Стихи о смирении

Утренняя молитва С рассветом я встаю и говорю: «Благодарю за этот день и воздух». Я ничего взамен не одарю, Лишь тишину в ладонях, словно гроздья. Прости, что я не ведаю, как жить, Что путаю дороги и приметы. Но научи хоть каплю отложить От этой суеты, от суеты этой. Мне не нужны богатства и чины, Ни власть, ни слава, ни людское эхо. Дай только сил не ведать седины В душе, что ищет света и успеха. И если я ошибусь в пути, Напомни мне, что ты всегда со мною. Я постараюсь бережно нести Тот свет, что стал моею глубиною.

Тихая молитва О Всевышний, в тишине ночной Я к Тебе взываю, одинокий. Да минуют чашу нас с Тобой Повороты жизненной дороги. Ты прости, что часто я не прав, Что грешу и падаю устало. Ты — опора, Ты — надежный стержень, прав, Без Тебя душа моя увяла. Дай мне сил подняться и идти, Не роптать, не ждать чужих подачек. Укажи мне верные пути, Чтоб не сделать жизнь свою — иначе. Я прошу не злата, не властей, Только мира в сердце и покоя. Будь со мной среди моих вестей, И укрой от бури и от зноя.

Тихая просьба Господь, услышь мой тихий глас, В нём нет ни гордости, ни зла. Я лишь прошу: в нелёгкий час Не дай свершиться, что ждала. Укрой от зависти людской, От лжи, что прячется в словах. И дай мне силы быть собой В мирах, где правит только страх.

Примирение Не станем жалеть ни о чём и не спорить, И примем этот мир и его простоту. Как будто сквозь годы доносится эхо Тех слов, что когда-то ушли в пустоту.

Проси только малое Бог дал и взял — круговорот времен. Мне лишнего не надо, вот секрет. Я не прошу ни злата, ни корон, Прошу лишь хлеба да молитвы свет. Не надо мне того, что тянет вниз, Чужих наград, завистливых похвал. Когда с душой измученной смирись, Тогда и Бог тебе все то, что дал.

Довольство Бог дал и взял — и ничего не жаль. Мне лишнего не надо, ни гроша. В душе моей — безмолвная тишь, И в этой тишине живет душа. Смотрю на небо, в облака и высь, И чувствую, как мир вокруг прост. Все, что имею, — это только жизнь, И в этом — самый главный мой вопрос.

Смири свой нрав Не дерись, сердитый, положи-ка плеть, Сам себя ты хлещешь, если посмотреть. В гневе только боль, а радости в нём нет, Ты пойми — огнём сжигаешь свой же свет. Как же это горько — злобу в сердце ныть, От себя же прятать, а потом винить. Посмотри на землю, как она цветёт, Если ты не тронешь, счастье подойдёт. Разве стоит лезть в драку по ночам, Когда мир подарен не твоим мечам? Научись прощать, и легче станет жить, Сердце перестанет бешено стучать. Отпусти всё злое, что в душе живёт, В доме пусть покой и радость обретёт. Улыбнись прохожим, хмурым не смотри, Светом наполняйся от зари до тьмы. Не дерись, сердитый, лучше обними, Все враги растают в сумерках тени. Будет мир с тобою, если ты готов Выкинуть свой гнев на сотню мудрых слов.

Ничего не будет как прежде Возможно, это мой последний стих. Я жду тебя — сама не знаю, что. Увидеть бы, прижаться в миг слепой, Утонуть в глазах — и всё, и точка. Но я глупа, раз в сердце теплится Надежда, что вернётся всё опять. Ведь ничего уже не повторится, И прошлого, увы, не поменять. Успокоиться надо, всё забыть, Но как, когда ты — воздух в лёгких? Пытаюсь научиться просто жить Без этих губ, без линий, точек, вздохов. Я буду помнить, но не стану звать, Закрою дверь и выброшу ключи. Тебя мне больше, видно, не обнять, Лишь в памяти оставить и молчать. Пять четверостиший, как пять шагов От той черты, где кончилась любовь. Последний стих — я больше не готов Писать и ждать. Здесь застывает кровь.

