Современные стихи

Свет в окне судьбы В мире сером ты — цветное чудо, Акварелью писаный портрет, Где черты божественны повсюду, Где изгибы — нежный силуэт. Слышишь, как влюблённые признанья Замирают на твоих губах? Ты — вершина мирозданья, Воплощённый в явь безгрешный страх. Волосы — как поле золотое, Глаза — два осколка бирюзы, Ты уходишь, оставляя сбой В ритме сердца, в суматохе гроз. Улыбнёшься — и весна настанет Даже в лютой стуже января, Твоя красота вовек не увянет, Словно вечная в ночи заря. Так живи, сияй, не угасая, Будь источником земных стихов, Ты — мечта, что в душах воскресает Из глубин восторженных веков.

Прощай, тепло Прощай, тепло, прощай, уют, На смену холод, дождь и грязь. Деревья голые поют, Сквозь слезы ветру поклонясь. В лугах скошенная трава Лежит, как стоптанный ковер. Земля сырая и мертва, И птиц умолк последний хор. Иду по лужам, как по льду, Дрожит в руке зонт-скелет. Я в этом сером, как в аду, Ищу хоть крохотный просвет. Но холод учит нас терпеть, Ценить тепло глотка в ночи. И в этой стуже не успеть Согреть продрогшие лучи. Пусть осень ломится в окно, Неся с собой тоску и лень. Нам нужно помнить лишь одно: Что будет и погожий день.

Гимн ночи Ночь, тебе я пою в тишине, В этой звездной, бездонной мгле. Ты храни мое сердце в тепле, Словно свет в золотом письме. Упадет на гробницу звезда, Пробежит по ладоням роса. Тишина, прислонившись к окну, Узнает наши сны и слова. Вышивает узоры луна, Ветер гонит листву, как волна. Только ты, только я, только ночь… Одиночество нам не помочь.

Усталость от любви «Ты хочешь меня побить», — Шепчешь в темноте с упрёком. «Что ты, — отвечаю, — пить Давай лучше чай с осокой?» Ты не веришь: нужно злость, Трёпку, крик, а лучше драку. Я же чувствую насквозь: Это ты ко мне со знаком «Минус» — ищешь, где б взорвать Наше тихое ненастье. Хочешь снова доказать, Что любовь — не только счастье… Но я устал. И от того, Что это вечное кино Вдруг показалось мне смешным, Скажу: «Давай закончим с ним». Ты — не цыганка, я — не враг, Мы просто двое из огня. Давай придумаем пустяк, Чтоб не ругаться, а любить меня.

Слушая тишину Стелется туман по улице, Он всё грустит и слушает, Ветер в проводах злится, Сердце робко ворошит. Этот голос — твой ли, нет? Сырость мерзкая в груди, Ни ответа, ни привета, Только эхо впереди. Фонари, как часовые, Стерегут пустой проспект, Мысли вязнут, как в стихии, В этом мокром парадном нет Ничего, что бы согрело, Что бы правду принесло. Только тень, что пролетела, И в лицо дождём стекло. Ты не плачешь, ты не ждёшь, Ты — туманная стена. И идёшь, куда идёшь, Чтобы выпить всё до дна.

Сквозь экран Сквозь экран струится свет, Влад Туманов дарит рифму. Голос льётся — шёпот, нет, Словно музыка и мифы. Он поёт и говорит, Струны плачут, сердце бьётся. Каждый зритель вдаль глядит, В такт душа его смеётся. Этот вечер — как полёт, Слово, звук и тишина. Влад концерт свой отдаёт, Чтобы стала ночь полна.

Эфир Туманова Гитара плачет, голос льётся в ночь, Влад Туманов нам дарит рифмы свет. Сквозь провода уносит грусти прочь, В эфире оживает интернет. Стихи и звуки в танце замерцали, Сливаясь в многогранный дивный хор. Мы в чате, словно в зале, в тихой дали, Влад дарит нам душевный разговор. Он струны трогает — и мир затих, Строка рождает образы и сны. В концерте этом каждый слышит стих, Как отголосок вечной тишины.

Пробуждение света В сонном небе вспыхнула заря, Над землёй заполыхал рассвет. Мир проснулся не зря — разбудил тебя с утра, Словно в сердце загорелся тёплый свет. Тишина уходит в мягкий шум, Город просыпается в окне. Я тону в твоих доверчивых глазах, В этой утренней, прозрачной тишине. Алый край небес зовёт в полёт, Ветер гладит сонные дома. Каждый день пусть за руку ведёт, Прогоняя тени, как зима. Пусть заря не гаснет, не спешит, Дарит нежность, как в начале лета. В этом утре всё для нас звучит — Гимн любви и обещанье света. Солнце выше, мир уже не спит, Мы с тобой — частицы бытия. Пусть же это утро сохранит Искру света: ты и я.

