Современные стихи
Стихи, написанные в наши дни, отражающие реалии и чувства современного человека.
Стихи
Всё — Вселенная
Бармен бедняга с трясущейся рукой,
Пленник табачного дыма и фраз.
Та, что готова поехать со мной, —
Часть мирозданья, как и ты, и я, и Кавказ.
Счётчик такси, словно пульс, отсчитает:
«Прямо во двор, а затем налево».
Звёзды, что с неба следы оставляют
Пулями трассеров, — тоже Вселенной.
Коньяк отдаёт разведённым хлебом,
Колени сжаты до нервного дрожи.
Губы твои, как карточный блеф, и
Тоже Вселенной частица, возможно.
Тусклый рассвет в холодном окне,
Время течёт конвейерной лентой.
Всё, что сейчас происходит во мне,
Тоже является частью Вселенной!
И не важно, что будет потом,
В этом моменте — всё совершенно:
Бармен, такси, ты и звёздный дом —
Всё это часть Вселенной, бесценно.
Часть Вселенной
Бармен усталый с дрожащей рукой,
В дымной завесе табачного плена.
Ты, что согласна уехать со мной, —
Тоже ведь часть мирозданья, Вселенной.
Счётчик такси, как пульсирующий нерв,
Шепчет: «Во двор, а потом и налево».
Звёзды, следы трассирующих стрел —
Тоже Вселенной безмерной часть, верно?
Коньяк с разбавленным хлебом — не мед,
Колени сжаты до нервного спазма.
Губы твои, как карточный блеф, —
Тоже Вселенной частица, хоть язви.
Тусклый рассвет в ледяном окне,
Время бежит конвейерной лентой.
Всё, что сейчас происходит во мне, —
Тоже является частью Вселенной!
Пусть я не верю в приметы и знаки,
Но в этот миг, в этой дымной тиши,
Всё, от такси до последней букашки,
Часть мирозданья — и ты, и лишь ты.
Средний стих
Я тебя увидел — и сердце затихло вдруг,
Словно кто-то убавил громкость на пульте.
Я такой ещё не видел — ни лиц, ни рук,
Что могли бы так всё перевернуть во мне.
Словно ток прошёл по коже — и след остался,
И мурашки стали строже, как часовые.
Всё вокруг вдруг стало лишним — и я растерялся,
Потому что впервые чувствую такое.
Ты стоишь — и мир не важен, и время сжалось,
Сердце бьётся тише, тише — и я не против.
Может, это и есть то, что людям дано в награду —
Тишина внутри, когда рядом кто-то.
Рассвет
Мой монстр засыпает к утру,
Свернувшись клубком у сердца.
Я тоже когда-нибудь cursed —
Но это не точно. Верно?
Отпусти
Всё достало — работа, звонки, суета,
И хочется просто исчезнуть куда-то.
Но где-то в груди ещё теплится свет,
И шепчет: «Потерпи, скоро лето».
Я сброшу с плеч этот тяжкий груз,
Уеду туда, где тишина и вкус
Утра без спешки, без лишних слов,
Где можно забыть про всё без оков.
Пусть ветер развеет мою усталость,
И станет на время хоть чуть-чуть жаль, что малость
Осталось до отдыха — только шаг,
Но я его сделаю, сбросив мрак.
Просто рядом
Ты так естественно красива,
Что я теряю дар речей.
И я сдаюсь тебе без боя —
Пусть будет так, пусть будет с ней.
Не нужно мне ни слов, ни жестов,
Ни доказательств, ни причин.
Ты просто будь со мною честной,
А остальное — тихий сплин.
И в этой нежности бездонной
Я растворяюсь, как в воде.
Ты управляешь мной спокойно,
А я счастливый в этой тьме.
Тихая власть
Ты так естественно красива,
Что даже нечего сказать.
И я сдаюсь тебе без боя,
Позволив мною управлять.
Не нужно громких обещаний,
Ни клятв, ни пышных фраз подряд.
В твоём молчании — признанье,
В твоём дыханье — целый сад.
И если это власть, то тихо
Она берёт меня в кольцо.
И мне не страшно, мне не лихо —
Я вижу нежность на лице.
Без боя
Ты так естественно красива,
Что мне не хочется сказать
Ни слова лишнего — и снова
Я позволяю управлять.
Сдаюсь без боя, без условных,
Без гордых пауз и обид.
В твоих глазах — простор огромный,
Где каждый взгляд меня хранит.
И если честно, мне не важно,
Кто здесь сильнее — ты иль я.
Твоя улыбка так отважно
Берёт в полон — и я молчу, любя.
