Философские стихи

Память Ушёл из жизни рано он, Пошёл седьмой десяток. Убиты горем от похорон, Остался горький осадок.

Звезда в пустоте Чужие звезды светят ледяные, И ветер стонет, память затая. Мы здесь одни, как листья золотые, Упавшие с родного бытия. Ни царств, ни тронов на чужбине этой, Одни лишь камни, пыль да пустота. Мы оба – путники, судьбой не согреты, И впереди – лишь мрак и нищета. Но знай, что даже в этой тьме бездонной Есть отблеск дома: он в твоих глазах. Пока мы вместе – мир не побежденный, И вера теплится в надежных очах.

Чужие равнины Светила чуждые горят над головою, И дует ветер ледяной чужих равнин. Не ждёт величие нас, друг мой, пред тобою, Лишь ворох бед средь этих замкнутых глубин. За сотни вёрст от милого порога, Где дом остался в дымке голубой, Легла опасная и трудная дорога, И мы потеряны навек с тобой. В системе этой, грозной и далёкой, Нам не найти спасенья своего. Лишь звёздный свет струится одиноко, И не осталось больше ничего.

Горький диалог И что с того, что я уже в печали, И Вы закрыли рот, жуя тюльпан? Я Вас понять смогу едва ли, Вы — негодяй и жалкий истукан. Но время лечит, и утихнет боль, Тюльпан завянет, и уйдет дурман. А я останусь с собственной судьбой, И заживет душевная изъян.

Огонь впереди Пусть за окном лишь туман да дожди, Путь наш порой непрогляден и сложен, Но мы сбережём свой огонь впереди, Знаем — он истинен, вечен, надёжен. Сквозь холода, сквозь любые преграды, Сквозь шум, суету и немой холодок, Нет ничего драгоценней надежды, Чтоб каждый понять наконец всё смог. Мы в этой дороге не бросим друг друга, Свет в темноте не погаснет вовек. Верность и дружба — незыблемый круг, Где каждый — и воин, и человек. Пусть ветер сбивает и ливни хлещут, Но в сердце теплится искра тепла. Те, кто однажды друг друга обрели, Знают: любовь всё спасла и спасла.

К созвездиям Ночь пришла, окутав темнотой весь мир вокруг, Я засыпаю, и снится сон, где я к созвездиям лечу. Покинув плен земных оков, я становлюсь невесом, И в этой тишине космической я счастье получу. Вот мимо проплывает Марс, за ним — Юпитер-великан, Пылает Солнце золотым огнём вдали, как маяк. Я чувствую, как ветер звёздный треплет волосы мои, И понимаю: этот сон — не просто так, не пустяк. Земля внизу — голубоватый шар, родной и хрупкий дом, Я вижу, как вращается она в безмолвии миров. И сердце наполняет гордость за людей, что живут на нём, За красоту лесов, морей и гор, за пенье птиц без слов. Но вот уже туманность Андромеды манит вдаль, Я ускоряюсь, пролетая мимо тысяч ярких звёзд. И в этом сне стирается реальность, словно бы хрусталь, Я растворяюсь в бесконечности, не ведая угроз. Проснувшись утром, я запомню этот дивный сон, Что подарил мне крылья и унёс за край Земли. И пусть я снова здесь, на твёрдой почве, — небо — мой закон, Ведь звёзды в сердце навсегда со мною расцвели.

Сибирский ветер Ветер воет, гнёт тайгу, Снег заносит на бегу. Чёрный лес, как частокол, Вьюгой в плен себя взял. Ни тропы, ни огонька, Только белая тоска. Ветви стонут, как струна, Эта песня не одна. Кедры гнутся до земли, Словно в пляске, но в пыли. Снег летит в лицо, глаза Слепит белая гроза. Где-то в чаще, в глубине, Спит медведь в своей стене. Ему снится тёплый сон, А вокруг — лишь ветра звон. Но пройдёт ночной кошмар, Утро выпрямит удар. Тайга выживет, как есть, В ней особая вся честь.

Буря в тайге Ветер воет, гнёт тайгу, Снег заносит на бегу. Стынет небо в ледяном Снежном мареве глухом. Лес скрипит, как старый дом, Ветви бьются под окном. Зверь забился в тёмный лог, Только вьюга — за порог. Человек в избушке ждёт, Печь тепло своё даёт. Слышен вой, но не страшна Эта снежная стена. Утром стихнет, выйдет свет, Всё укутает в свой цвет. Но пока — кружит, метёт, Тайга стонет, снег ползёт. Ветер — дикий, вольный дух, Он не слышит наших слух. Гнёт тайгу, ведёт игру, Словно мир — его ханжу.

День без дел Наступило воскресенье, Тихо стало в чате нашем. Видео, но варят все варенье Иль валяются на пляже. Кто-то ловит солнца блики, Кто-то в кухне колдует. Нет ни ссор, ни паники, Чат уютно замолкает. Пусть продлится это чудо, День без спешки и забот. Воскресенье — просто чудо, Отдохни, и всё пройдёт.