К полуночи Тяжело ступая, мы карабкаемся По ступеням из бетона и тьмы. Перед сном мысленно раздеваемся, Оставляя на полке следы немоты. В пустых глазницах — лишь отблески ламп, На лицах — тени от прожитых дней. Сил нет даже скинуть пальто нараспашку, И воздух спрессован до камня в груди. Наверное, сон — это та же лестница, Только вниз, в подвалы подсознания. Где за дверями тишина не стеснится, Где мы сдаёмся без опоздания. Но вот площадка, и ключ в замке. Опускаемся на скрипучую койку. За окном — фонари вдалеке, И ночь принимает нас в обойму. Завтра снова по той же спирали Мы поползём, опершись на перила. Но пока мы во сне — мы не проиграли, В этом бреду — это лучшая сила.

Птица дружбы Мы стали мало говорить — так больно, Как будто дружба тает на губах. Хочу обнять, но между нами волны И горький телефонный «как дела?». Любовь — она в доверчивом молчанье, В смешке, что мы не делим пополам. Но расстояние — не наказанье, А вера в то, что встретимся мы там. Где снова душу вывернем наизнанку, Где смех в ручьи сольётся в унисон. Я шлю «скучаю» в твою коммуналку, И в этом слове — целый небосклон.

Контрасты бытия Рождение — крик, молчание — смерть. Любовь — вздох, что не успеть согреть. Жизнь — урок, в нём свет и горечь слёз. Ссора — борьба, мир — война без грёз. Мы входим в мир с отчаянным рыданьем, Уходим в тишину без оправданья. А между — счастье, боль и пустота, Как зыбкая, неровная черта. Любовь — всего лишь вздох, но в нём вся суть, Она даёт нам силу отдохнуть. Уроки жизни — горькая тетрадь, Где каждой строчке хочется под стать. Ссора — борьба, где каждый прав и ранен, Мир — та же война, лишь переодет в странный Набор условных, призрачных побед, Где снова спор, где истины уж нет. И в этой вечной схватке без конца Мы ищем путь от крика до венца. Но, может быть, не в споре и не в вздохе Есть смысл, а в простом земном горохе.

Откликнись Разбуди меня, вырви из тьмы, Ответь, умоляю, скорей. Не дай утонуть в этом море зимы Среди почерневших ветвей. Пусть голос твой станет маяком в тишине, Где каждый порыв заметён. Я жду твоего появленья во сне, Где тает тревожный наш сон. Ветра унесли всё, что было тепло, Осталась лишь стужа и лед. Но сердце надеется: может, взошло То солнце, что снова спасет? Я вглядываюсь в эту серую гладь, Где каждый шаг — как ответ. Верни мне способность опять доверять, Открой запылённый свой свет. И если услышишь мой тихий призыв, Сквозь шум ледяных облаков, Разрушь этот плен, этот холодный изгиб, Где спрятан последний мой зов.

Старый да малый Смеются: старый да малый — Один из ума вышел вон, Другой не нажил, пожалуй, Ни знаний, ни мудрости в нём. Но кто же из нас, в самом деле, Заметит, как падает лист, Как звёзды в ночи загорелись, Как солнца лучистую кисть? Ребёнок — он видит впервые То, что для взрослых — пустяк. А старый — в года седые — Вернулся в тот первый свой шаг. Мы — те, кто не перестал Удивлённо смотреть на мир. Толпою я счастлив не стал, Мне ближе наивный кумир. Так смейтесь, но только не бойтесь Признать, что за вами — стена. Мы — зеркало, в нём вы сомнётесь, Когда лишена жизнь зерна.

Старый да малый Смеются: старый да малый — Один из ума вышел вон, Другой не нажил, пожалуй, Ни знаний, ни мудрости в нём. А я оглянусь — и снова Дивлюсь, как трава растёт, Как вечер в полях лиловых Зарю за собой ведёт. Ребёнок, увидев лужи, Готов хоть весь день скакать, А старый поймёт: он нужен, Чтоб мир этот разгадать. Мы — те, кто не разучился В обычном чудесном видеть свет. Смешон я? Пускай струится Их скепсис, а нам — и нет. Ведь если б не старый с малым, Никто б не заметил весну. Мы — странники, что устали Бояться, искать вину.

Песнь о вине и суете Быть может чей-то господин, а может быть слуга, Решил мусор выбросить с утра — вот так дела, ага. И мне кричат: «Дура, зачем трудиться, зачем пахать? Пошел бы лучше в туалет посрать!» — ну надо же, опять. Не хочешь спать — иди в кино, налейте лучше мне вино, Зачем нам мыться, зачем стирать, когда в душе темно? Ведь жизнь — поток случайностей, где каждый — сам себе пророк, И мы выносим мусор, как выносить не мог. Зачем нам думать о былом, зачем мечтать о воле, Когда вокруг лишь суета, и всё лежит на столе? Вот господин иль слуга — уже и не понять, Они как две капли воды, и их не разнять. А вино течёт рекой, смывая стыд и грусть, И каждый в этой драме — и царь, и нищий, и гусь. Так выпьем же за то, что мусор вынесен с утра, И пусть нам кричат: «Дура!» — нам всё равно, ура!