Свет в конце тоннеля
Я всю жизнь стремилась к свету,
И уебалась об фонарь.
Хорошо, что не об стену,
Хорошо, что не в кошмар.
Свет слепит и манит нежно,
Но не знает, где предел.
Я лечу к нему небрежно,
Забывая, что хотел.
А теперь сижу на тротуаре,
Созерцая синяки.
Свет в моём ночном кошмаре —
Это просто огоньки.
Значит, буду осторожней,
Но не брошу свой поход.
Даже если свет тревожный,
Он когда-нибудь спасёт.
Свет и столб
Я всю жизнь стремилась к свету,
И уебалась об фонарь.
Не по злобе, не по ветру —
Просто так устроен мир.
Свет манил, свет обещал
Рай и солнечные дни.
А потом — удар, причал,
И лежи, себя вини.
Но я встану, отряхнусь,
Улыбнусь фонарным ранам.
Свет — не цель, а только грусть,
Что окутала туманом.
Я пойду, хромая малость,
Впереди ещё огни.
Чтобы сердце не сломалось,
Ты фонарь, прости, не жги.
Фонарный свет
Я всю жизнь стремилась к свету,
И уебалась об фонарь.
Разлетелась тьма по свету,
И внутри зажглась заря.
Только свет бывает разным:
То маяк, то столб с огнём.
Я лежу в пыли безглазной,
Но не плачу — мы живём.
Поднимусь, отряхну платье,
Улыбнусь своей судьбе.
Свет не враг мне, свет — объятье,
Даже если по лбу мне.
В синяках моя дорога,
Но иначе не дойти.
Кто искал — найдёт немного
Света даже на пути.
В красном капюшоне
Бреду по пепелищам, в красном капюшоне,
Вокруг огонь танцует на руинах.
Что происходит? Сердце в унисоне
С немым вопросом в отблесках недлинных.
Друзья потеряны, и, может, их уж нет,
А я ищу хоть призрачный ответ.
Цифры и люди
А что ж творится, боже мой:
Проценты чавкают, грубят,
И портят настроение ребят,
И вьются над моей главой.
Но мы ещё переупрямим
Их натиск, шум и едкий нрав,
И вырвем радость из канав,
И станет воздух снова пряным.
Жалоба на проценты
А что ж творится, боже мой:
Проценты чавкают, грубят,
И портят настроение ребят,
И лезут в дом, как будто в бой.
Они везде: в кредитах, в снах,
В экранах, в школах, в очередях,
И тают нервы на глазах,
И тихо тлеет мир впотьмах.
Чавкающая арифметика
А что ж творится, боже мой:
Проценты чавкают, грубят,
И портят настроение ребят,
И спорят с самою судьбой.
Они вползают в разговор,
В рецепты, в цены, в гаражи,
И режут радость, как ножи,
И заражают скукой двор.
Проценты и настроение
А что ж творится, боже мой:
Проценты чавкают, грубят,
И портят настроение ребят,
И ворошат дневной покой.
Они растут, как сорняки,
В тетрадях, в банках и в умах,
И оставляют в душах страх,
И давят, словно кулаки.
Театральный ритуал
Танечка любит ходить в театр,
Выбирать платье и туфли в тон.
Луначарский, ТЮЗ — её ритуал,
Где каждый спектакль — как новый дом.
Она переживает игру актёров,
Ловит оттенки и полутона.
В зале, где люстры горят не скоро,
Танечка счастлива и вольна.
Средь антракта — бокал лимонада,
Разговоры о том, что за смысл.
Для неё это лучшая награда —
Видеть, как сцена рождает жизнь.
И пусть за окном суета и слякоть,
Танечка знает: театр — её свет.
Она не устанет верить и плакать,
Ведь в этом и есть её секрет.
Вечер в ТЮЗе
Танечка снова спешит в ТЮЗ,
Где сцена дышит и зал притих.
Она переживает игру актёров,
Как будто судьбы решает стих.
Наряд её прост, но в каждой детали
Сквозит волнение и мечта.
Луначарский, ТЮЗ — её причалы,
Где оживает души строка.
Когда героиня в финале плачет,
Танечка тихо смахивает слезу.
Ей кажется: это её удача,
Что в жизни случилось такое чудо.
А после — аплодисменты, цветы,
И долго ещё не уйти домой.
Танечка верит: театр — это ты,
Где сердце находит покой.
Танечка в театре
Танечка любит ходить в театр,
Где занавес бархатный, свет пригашен.
Луначарский, ТЮЗ — её маршрут,
Где каждый спектакль душой услышан.
