Философская лирика

Карусель без тебя Всё кружится, как прежде, каруселью, Люди пьют и смеются до утра. Только наша земля остановилась В тот момент, когда ушла вчера. Я гляжу на твой след в подворотне, На остывший окурок в золе. И не вырвать из сердца, как корни, Эту боль, что осталась во мне. Ты теперь не моя, а другого, И глаза твои — карий обман. Я стою у порога пустого, Словно в поле забытый курган.

Остановка Мир кружится, как ярмарочный круг, Где все поют, смеются, пьют до дна. А я — один, как обездоленный друг, Мне в этой пляске места нет, не до вина. Твои глаза — два карих огонька, Теперь другому светят в тишине. А наша осень стала так горька, И не согреться мне уже в двойне. Земля застыла, время не спешит, В груди — лишь эхо, что тебя зовёт. Никто из нас теперь не зазвенит, И карусель без нас всё так же ждёт.

Карие глаза Всё так же веселится белый свет, Идёт хмельной, галдящий хоровод. А для меня ни счастья, ни побед — Твой образ в сердце, как тяжёлый лёд. Карие глаза, как ночи глубина, Ты с ним теперь, чужая и родная. Земля моя — пустая, без вина, И тишина, глухая, неживая. Любить тебя — как в пропасть упадать, И знать, что больше не вернуть назад. А кто-то будет вечно обнимать Твой нежный стан, твой ласковый твой взгляд.

Карусель Карусель кружится, звон и смех, А я стою, как камень, среди всех. Твои глаза — карий омут без дна, Но ты ушла, и в сердце лишь зима. Другой теперь твой держит взгляд, А мне — лишь горький этот ад. Земля застыла, время не течёт, И ничего уже не ждёт. Вокруг всё пляшет, пьёт и ждёт весны, А мы с тобой — навек разлучены. Люблю тебя, как помню, в тишине, Хотя тебя уж нет в моей судьбе.

Земля замолчала Твои карие очи — бездонные, Я тонул в них когда-то, любя. А теперь они, словно иконы, Смотрят в душу, казня и скорбя. Всё кружится: вокзалы и улицы, Люди пьют, веселятся, поют. Только мне твои руки не снятся, Только губы другого найдут. Наша осень застыла на вечность, Земля наша не вертится, нет. Я как в клетке, в своей бесконечности, Где погас твой единственный свет.

Карусель без тебя Помню очи твои карие, Тихий смех и лукавый взгляд. Ты ушла, и остались стаями Воронья надо мной кружат. Люди пляшут, хмельные, с песнями, Мир кружится, как колесо. Только мне в этом мире тесно, Без тебя — пустота и дно. Он теперь твои руки целует, А земля подо мной горит. Я один, и душа тоскует, И никто не остановит. Потому что любовь — отрава, Потому что тоска — ножом. Без тебя мне не нужно права Ни на счастье, ни на подъём.

Перед уходом Всё, что пело во мне, отзвенело, Как над омутом синяя тишь. Я стою у последнего предела И смотрю, как уходит камыш. Не жалей, не кори, не тревожься — Ветер стер все следы на песке. Ты со мною уже не сживёшься, Как заря не сжилась вдалеке.

Письмо в пустоту Я пишу тебе, стена, как Бродский, Но без надежды на ответный стук. В окне — фонарь, как стражник одиноцкий, И ветер рвёт черновики разлук. Не любви, ни тоски — одна усталость, Без адреса, без имени, без дат. Я выдохнул в тебя свою усталость, И ты молчишь, как каменный солдат.

Последний свет Я прощаюсь со всем, что держало меня на краю, С этим небом, что плещет дождём в ледяную ладонь. Ни печали, ни слёз — только ветер, да пыль на скамью, И последний трамвай увозит за горизонт, словно конь. Не ищи меня, мир, я уже растворился в ночи, Как письмо, что сгорает, не требуя почты и даты. В этой вечной разлуке мы оба молчим и молчим, Только свет фонаря выбивает на стене квадраты.

Письмо к стене Я пишу эти строки стене, что хранит тишину, Словно сторож ушедших эпох и забытых скитаний. Ни любви, ни тоски — только трещины, как седину, Да прилипшая пыль от несказанных слов и прощаний. Ты стоишь, как преграда, но я не прошу перемен, Мне довольно того, что ты помнишь мой голос и имя. Этот мир — коридор, где конец неотличим от стен, И в разлуке с собой я становлюсь навсегда молодыми.

Прощание с дорогой Я стою на краю, где обрывы ведут в тишину, Где последний вагон увозит тепло и тревогу. Ни тоски, ни надежд — только ветер, да снег на спину, И дорога уходит, как сон, в бесконечную дрогу. Не ищи меня, поле, и ты, небо, прости за обман, Что я верил в разлуку, как в вечную меру покоя. В этом мире, где каждый — изгнанник и странник-туман, Я оставлю лишь след, что сольётся с дорогой в былое.

Последний зной Я обиды не прощаю, говорю тебе одной: ты прости, если сможешь, я не твой — и от этих слов холодеет зной. Тени прошлого густеют, словно сумерки в степи. Ты уходишь — не жалеют мои губы: «Не терпи». Но в груди болит так странно, словно рана без ножа. Ты прости меня за рану, что осталась, не дрожа. Мы не те, кто ждёт прощений, мы — не снег и не вода. Ты прости — и будет легче, отпустить нас навсегда. Тишина простынет в доме, на столе забытый чай. Ты прости, что я не понял, и уйти мне не мешай.

