце, где прощенью места нет.
Ржавчина обиды
Ржавчина обиды точит сердце,
Гложет свет и гасит все вокруг.
Ты прости, открой души ты дверцу —
Улыбнётся мир тебе, мой друг.
Женя и букашки
Женя в центре, смех и крики,
Насмехается толпа.
Тень её ползёт всё ниже,
Как разбитая тропа.
А букашки ровным строем
Начинают свой поход.
Шаг чеканят, будто воин,
Замыкают хоровод.
Женя прячется под стол,
Слышит топот сотен лап.
Крылья режут воздух, словно
Нож, что враг в руке зажал.
Бьёт крылом одна букашка,
Женя вскрикнула в тиши.
Пульс стучит всё громче, тяжко,
Словно марш в груди, в глуши.
Но внезапно ритм смолкает,
Защищает сон её.
Женя глазки закрывает —
Прочь уносит забытьё.
Спит она, и снятся дали,
Где никто не бьёт крылом.
Букашки маршировать устали,
Женя спит спокойным сном.
Марш букашек
Женя в центре зала стынет,
Насмехается толпа.
Тень её всё ниже, ниже —
Словно тает, как вода.
А букашки ровным строем
Начинают свой парад.
Шаг чеканят, будто воин,
Каждый в панцире солдат.
Женя прячется под стол,
Слышит топот сотен лап.
Крылья режут воздух, словно
Нож, что враг в руке зажал.
Бьёт крылом одна букашка,
Женя вскрикнула в тиши.
Пульс стучит всё громче, тяжко,
Словно марш в груди, в глуши.
Но внезапно ритм смолкает,
Защищает сон её.
Женя глазки закрывает —
Прочь уносит забытьё.
Спит она, и снятся дали,
Где никто не бьёт крылом.
Букашки маршировать устали,
Женя спит спокойным сном.
Тихий голос
Не истери, спокойней будь,
Я с тобой, и ночь не вечна.
За окном висит, как ртуть,
Тишина. Она беспечна.
Посидим, не говоря,
Просто руки на колени.
Утро вспыхнет, как заря,
И развеет все сомненья.
Семь тетрадок
Я по-детски смотрел на планету,
Как на чистый листок в тишине.
Сочинял я стихи про это,
Чтобы место найти себе.
Рифма шла, как тропинка лесная,
Заплеталась в тугую косу.
Я писал, сам себя спасая,
Выносил на бумагу слезу.
Семь тетрадок — семь маленьких жизней,
Где наивность цвела, как сирень.
Каждый стих был почти что признаньем,
Каждый образ — как новая дверь.
А потом мы уехали к даче,
Где природа, вода и рассвет.
Там, где воздух прозрачен и зрячен,
Появился незваный сосед.
Серый гость, незаметный и ловкий,
Пробрался в мой заветный запас.
Он не спрашивал, он не готовил,
Он просто взял и всё съел за раз.
И осталась лишь память и пепел,
Только запах травы и дождя.
Я не плакал, я просто заметил:
Значит, мыши читали, любя.
Пусть тетрадки умолкли навеки,
Но надежда во мне всё живёт:
Если мыши стихи мои ели,
Значит, кто-то их всё-таки ждёт.
Мышиная рецензия
В детстве я был наивным, как лучик,
Мир открывал, как большую тетрадь.
Стих был моим выговОром, не случаем,
Чтобы себя самого понимать.
Рифмы росли, как трава у забора,
Прыгали в строчках, как в лужах дожди.
Писал я нечасто, но много, без спора,
Складывал в стопку свои миражи.
Семь общих тетрадок — семь маленьких весей,
Где поселились мечты и гроза.
Каждая строчка искала равновесия,
Каждая рифма смотрела в глаза.
Но наступило вдруг дачное лето,
Солнце, вода и зелёный покой.
В дом приоткрылась дверца рассвета,
И потянулся к нам мир другой.
Серые мыши, соседи без стука,
В гости пришли, не спросив разрешенья.
Сгрызли тетрадки — и тонкая мука
Стала вдруг пищей для их вдохновенья.
Что ж, значит, стих мой пришёлся по вкусу,
Если его так дотошно читали.
Пусть не осталось ни строчки, ни груза —
Мыши мой голос себе забрали.
Но я надеюсь: в норе, под половицей,
Кто-то пискнёт, повторяя мой слог.
Пусть моя юность в их памяти длится,
Как самый искренний в мире итог.
✧ тег: хорей ✧