Стихи о жизни и смерти

Спор о смысле Однажды был я в грешный мир рожден, И с первым детским криком осквернен. В чем смысл жизни — вот он вечный спор, Ведь вынесен мне смертный приговор.

Закон Вы видите, рождается цветок, Такой же рядом тихо умирает, Уходит ночь, опять горит восток, Всё просто, проще не бывает. И будет так для Вас и для меня, Когда-нибудь в зелёном шумном мае Потухнет тихо солнце среди дня, Всё просто, проще не бывает. И в этой простоте — вся глубина, Всё то, что жизнь и смерть объединяет, Закон один: и ночь, и свет — сполна, Всё просто, проще не бывает.

Мгновение Вы видите, рождается цветок, Такой же рядом тихо умирает, Уходит ночь, опять горит восток, Всё просто, проще не бывает. И будет так для Вас и для меня, Когда-нибудь в зелёном шумном мае Потухнет тихо солнце среди дня, Всё просто, проще не бывает. Цени же миг, пока он не угас, Пока в груди дыханье не растает, Ведь вечность — только здесь и лишь сейчас, Всё просто, проще не бывает.

Солнце и цветок Вы видите, рождается цветок, Такой же рядом тихо умирает, Уходит ночь, опять горит восток, Всё просто, проще не бывает. И будет так для Вас и для меня, Когда-нибудь в зелёном шумном мае Потухнет тихо солнце среди дня, Всё просто, проще не бывает. Но в этом мире вечен лишь закон: Рожденье, смерть, восход и увяданье, И каждый миг — бесценный, как поклон, Всё просто, проще не бывает.

Простота бытия Вы видите, рождается цветок, Такой же рядом тихо умирает, Уходит ночь, опять горит восток, Всё просто, проще не бывает. И будет так для Вас и для меня, Когда-нибудь в зелёном шумном мае Потухнет тихо солнце среди дня, Всё просто, проще не бывает. Не надо слов, не надо лишних фраз, Всё в этом мире ясно без названий, Лишь свет и тень, лишь время, день и час, Всё просто, проще не бывает.

Вечный май Вы видите, рождается цветок, Такой же рядом тихо умирает, Уходит ночь, опять горит восток, Всё просто, проще не бывает. И будет так для Вас и для меня, Когда-нибудь в зелёном шумном мае Потухнет тихо солнце среди дня, Всё просто, проще не бывает. Но в каждом мае — вечный поворот, Где смерть и жизнь в объятьях замирают, И тихо-тихо солнце вновь встаёт, Всё просто, проще не бывает.

Круговорот Вы видите, рождается цветок, Такой же рядом тихо умирает, Уходит ночь, опять горит восток, Всё просто, проще не бывает. И будет так для Вас и для меня, Когда-нибудь в зелёном шумном мае Потухнет тихо солнце среди дня, Всё просто, проще не бывает. Но в этом круговерти бытия Есть вечность, что в мгновеньях прорастает, И в каждом вздохе — целая Земля, Всё просто, проще не бывает.

Дилемма бытия Ад и рай — больная тема, Для того, в ком страх живёт. Это вечная дилемма, Что нас в будущем там ждёт. Выбор сложен и опасен, Путь во тьму или на свет. Мир иллюзий так прекрасен, Но назад дороги нет. Каждый шаг ведёт к финалу, Где весы оценят груз. Мы идём по перевалу, Пробуя судьбу на вкус. Страх и вера — две опоры, Что ведут нас по земле. Забываем мы о скорой Неизбежной, горькой мгле. И когда наступит вечер И последний вздох уйдёт, Кто-то скажет: «Было легче Тем, кто верил в свой полёт». Но пока живём и дышим, Сердце просит одного: Чтобы рай был рядом, слышал Каждого из нас Его.