Смирение Не возмущаемся, о нет, мы знаем, Хоть гневен взор ваш, наказанье — не со зла. В ваших речах ведь истина простая: Что жизнь без строгости — как поле без числа.

Смирение Не возмущаемся, о нет, мы знаем, Хоть гневен взор ваш, наказанье — не со зла. В ваших речах ведь истина простая, Что нас спасает, как от тьмы — свеча.

Служение закону Не возмущаемся, о нет, мы знаем, Хоть гневен взор ваш, наказанье — не со зла. В ваших речах ведь истина простая: Служить закону — как Фемида нарекла.

Глас закона Не возмущаемся, о нет, мы знаем, Хоть гневен взор ваш, наказанье — не со зла. В ваших речах ведь истина простая: Служить закону — как Фемида нарекла.

Смирение Прошла неделя – вечность для влюблённых, Мы в разлуке, каждый сам с собой. Я знаю, нужно время для забвенья, Чтоб справиться с душевною бедой. Слишком сильное чувство нас сломало, Мы измотаны, уставшие от слёз. Здоровье наше пострадало, Осенний ветер листья вдаль унёс. Как хочется прижаться к шее, к щеке, Услышать сердца близкое биенье. Но я держу себя вдалеке, Храня тебе покой и исцеленье. Любимый, наверно не быть нам вместе, Не вернутся радостные дни. Мы слишком много пережили в этом жесте, Сожгли мосты и догорели сны. Мне горько. Но я смирюсь с потерей, Попробую принять как есть судьбу. Пусть любовь останется лишь верой, А боль уйдёт, как в море поутру.

Твой выбор – мой урок Смирение приму, как должный крест. Зачем сопротивляться? Всё решено. Хотя мне больно — я держу ответ Перед собой: любить так суждено. Ты выбрал путь, я уважаю шаг. Я не хотела потерять всего, Но проявила слабость — сделала не так, И вот цена: нас больше — никого. Ты не обнимешь, не согреешь вновь. Я ощущаю побитой птицей дрожь. Мне так больно… Но в сердце есть любовь, Что через боль, но ты её не трожь. Я принимаю этот горький плод, Хоть дух в слезах, а тело — как в огне. Судьба даёт нам каждому свой ход, Я научусь смиренью в тишине. И пусть расплата — горькая звезда, Мне не забыть, как ты ласкал плечо. Но если выбор сделан навсегда, Я отпущу… и станет горячо.

Птица в клетке Приму смирение — наверно, так и надо. Зачем бороться с тем, что решено? Твой выбор сделан, я его награда Несу, как крест, хоть сердце прожжено. Я не хотела всё терять, но поздно — Судьба смешала карты, я сдаюсь. Любить позволив, я открыла гнёзда, Где птицей побитой теперь вьюсь. Ты больше не обнимешь, не согреешь, А я всё помню каждого тепла. Какую ж боль в груди ты мне посеял, Когда любовь, как свечку, донёсла. Я проявляла слабость — это правда, Любовь сильней рассудка, что с того? Теперь одна — пустая, злая пагода, Где эхом плачет сердце без него. Но я приму. Смирюсь. И может, станет Спокойней жить, разбитой не летать. Судьба сковала, болью наказала, А мне осталось только принимать.

Горький урок Я принимаю всё, что ты решил, Хотя внутри — разорванная рана. Я проявила слабость, но не скрыл Мой страх, что я любила слишком рьяно. Судьба решила: нам не по пути, Твой выбор сделан — я его уважу. Мне больно, но я не хочу идти Наперекор — я тихо всё улажу. Ты больше не обнимешь, не обожжёшь Своим теплом, что грело меня ночью. И не приласкаешь — ну что ж, Я стану камнем, тверже и короче. Но я люблю — и это не отнять, Смирение моё — моя опора. Никто не сможет мне заменить тебя, Хотя теперь всё кончено, всё скоро.