Кукушка и дубы Кукушка вестница судьбы, В лесной глуши года считает, А заповедные дубы Сквозь сон о вечности мечтают.

Друг Отличный товарищ, любитель спортивный, Ты честен и стоек душой. В момент самый трудный, в момент объективный, Придёшь ты на помощь с собой. Твоя воля к победам ведёт неустанно, Ты стоишь всех наград без прикрас. Ни слова фальшивого, всё в тебе странно — Таким, как ты, каждый бы раз. Со своим мнением, твёрдый и верный, Ты не гнёшься под ветром чужим. В команде — опора, в бою — равномерный, Всегда остаёшься своим. Ты достоин похвал, но не ищешь их, знаю, Твоя сила — в поступках, не в словах. Я дружбой такой дорожу, понимаю: Ты — тот, кто на всех фронтах прав. Пусть спорт и удача идут по пятам, А воля — твой вечный компас. Ты — друг, о котором мечтают по снам, Надёжный, как сталь, как алмаз.

Товарищ Ты — отличный товарищ, надёжный плечом, Любишь спорт, держишь форму, всё время при деле. Честный, стойкий в душе, не сгибаешься ни при чём, В нужный момент на подмогу придёшь в самом деле. Твоя воля к победам ведёт сквозь преграды, Ты достоин наград за упорство и труд. Ни единой фальши нет в слове — нет фальши, нет лада, Со своим ты на «ты», с чужаками — на «будь». Ты умеешь дружить, не боясь быть открытым, Твоя стойкость — как сталь, но в груди — доброта. Никогда не предашь, не уйдёшь под накрытым, Даже если вокруг — суета, суета. Ты — пример для других, хоть не ищешь признанья, Просто делаешь то, что велит тебе честь. И в минуты сомнений даёшь пониманье, Что такие, как ты, в этом мире и есть. Пусть удача всегда будет рядом с тобою, И мечты, как рекорды, сбываются в срок. Ты — товарищ, который достоин покоя, Но в бою — как всегда, первый финишный вздох.

Хищный круг Я видел, как стая птиц сжирала друг друга, В кольце голодных глаз, без жалости и стука. Они рвали на части тех, кто был слабей, И в этом танце смерти не было вещей. Никто не пел о небе, о тепле гнезда, Лишь клювы, словно ножи, и черная вода. Они дробили кости, глотали плоть и пух, И птичий крик звучал, как замкнутый испуг. И я стоял под дубом, не в силах отвести Глаза от этой бойни, что длилась до зари. Безмолвный, окаменелый, как древний монолит, Я видел, как природа свой страшный пир творит. И лишь когда рассвет разлился золотым, Остатки стаи взмыли над пеплом и быльем. Но я запомнил это: в основе бытия, Увы, не только нежность, но и резня.

Гидра звезд В сплетеньях галактик и пыли, Где время свернулось в спираль, Гидру из звезд мы кормили Антиматерией — той, что жаль. Она пьет энергию квантов, Пуская щупальца в струны Миров. И в танце немых аттрактантов Мы тонем в пучине без слов.

Наследие Давно ушёл он с тяжёлым сердцем, болью, Оставил дом, семью, завет отца. Но в каждом шаге, в каждой новой доле Живёт частица мудрого творца.

В пути Давно ушёл он с тяжёлым сердцем, болью, Оставил дом, семью, завет отца. Бредёт один, укутанный юдолью, И ждёт, когда сомкнутся два кольца.

Уход Давно ушёл он с тяжёлым сердцем, болью, Оставил дом, семью, завет отца. Теперь бредёт один по бездорожью, Ища покой у тёмного крыльца.

Конец Земля сомкнулась над истлевшим телом, И черви дело сделали своё. А мир всё так же крутится умело, И некому оплакать бытиё.

Тишина Истлело тело — тишина в ответ, Ни крика, ни мольбы, ни горьких слёз. Лишь дождик моет кости, словно свет, И на могиле дикий куст возрос.

Без названия Когда истлеет плоть, и кости станут пылью, Никто не вспомнит даже имени в веках. Но ветер носит по полям бескрыльем Ту суть, что растворилась в облаках.

Возвращение Под слоем лет, под толщею земли Лежит истлевший прах — ни боли, ни тревог. А сверху травы новые взошли, И в этом круговороте вечен Бог.

Прах Истлело тело, и черты ушли, Лишь кости белые в земле сырой лежат. Но всё, чем жил, осталось там, вдали, В сердцах, что помнят твой прощальный взгляд.

Тлен Земля берёт своё — и плоть уходит вглубь, Где черви точат ткань, где кости стынут в тине. Но память, словно свет, не может зачеркнуть Того, что было здесь, на солнечной вершине.

Сила молитвы Силой молитвы открывать все двери, Когда надежда тает, словно снег, И верить в то, во что никто не верит, Что тихий свет сильнее громких рек. Стучись — и отворится непременно, Проси — и будет послана стезя, Ведь даже в самой крепкой, тёмной стене Есть место свету, если верить ся.