Стихи про воспоминания

Солдатик Мне папа в детстве подарил солдатика, Игрушку с ярко-рыжим ремешком. Я думал: стану смелым, как на картинке, Героем с боевым, лихим штыком. Я не хотел понять, что за фигуркой Стоит не просто краска и металл. Что настоящий бой — совсем не шутка, Что он таких, как я, не раз встречал. Теперь я сам стою на этом фронте, В руке — не пластмассовый автомат. И в каждой тишине, в каждом горизонте Я слышу, как шуршит чужой снаряд. Игрушка та лежит в шкафу у мамы, Напоминая мне о тех годах. Но я уже не мальчик, что упрямо Мечтал о подвигах в наивных снах. Я стал героем — вот цена желанья. Узнал, что значит страх и что есть долг. И детское, наивное признанье Теперь звучит, как самый горький вздох.

Праздник с бабушкой Бабушка — это праздник и свет, С ней даже в буднях сияет билет. Бегать по лужам и в парк по утрам — Всё это я доверяю лишь вам. Игры в песочнице, смех до небес, Лучший мой друг — это чудо из чудес. Фонтан красотой нас с тобой напоит, Баба Надя, душа моя спит.

Бабушка — мой лучший друг Бабушка — это мой лучший друг, С ней не бывает скуки вокруг. Вместе смеёмся, играем в снежки, Смотрим на лужи и мокрые кружки. Бабушка — это веселье и свет, Лучше её в целом мире и нет. Бегать по лужам — с ней не вопрос, Каждый наш день, как подаренный тост. С ней я катаюсь на старом такси, В парке фонтаны, как в детстве, красивы. В песочнице строим дворцы из песка, Бабушка Надя — она так близка!

Моя бабушка Надежда — бабушкино имя, светлое и родное. Она приходит в гости — и сердцу так спокойно. В коляске возит, словно в детстве, по дорожкам, А я хочу её прокатить — но стесняется немножко. Вместе кушаем, лужи мерим, цветы собираем, Фонтан обрызгает нас — мы не унываем. Бегу я быстро, бабушка на лавочке сидит, Но в песочнице со мной она играть спешит. Друзья мы лучшие — Тимошка и баба Надя, Такая дружба никому не преграда.

Разлука Лишённый тепла и любви, Я письма твои перечитываю. Строки, как угли, в крови Сгорают, и я не сердитый.

Школьный трепет Как в школе: сердце замирает, И мысли только об одной. Я думала — любовь бывает Лишь юной, взбалмошной, смешной. Но вот опять — как на уроке, Боюсь взглянуть, дышать, забыть. И в этом сладком, детском токе Хочу лишь рядом вечно быть. Меня манят ее улыбка, И взгляд, и легкий поворот. Любовь наивная — ошибка? Но пусть, я — в омут с головой.

Грибное тепло В стужу банку открываю — Пахнет лесом и теплом. Гриб тот летний вспоминаю, Словно солнце за окном.

Запах лета В зимний день, открыв закрутку, Чую лето и траву. Гриб тот, с белою шляпкой, Вновь на стол я подаю.

Аромат леса И когда открою в стужу Банку с летним грибком, Аромат ударит в душу, Сердце станет огоньком.

Зимняя радость В стужу банку открываю — Пахнет лесом и теплом. Гриб тот летний вспоминаю, Словно солнце за окном.

Вкус лета В зимний день открою банку — Лето в дом ворвется вмиг. Аромат грибов с полянки Сердце радостью проник.

Летний привкус И когда открою в стужу — Не в лесу, а у стола, — Аромат ударит в душу, Буду снова ждать тепла.

Лето в банке В зимний день открою банку, Вспомню лето и грибы. Аромат — как лес полянку, Словно нет вокруг зимы.

Зимняя закуска А зимою на обед Я открою банку ту. Гриб напомнит лета след, Съешь — и вновь на высоту.