Утренний абсурд Быть может чей-то господин, а может быть слуга, Решил мусор выбросить с утра, не чуя ни врага. И мне кричат: «Дура, зачем трудиться, зачем пахать? Пошел бы лучше в туалет посрать!» — такая ерунда. Не хочешь спать — иди в кино, налейте лучше мне вино, Забудь про стыд, про кодекс, про то, что так заведено. Ведь жизнь — сплошной спектакль, где каждый сам себе режиссёр, И мы играем роли, не жалея ни глаз, ни рук, ни шпор. А господин иль слуга — какая, в сущности, нам разница? Они в быту похожи, как на дне одна и та же грязица. Кто мусор вынес, кто посрал — всё суета сует, Пока в стакане плещется вино, смывая весь наш бред. Так выпьем же за абсурд, за то, что смысла в мире нет, За то, что даже в туалете мы ищем свой сюжет. И пусть кричат: «Дура!» — мы им в ответ нальём вина, Ведь в этой драме каждый сам себе и господин, и слуга.

Эпоха гламурного футбола Какой же нынче футбол прекрасный, Игроки — как с обложки глянца, На ногах — Гуччи, Адидас, Рибок, фирма вся, без фальши. Они бегут, как будто бык, Мяч скачет сам, без ихних ног, Но где же страсть, где огонька? Один лишь брендовый порок. А раньше был другой футбол: Без рекламы, без понтов, На поле — пот, кровь и труд, И каждый гол был как восторг. Теперь же — позы и скандал, Лишь бы в Инстаграм попасть, Но я скажу: это не спорт, А шоу, чтобы власть продать.

Случайная встреча В шумной толпе университета Взгляд твой случайно поймал. Ты мне студенткой казалась, Но в списке групп я не знал. А на паре, в аудитории, Увидел я — это ты. Наш лектор, источник истории, География свела в мечты. Двенадцатое июня — дата, Когда в кафе мы вдвоём. Шесть лет — и мы снова рядом, Грядки и танцы под дождём.

В одном конце Мне не нужна игра в молчанье, Мне нужен знак на твоём лице. Если судьба нас не обманет, Мы останемся в одном конце. Пусть всё вокруг шумит и рушится, Я слышу только твой ответ. Если ты сделаешь шаг навстречу, Я скажу всему миру: да.

У пропасти Если мы идём в одну сторону, Не отпускай мою ладонь. Я уже почти у пропасти, Но не хочу назад, домой. Пусть всё вокруг шумит и рушится, Я слышу только твой ответ. Если ты сделаешь шаг навстречу, Я скажу всему миру: да.

Шаг навстречу Нет сил мне ждать твоего шага, Я слишком долго молчала. Скажи, куда ведёт эта дорога, И почему меня так тянет к началу. Я ловлю твой взгляд на себе, И он сильней любых запретов. Ты глубоко засел во мне, Как будто был всегда где-то рядом. Я теряю контроль постепенно, Когда ты входишь в моё дыхание. Всё, что держала так бережно, Становится простым признанием. Мне не нужна игра в молчанье, Мне нужен знак на твоём лице. Если судьба нас не обманет, Мы останемся в одном конце.

Кошка в ночи Безумно обожаю черных кошек — Они как тени, вышедшие к свету. В их грации — изломанные строки, Которым повторения нет. Они приходят тихо, на рассвете, Когда луна уходит на покой. И кажется, что в этом лунном свете Они владеют тайной неземной. Их шерсть — как смоль, как бархат, как забвенье, Она вбирает звёздный хоровод. А в лапах — древнее благословенье На каждый шаг, на каждый поворот. Котёнок чёрный — маленькое чудо, Что вырастет и станет королём. В нём нет ни капли злого, ниоткуда, А только свет, разлитый под дождём. Так пусть молва твердит: «Они — к несчастью», — Я знаю: это — глупая молва. В их ласке есть безумство, сласть и счастье, И в этом мире вечно правы два: Любовь и кот, что чёрен, словно полночь, Слились в одно — и в этом красота. Безумно обожаю их, и полночь Мне шепчет: «Это — истина проста».

Шёпот дня День стал как сон. В нём тишь да свет. Мир — это он. Иных и нет.

Прогулка вдвоём Владислав сказал: «Давай пройдёмся», Валерия ответила: «Идём». В общежитии тихо, словно в доме, Где уютно быть нам вдвоём. Разговоры плавно переходят В шёпот, в смех, в случайный взгляд. Эти стены тайны не выходят — Только чувства здесь говорят.