Смирение Приму смирение — наверно так и надо, Зачем сопротивляться воле рока? Всё решено, твой выбор — как преграда, Я уважаю, хоть и одиноко. Мне больно, я не думала терять, Но ты решил — и слово стало камнем. Я позволила себе любить и ждать, А оказалась в горьком, тёмном плане. Ты больше не обнимешь, не приласкаешь, Как будто солнце спряталось навек. Я так люблю — но ты не откликаешься, И кажется, что ты — не человек. Смирение моё теперь — спасенье, Оно как щит от боли и обид. Но в сердце стонет тихое прощенье, И по щеке слеза моя бежит.

Осенний мотив И уходят все печали и сомненья Вместе с каплями, что тают на стекле. Я приму любые жизни измененья, Словно листья в октябре на земле. Тихий дождик барабанит по карнизу, Унося в водосток осенний вздох. Мы с тобою в этой серой ризе В этом городе, где правит бог.

Искра смиренья В моей душе — два голоса в борьбе: Один — «Я — Бог», другой — «Прими Христа». Я возвожу преграды ворожбе, Но вера тихо входит в ворота. Она не гром, а тихий, робкий свет, Что озаряет гордый, мрачный храм. Я отрекусь от мнимых, лживых эф — И пусть Господь войдет по адресам.

Когда приходит тишина Сначала — холод, лезвие под ребро: Ты вспоминаешь каждое «прости». Вот мамин плащ на вешалке с утра, А вот обида, что не унести. Потом — круги по комнате, как зверь, И голос внутренний твердит: «Успей». Но поезд улетел — и ты теперь Глядишь на рельсы, полные червей. Проходит год — ты спишь без снов, без дрожи, И фотографии стоят на полке. Ты больше не твердишь: «О Боже, Боже», А просто ставишь чайник без умолку. И вот — прощение, как свет в конце, Ты сам себе даёшь его, не ждя. Ты не успел — прости себя, глупец, И начинай свой путь из середины дня. Смирение — не слабость, это мост Между былым и тем, что впереди. Ты отпускаешь груз — и полный рост Вдруг обретаешь, лёгкий, как дожди.

Смирение Сначала — гул, как будто рухнул дом, И воздух стал густым, как сироп. Ты помнишь: кто-то спал с тобой вдвоём, А кто-то так и не допил свой глоток. Потом — вопрос: «Зачем я, а не он?», И пальцы мнут висок до синевы. Ведь ты махал в последний раз в вагон, Когда ещё всё было до поры. Но вот приходит пятая весна, И ты не ждёшь звонка из-за угла. Листва шуршит, трава уж не черна, И ты прощаешь тех, кто не пришла. А главное — прощаешь сам себя За этот ком, за крик, за немоту, За то, что жил, любил, не долюбя, И не успел сказать за версту. И в этом — мир, не горький, не пустой, Как первый снег, как детский тихий вздох. Ты больше не ведёшь с судьбой account, Ты просто — человек, и это слог.

Последний рубль Не осталось ни рубля, Только небо да земля. Смерть приходит не спеша — В нищете душа тиха.

Жизнь научила Жизнь научила верить и молчать, не плакать, если очень-очень плохо, на зло таким же злом не отвечать и счастье собирать свое по крохам. Быть сдержанной, когда открыто врут, не принимать немедленных решений и радоваться солнцу по утру, прося беречь от глупых заблуждений. Она велела помнить о былом, но не таить обиды в сердце дольше, идти своим, а не чужим путём, и верить в невозможное, но больше. Учила принимать любой урок с достоинством, без лишних сожалений, и отпускать, когда приходит срок, не тратя время на пустые тени. Теперь я знаю: боль — не навсегда, и за туманом солнце ярче светит. Жизнь — это не борьба, а череда мгновений, что за нас с тобой в ответе.