Вспоминай меня Дожди стучат по крыше, как метроном, Я вспоминаю дом, где мы вдвоём. Твой голос тихий, тёплый, как плед, Его со мной уж много лет и нет. Мы строили планы на сотню зим, Но кто-то свыше стал непроходим. И поезд унесла другая даль, Оставив мне лишь светлую печаль. Твои глаза я помню наизусть, В них отражалась детская вся грусть. Мы верили, что вечность — это мы, Но разлетелись, как листва с зимы. Я слышу в каждой песне наш мотив, Он душу рвёт, но дарит мне прилив. И я пою, хоть голос мой дрожит, Любовь ушла, но память не бежит. Ты где-то там, в другом конце земли, Но наши звёзды всё же не ушли. Они горят, напоминая свет, Который был, которого уж нет. Я не прошу вернуться, просто знай: Ты в моём сердце, словно вечный рай. И если вдруг тебе взгрустнётся в ночь, Вспоминай меня — я смогу помочь.

Ода нашей любви Мы строили замки из песка у моря, Волны смывали их, но мы не знали горя. Твои ладони помню, тёплые, как лето, Теперь в руках моих лишь эхо без ответа. Ты обещал, что будем вместе навсегда, Но время разбросало нас, как поезда. Я вспоминаю наш последний разговор, И в горле ком, и застилает взор. Фонарики горели в парке до утра, Мы целовались, не боясь, что спать пора. Смеялись глупо, верили в любовь до слёз, А осень листья унесла, и всё всерьёз. Теперь я слушаю ту песню в тишине, Она звучит как эхо на пустой волне. «Ода нашей любви» — слова летят в никуда, Но в сердце остаётся горькая вода. Я не держу обиду, ты прости за боль, Мы оба научились жить с чужой судьбой. Но иногда в ночи я слышу твой мотив, И в такт дыханью этот ритм ловлю, ловив. Пусть разлука стала нашей общей тенью, Я благодарна за подаренное время. Ты навсегда останешься в моей груди, Как первый луч, что светит где-то впереди.

Эхо лета За рекой кукушка куковала, Лето тёплое напоминала. Птичий голос — как привет из детства, Только в прошлом нет уже соседства.

Тот самый дом Забытый карьер, деревянное крыльцо, Скрипучие ступени, резные перила. Я помню, как в детстве входила в лицо Тепла, что мне бабушка с мамой дарила. Там пахло пирогами и мятой в чаю, И прабабушка пела о чём-то простом. Я снова и снова в тот дом попасть, Где каждый был жив, где мы были — дом. Но время уносит, и нету пути Назад, где счастливой была я тогда. Остался лишь снимок — на нём все в цвету, Но в рамке пожелтевшей — уже навсегда. Я помню тот смех, и уютный очаг, И руки любимых, что грели меня. Теперь только в памяти — светлый наш шаг, И боль от того, что нельзя изменить. Я скучаю по вам, мои дорогие, По детству, где горе не знало пути. Но в сердце живете вы вечно, родные, И в снимке том старом — мне вас не найти.

Страничка жизни Как давно это было, как будто во сне: Старый дом, деревянное крыльцо, Где на стенах — в рамке, на старом окне — Пожелтевшее наше с тобою лицо. Помню запах тепла и уюта в сенях, Где на лавке подушки, на печке — горшки. Мама с бабушкой рядом, и в мягких руках Прабабушка держит меня у доски. Я вбегала, и дом оживал голосами, И казалось, что время не властно над ним. Но ушло всё, растаяло, словно с глазами Я смотрю на снимок — и мир стал другим. Только память хранит этот светлый чертог, Где мы все были вместе, и счастье — вокруг. Не вернуть, не забыть, хоть и прожит итог, Только сердце всё помнит: я — твой внук. Я скучаю по тем беззаботным денькам, Где не ведала горя, потерь и разлук. И по маме, и бабушке — по всем, кто был там, На пожелтевшем снимке, где всё ещё друг.