Холод зноя Я обиды не прощаю, говорю тебе одной: ты прости, если сможешь, я не твой — и от этих слов холодеет зной. Каждой встречи свет померк, каждой фразы — горький след. Ты уходишь тихо в вечер и не дашь мне свой ответ. Но внутри огонь не гаснет, хоть снаружи — лёд и тьма. Ты прости, но это — счастье, отпускаю без письма. Я не тот, кто помнит злобу, я другой — но в этом суть: ты прости, и я в дорогу, чтобы больше не свернуть. На прощанье — тихий ветер, между нами — пыль дорог. Ты прости, но я не вечен, и простить меня не смог.

Старший брат Ты думал: я смеюсь, сомненья полный? — Нет, жизнь сама так странно повернет. Ты всех сильней в семье, где даже волны Стихают, если ты взглянешь вперед. Бывало, ты, малыш, бросал мне вызов, Забыв, что я на много лет старше. Тот спор, тот взгляд — он был без капризов, Ты стойкость нес в своей душе. «Слабак» — сказали те, кто бил без сдачи, Не зная, что ты выбрал не бой, а шаг. А тот, кто ждет тебя, — неврастеник, значит, Он держит за сосунка — пустяк. Пройдет зима, растает лед сомнений, Увидит каждый, кто на самом деле ты. Ты — стержень рода, тихий и нетленный, Исполнитель несбывшейся мечты.

Взросление силы Я ни на миг в тебе не сомневался, Мой смех был горьким, а не над тобой. Ты сильным стал, когда другим сдавался, И в этой силе — гордость и покой. Ты помнишь нас? Я видел в детстве бойким, Как ты дерзил, бросая вызов всем. Тогда я знал: ты пойдешь далеко, но только Тернистый путь — не детская эдем. Другие скажут: «Трус — не дал сдачи», Но ты молчал, храня свой стержень в нас. А тот, кто жаждет встретиться с тобою, — Дурак, что судит по обложке, напоказ. Уйдут года, и он поймет, как глупо Считать слабейшим тех, кто выбрал путь. Ты — самый сильный, эта истина сурова, И в тишине ты можешь всё вернуть.

Быстрое взросление Как же быстро вы взрослыми стали, Словно вихрь унес детства дни. Я хочу, чтоб мы рядом летали Сквозь года, что судьбой нам даны. Мы умеем и молча быть рядом, Говорить без единого слова. Вы — частица, что стала отрадой, И останьтесь такою же снова.

Взрослые дети Как же быстро вы взрослыми стали, Словно годы промчались вчера. Я хочу, чтоб мгновенья летали И дарили нам свет до утра. Мы умеем и молча говорить, Став душою единой навек. Вы — частица, что будет парить, Словно в небе свободный ковчег.

Цветочная Маргарита Маргарита, Рита, Рита, Риорита, Не плети ты паутину из проводов. Лучше нюхай букетики из цветов, Пусть душа будет светом согрета. Пусть экраны не гасят твой взгляд, Где пиксели пляшут в тиши. Аромат полевых мелочей Разбудил в тебе отзвук души. Лепестки, как страницы любви, Шепчут нежные, вечные строки. Ты вдохни, и обратно лови Мир, где нет ни тревог, ни мороки. Риорита, забудь про Wi-Fi, Встреть закат на зелёном лугу. Лучше с пчёлкой делить конфитюр, Чем сидеть в городском бельмесе. Маргарита, храни этот миг, Где ромашки целуют твой нос. Электрический, лживый язык Пусть растает, как утренний рос.

Утро после бури И силы есть, а идти не хочется, И люди рядом, а в душе одиночество. День пройдёт, и наступит ночь, Мысли мрачные гоню я прочь. А помнишь: любили, мечтали, Не оторвать друг от друга, словно пришиты, припаяны. Тело помнит руки и губы твои, а в душе пустота, И разум чист, но мысли всё путают. Угнетают! Ломают! Но всё пройдёт: и ночь, и страх, И встанет солнце яркое, и пенье птиц разбудит. Встану на зореньке, водицей умоюся, Богу помолюсь — и всё успокоится. Силы вдохну и всё выдержу. Ангел со мной, он крылом осенит, И сердце оттает, и боль улетит.

Сквозь ночь к рассвету И силы есть, а идти не хочется, И люди рядом, а в душе одиночество. День пройдёт, и наступит ночь, Мысли мрачные гоню я прочь. А помнишь: любили, мечтали, Не оторвать друг от друга, словно пришиты, припаяны. Тело помнит руки и губы твои, а в душе пустота, И разум чист, но мысли всё путают. Угнетают! Ломают! Но всё пройдёт: и ночь, и страх, И встанет солнце яркое, и пенье птиц разбудит. Встану на зореньке, водицей умоюся, Богу помолюсь — и всё успокоится. Силы вдохну и всё выдержу. Ангел со мной, он меня не покинет, И сердце надежду, как свечку, не выронит.

Сила с небес Встану на зореньке, водицей умоюся, Богу помолюсь — и всё успокоится. Силы вдохну и всё выдержу, Ангел со мной, жизнь изменится.

Заря надежды Встану на зореньке, водицей умоюся, Богу помолюсь — и всё успокоится. Силы вдохну и всё выдержу, Ангел со мной, беда рассеется.

Молитва на заре Встану на зореньке, водицей умоюся, Богу помолюсь — и всё успокоится. Силы вдохну и всё выдержу, Ангел со мной, душа омоется.

Утро новой силы Встану на зореньке, водицей умоюся, Богу помолюсь — и всё успокоится. Силы вдохну и всё выдержу, Ангел со мной, беда рассеется.