Она надевает своё лучшее платье,
Серьги, духи и лёгкий шарф.
В зале садится в третьем ряду,
Чтоб видеть актёров живой азарт.
Сердце сжимается, когда герой
Шепчет признание в полутьме.
Танечка верит: сейчас, со мной
Случится чудо на этой земле.
После спектакля — букет и поклон,
Долгие споры в ночном кафе.
Танечка знает: театр — это дом,
Где она счастлива наяву.
Гена Макаров
В нашем дворе, где асфальт и трава,
Где по утрам голосят воробьи,
Есть человек — про него все слова
Скажешь, и станут теплее они.
Гена Макаров — надёжный, как сталь,
Друг, на которого можно смочь.
Если беда — он отложит дела,
Чтобы товарищу в чём-то помочь.
Помнит он всех, кто когда-то просил,
Долго не держит обид и обид.
Сколько он добрых вещей совершил —
Счёт потеряешь, а он не трубит.
В шутке — остёр, но ни разу не зол,
Слушает так, что становится легче.
Он в разговоре — не просто «пришёл»,
Он — как костёр в промороженный вечер.
Если у друга случится беда,
Гена приедет и ночью, и в стужу.
Он не оставит в беде никогда,
Выручит словом и действием нужным.
Время бежит, изменяет маршрут,
Но не меняет хороших людей.
Гена — из тех, кто приносит уют,
Свет и уверенность в завтрашний день.
Магнетизм
Присела на стул, закинув ногу,
Длинна, тонка — и взгляд не отвести.
Она сама — как праздник, как подмога
Для тех, кто lost и не знает, как идти.
Сквозь километры
Между нами — трассы и мосты,
Города, вокзалы, поезда.
Я смотрю на карту с высоты,
Но не вижу точку, где беда.
Километры стелются в ночи,
Пишутся короткие «привет».
Телефон твой тихо промолчит,
А потом ответит через свет.
Я считаю дни по поездам,
Складываю письма в тишине.
Расстоянье — это не беда,
Если ты со мною и во мне.
Снег ложится на асфальт и в сны,
Я вдыхаю утренний твой смех.
В этих сантиметрах тишины
Слышно, как мы делим пополам успех.
Не считай разлуку за измену,
Не гонись за скоростью пустой.
Я тебе отдам свою Вселенную,
Чтобы быть на линии одной.
А когда сойдутся провода
И погаснут окна поездов,
Мы поймём — любая ерунда
Растворяется в дыхании без слов.
Междугородний роман
Пять часов поездом — и ты рядом,
Но сейчас я смотрю в монитор.
Обменялись с тобой тёплым взглядом
Через сотни пикселей и гор.
Расстояние — штука простая:
Километры, билеты, дожди.
Но когда я тебя обнимаю
В мыслях, ты мне шепчешь: «Жди».
Я рисую маршруты на карте,
Отмечаю тебя красным крестом.
Мы с тобой в этой странной азартной
Игре под названием «потом».
Но однажды я брошу всё разом,
Позвоню и скажу: «Выходи».
И закончится эта зараза —
Наши долгие междугородние дни.
Мы наполним квартиру смехом,
Разбросаем вещи вокруг.
Пусть молчат километры эхом,
Я твой муж, ты мой лучший друг.
Так что жди меня, слышишь, слышишь?
Я уже собираю рюкзак.
Даже если весь мир опрокинется выше,
Я вернусь — это точно, факт.
Пока Деша поёт
Пока Деша поёт, замирают часы и минуты,
Сердце радуется, словно ребёнок весной.
Эличка с Ирачком — как два берега, круто
Смыкаются в устье реки под одной синевой.
Он заваривает чай, она режет ванильный пирог,
Обмениваются взглядами, полными нежных огней.
Их мир — это маленький, тёплый, уютный мирок,
Где нет никого и нет ничего важней.
Деша поёт про любовь, что не требует громких речей,
Про руки, которые ищут друг друга во сне.
Ирачек шепчет Эличке: «Ты — моя, ты ничей»,
И эхо летит в тишине, растворяясь в весне.
Вместе смеются над глупостями и холодами,
Вместе молчат, понимая без лишних фраз.
Их не сломать ни ссорами, ни городами,
Потому что любовь — это то, что внутри, а не напоказ.
Пусть Деша поёт, пусть мелодия льётся рекою,
Сердце радуется — и этому нет конца.
Эличка с Ирачком навсегда, и не нужно покоя,
Ведь счастье — в объятиях, в биении двух сердец.
✧ тег: современное ✧