Пожелтевший снимок Я помню тот дом, где скрипело крыльцо, Где пахло теплом и парным молоком. Прабабушка в белом сидит на крыльце, А рядом — малиновый куст под окном. Карьер за оврагом, песок золотой, Мы бегали босиком по траве. И мир был огромным, и я — молодой, И счастье сияло в каждой листве. Теперь этот дом — только в памяти сон, И мама, и бабушка, прабабка — ушли. Лишь старый снимок, пожелтевший, как клен, Хранит те мгновенья, что в сердце цвели. Как хочется снова услышать их голос, Увидеть улыбку и руки в муке. Но время — река, уносящая в соло, И детство осталось на том берегу. Я смотрю на фото, где я — малыш, С бантом и в платьице, рядом с семьей. И кажется, вот он — тот самый миг тиш, Где все мы едины, где мир — не чужой. Но жизнь разбросала по разным мирам, И только в душе этот дом не стареет. Я снова вхожу — по забытым следам, И сердце, как прежде, надеждой болеет.

Старый дом Прабабушкин дом на пригорке стоит, Крыльцо деревянное помнит шаги. Там время текло, словно медленный щит, В карьере песок нагревался в тиши. Когда я входила, встречал меня хлеб, Пахло теплом, молоком и травой. Уют разливался, как утренний свет, И бабушка пела над старой плитой. Теперь не вернуться туда, где жива И мама, и прабабка, и детства пора. Остался лишь снимок, где я — голова В платочке, и рядом сидит детвора. Как хочется снова услышать тот смех, Увидеть, как бабушка гладит кота. Но время не слышит молитв и помех, Лишь память хранит те счастливые лета. Я помню тот запах, тот скрип половиц, Где каждая трещина — веха судьбы. И нет уже сил удержать возле лиц Тех, кто ушел в неизбежность борьбы. Но в сердце остался тот старый наш дом, Где вечно живет бесконечный покой. И я прихожу к нему в снах прямиком, Чтоб снова побыть хоть на миг сиротой.

Тепло воспоминаний Деревянное крыльцо, ступеньки в три шага, В карьере купались, и пахло травой. Ты, прабабушка, ждешь у порога меня, И в доме — уют, и душа в нем живой. Там пахло теплом, молоком и мукой, И чай заварной, и варенье из слив. Я помню, как бабушка пела рукой, Как мама смеялась, меня торопив. Теперь этот дом — лишь на старом снимке, Где краски поблекли, но лица — светлы. Я в детство свое возвращаюсь в поминках, В те дни, когда мы все были живы и молоды. Как жаль, что нельзя повернуть время вспять, Увидеть их всех, обнять и простить. Осталось лишь сердце, что помнит и ждет, И в каждом воспоминании — нить. Я снова вхожу в этот дом наяву, Закрыв глаза, слышу голоса. И плачу от счастья, что я живу, Храня в душе эти чудеса.

Старый дом Я помню крыльцо, что скрипело под нами, И запах пирогов, и тепло русской печи. Здесь вечер тянулся длинными часами, И счастье казалось простым и беспечным. Входила я в дом — и время застыло, В уюте, где каждая вещь дорога. Здесь прабабушка в кресле тихо сидела, И вязала носки, не подняв головы. Теперь этот снимок пожелтел на стене, И дом обветшал, и порос лопухом. Но в памяти — мама, бабушка, ты, прабабушка, мы все — Как будто недавно мы были втроем. Как хочется крикнуть: «Верните всё вспять!» Но время не слышит, река не течет назад. Остались лишь фото, где детство спит, И сердце всё помнит, хоть годы летят. Я снова стою на пороге пустом, Где эхо шагов замирает в тиши. И кажется: вот отворится дверь — И мама войдет, и скажет: «Не уходи».

Всё сбудется Пусть всё, что вспомнится, летит вперёд, И будущее манит добротой. Пусть дети учатся, идёт в зачёт, А премия приходит с теплотой.