Перекрёсток вечности Ад и рай — больная тема, Для того, в ком страх живёт. Это вечная дилемма, Что нас в будущем там ждёт. Выбор сложен и опасен, Путь во тьму или на свет. Мир иллюзий так прекрасен, Но назад дороги нет. Каждый шаг ведёт к финалу, Где весы оценят груз. Мы идём по перевалу, Пробуя судьбу на вкус. В храме тишина и холод, В аду — пламя и тоска. Человек душою молод, Но дорога нелегка. Не суди чужого выбора, Не кричи о правоте. Каждый носит свои скрижали, В каждой вере — полноте.

Весы судьбы Ад и рай — больная тема, Для того, в ком страх живёт. Это вечная дилемма, Что нас в будущем там ждёт. Выбор сложен и опасен, Путь во тьму или на свет. Мир иллюзий так прекрасен, Но назад дороги нет. Каждый шаг ведёт к финалу, Где весы оценят груз. Мы идём по перевалу, Пробуя судьбу на вкус. Не найти простых ответов, Не понять чужой души. В каждом — голос и заветы, Только сам реши, спеши. Страх и вера в сердце спорят, Свет и тень — в одном ряду. Кто найдёт свою опору, Тот пройдёт через беду.

На перепутье Ад и рай — больная тема, Для того, в ком страх живёт. Это вечная дилемма, Что нас в будущем там ждёт. Выбор сложен и опасен, Путь во тьму или на свет. Мир иллюзий так прекрасен, Но назад дороги нет. Каждый шаг ведёт к финалу, Где весы оценят груз. Мы идём по перевалу, Пробуя судьбу на вкус. Сердце мечется в тревоге, Разум ищет верный знак. Мы бредём по бездороге, Каждый сам себе зигзаг. Что там — вечное блаженство Или вечная тоска? В этом нет единства, средства, Только вера в облака.

Земная зависть Я смерти в глотку заглянул, ища ответ, Но жизнь махнула горькою листвой. Земной юдоли мне всё мало — нет, А смерть лишь шепчет: «Ты ещё живой».

След Мы все уходим понемногу, Как корабли в океан. Оставив родную дорогу, Туда, где не виден туман. Но каждый оставит свой след, Как росчерк пера на листе. И времени медленный свет Напомнит о нас в пустоте.

Пора Мы все уходим понемногу, Как тени в вечернем огне. Спешим по земле, понемногу Теряя себя в тишине. Но в каждом прощальном мгновенье Звучит не про нас, а о нас. И вечное наше забвенье Вдруг станет сиянием глаз.

Уход Мы все уходим понемногу, Как листья в осеннем саду. Оставив тропу и дорогу, Спешим в неизвестность, ко дну. Но каждый из нас оставляет Частицу тепла и огня. И время не всё отнимает, В нём вечность хранит и меня.

Круговорот Что жизнь и смерть? Чредой проходят годы, Как листья кружат в осенней вышине. Мы все — творцы своей же непогоды, И каждый тонет в собственной волне. Рождаясь, мы уже уходим в вечность, Нам дан билет в один конец — вперёд. И эту странную недолговечность Никто не перепишет наоборот. Но в каждом взгляде, в каждом поцелуе Закрыта дверь в невидимый нам свет. И если мы порою в нём тоскуем, То значит, он и есть наш талисман-ответ. Сменяются эпохи и устои, Но человек все так же одинок Перед лицом таинственного Строя, Что ткёт свой безконечный свой урок. Так пусть же в нас живёт не угасая Тот свет, что выше всяческих времён. И пусть чреда, что к вечности ведёт, — Не страх, а тихая, святая смена имён.

Чреда годов Что жизнь и смерть? Чредой проходят годы, Встречая нас то лаской, то бедой. Но в суете вселенской непогоды Мы ищем смысл, что скрыт за пустотой. Один уходит, новый век приходит, Земля вращает вечное веретено. И каждый миг, что памятью уходит, Уже другим дано, не нам дано. Сквозь снег и дождь, сквозь ветер и ненастье Несём свою потерянную нить. В грядущее с отчаянным участьем — Спешим иль забываем, как нам быть. Но в тишине, когда смыкают веки Друзья, что были рядом много лет, Мы понимаем: жизнь — не просто реки, А каждый человек — живой завет. Так пусть же в нас, пока мы дышим, светит Любовь, что не боится темноты. Ведь даже смерть, когда она ответит, Сотрёт лишь грань, но не сотрёт черты.

