Стихи про девушек

Москва-река Девы прекрасные в ярких нарядах Вышли на берег, где плещет волна. Солнце играет в зелёных фасадах, В воздухе — лето, любовь и весна. Город шумит, но у реки затихает, Слышен лишь ветер и птиц перезвон. Каждый прохожий украдкою тает, Глядя на этот живой миллион.

У воды Девы прекрасные в белых нарядах Вышли на берег московской реки. Ветер играет с волной, словно радар, Вдаль уплывают надводные блики. Лёгкие платья взлетают от ветра, Смех разлетается птицей в тиши. Лето в разгаре, и нет в мире метра, Чтобы измерить всю нежность души.

Набережная Девы прекрасные в платьях воздушных Вышли к реке в предзакатный часок. Волны ласкают уступы послушно, Ветер играет с прядью у ног. Солнце садится за шпили и крыши, В отблесках неба — московский закат. Город стихает, становится тише, Слышен лишь моря далёкий раскат.

Летний берег Девы прекрасные в летних нарядах, Словно цветы на зелёном лугу, Вышли на берег, раскинувши взгляды, Ветер играет с волной на бегу. Солнце в зените, песок под ногами, В воздухе — смех и бензиновый шлейф, Город застыл за крутыми мостами, Глядя на этот беспечный мотив.

Пчелиный бунт Пасеку сожгу я, пчёл побью кнутом, Чтоб не жужжали больше под окном. Пчёлы все притихли, в домике сидят, Только девки в поле весело галдят. Я на скрипке им играю, погоняю в пляс, Девки убегают, возвращаясь в час. Собираются стайкой, голосят: где мёд? Мёду им наложишь — снова голос жмёт. Чай нальёшь, а они смеются вновь: «Этот мёд не тот, не та любовь!» Мёду девкам мало, мёд для них другой, Будто я не мёд, а мёд лишь в час ночной. Скрипка плачет тихо, вечер настаёт, Девки разбежались, пчёлы — наоборот. Вылетели тучей, жалят, где же мёд? Пасека в огне, и скрипка не поёт.

Мёд и скрипка Пасеку сожгу я, пчёл побью кнутом, Чтобы не жужжали ни ночью и ни днём. Пчёлы все притихли, в домике сидят, На своей я скрипке погонял девчат. Девки убегают, прибегают вновь, Собираются стайкой и кричат: где мёд? Мёду им наложишь и чайку нальёшь, А они смеются и кричат: где мёд? Мёду девкам мало, мёд для них другой, Будто я не мёд, а так, обман пустой. Скрипка замолкает, вечер настаёт, Только эхо в поле: где же, где же мёд?

Летний день Песок горячий и вода лилова, День обещает быть до дна благим. Девчонки в шляпках, все почти готовы Встречать волну весельем молодым. Они смеются, брызгами играя, И капли солнцем светятся в глазах. Здесь тишина почти что неземная, Лишь только крики чаек в небесах. И кто-то в море заплывает далеко, Кто-то на берегу читает стих. Всё так легко, всё так светло и строго, Что этот миг вовек не знает тих. Волна уходит, оставляя пену, И под ногами влажный, гладкий след. Здесь забываешь времени измену, Здесь есть лишь море, солнце и рассвет. А девушки всё те же, в тех же позах, Лежат, раскинув руки, на песке, Как будто это море несерьезно, А счастье умещается в руке. И пусть уходит солнце за горизонт, И вечером прохлада наступает, Но этот день, он как священный фронт — Нам этот день любовь и радость обещает.

На берегу Шумит прибой, ласкает берег море, Песок горячий тает под ногой. На пляже девушки смеются на просторе — День дарит счастье, свет и покой. Волна, вставая, пеной осыпает Загорелые плечи и виски, А бриз соленый тихо напевает, Что нет на свете лучшей тоски. Смеются девушки, и глаз лучистый Скользит по глади утренней воды, И мир такой прозрачный, серебристый, Где нет тревог, заботы и беды. Ладони тянутся к волне прохладной, И сердце бьется в такт приливам всем. День обещает быть невероятным, И мы уйдем в волну насовсем. Но солнце клонится к закату ало, И тени удлиняются в песке, Но это счастье мы не потеряем, Оно останется в морской тоске. И завтра снова девушки на пляже Встречать рассвет и слушать шум волны, И будет счастье, будет день тот каждый, Пока мы этой жизнью влюблены.

Краса и небеса Их отвага и краса Покоряли небеса. Не искали лишних слов, Дочери степных ветров.

Дочери ветров Дочери степных ветров, Не искали лишних слов. Их отвага и краса Покоряли небеса.

Купол и девицы Купол стоит, ни дверей, ни окна, Внутри — красны девицы, их песня слышна. Я проломил его, думая: вот он, ответ, Но лица закрыты, и счастия нет. Сердца их полны не водой, а кровью, Не бьются в такт, а живут своей болью. Понял я: тайна — не в них, а во мне, Купол разбит, но ответ — в глубине.

Под куполом Купол без двери, без щели — глухой, Внутри — красны девицы, не тронь их рукой. Пробил я проход, чтоб увидеть их лица, Но занавес скрыл их — не в силах открыться. Сердца их — сосуды с горячею кровью, Не бьются в такт, а кипят от волненья. Понял я: девы — не плоть, а виденье, Их тайна хранится под вечной бровью.

Купол Загадочный купол, ни двери, ни окон, Внутри — красны девицы, как в сказке старинной. Проломил я его, чтоб узнать их секрет, Но лица закрыты завесой невинной. Сердца их полны не водой, а огнём, Кровь вместо любви — такова их природа. Я понял: не тронуть их взглядом, ни днём, Лишь тайна осталась — и больше нет хода.