Кулак и ладонь Ребёнок в мир приходит сжатым кулачком, Как будто хочет всё забрать одним рывком. А старец, уходя, ладонь свою раскрыл — Ни крохи не унёс, хоть много накопил. Запрограммированы люди на добро, Но жадность часто застит свет, как вороньё. Планета терпит, но однажды скажет: «Стой!» И мы уйдём с пустой, открытою рукой. От кулака до раскрытой ладони — путь, Который каждый должен сам перешагнуть. Сначала всё хватать, потом — благодарить, И наконец — без страха всё отпустить. Мы измеряем жизнь количеством вещей, Но смерть стирает счёт, не требуя ключей. Богатство — это то, что в сердце, не в руках, А то, что в кулаке — лишь пыль и вечный прах. Так может, стоит жить, не сжав кулак, а врозь, Чтоб отдавать, не думая, что не сбылось? Ведь истина проста: рождаясь, мы ничьи, И уходя, берём лишь то, что внутри.

Две ладони На свет рождается ребёнок, сжимая крепко кулачки, Будто готов весь мир с пелёнок забрать касанием руки. Ну а когда настанет время, последний подступает миг, Уйдёт, своё закончив бремя, ладони выпрямив старик. Запрограммированы люди всем самым лучшим обладать, Планета всё своё отсудит — мы ничего не сможем взять. Сжимаем в кулаки ладони, стремимся больше заиметь, Но в час кончины всё уроним — с пустыми пальцами лететь. Так вся история земная — от сжатых рук до их разжать. Природа, нас не понимая, велит нам брать и отдавать. Закрытый кулачок младенца и старца раскрытая ладонь — Два полюса, два совершенства, и между ними жизни огонь. Мы держимся за вещи, лица, за деньги, славу и успех, Но только смерть — граница, принц, что всех равняет, даже тех. Кто думал, что накопит горы, что мир в кармане у него, Уйдёт, не взяв с собой опоры, не взяв из мира ничего. Так стоит ли сжимать так крепко, когда раскрыть — и отпустить? Ведь всё, что в кулаке, не вечно, а в сердце можно сохранить. Давайте меньше брать, давая, и не держаться за добро, Чтоб, нашу жизнь не проклиная, уйти с распахнутым нутром.

Ритуал Пышная сва... Красивая смерть- Не про цветы в убранстве катафалка И савана для погребенья благоцветь. Отметкой лишь на полях житейских галка В реестре дел, где все та же круговерть. Венец ещё, отнюдь, я не несу. Побудем здесь, пока не догорит Закат на самом краешке лесу, И тишина о чем-то говорит. О том, что всё, что кажется концом, На самом деле — новая прелюдия. И мы, стучась в закрытое крыльцом, Вдруг обретаем то, что не убудет.

Черновик Пышная сва... Красивая смерть- Не про цветы в убранстве катафалка И савана для погребенья благоцветь. Отметкой лишь на полях житейских галка В реестре дел, где все та же круговерть. Венец ещё, отнюдь, я не несу. Мне не к лицу торжественная фальшь. Я просто доживаю полосу, Где каждый день — как неоконченная фраза. И не ищу я в этом высший смысл, Лишь звон монет да шорох старых писем. Мы все уйдем, оставив только мысль, Что этот мир кого-то сделал лишним.

Обряд Пышная сва... Красивая смерть- Не про цветы в убранстве катафалка И савана для погребенья благоцветь. Отметкой лишь на полях житейских галка В реестре дел, где все та же круговерть. Венец ещё, отнюдь, я не несу Для свершенья ритуала, для огласки. Пока я просто в воздухе пишу Свои слова, как детские раскраски. И нет ни жертвы, ни святой воды, Лишь тишина в преддверии развязки. Мы все актеры собственной беды, Но у судьбы — свои, другие сказки.