Стихи про природу

Родниковая сила Шоркасы — край, где детство провел я, Хоршеваши вода хранит секрет: Мы пескарей ловили, не тая, И счастья было много, спору нет. За деревней поля, где я постиг Искусство жать серпом — нелегкий труд. Хлеба в руках, и каждый колос — миг, Что навсегда в душе моей живут. Луга душистые, раздолье, ширь, Родник студеный бьет из глубины. Глотнешь — и не возьмет тебя ни хворь, Ни зимний холод, ни иные сны.

Родные Шоркасы Деревня детства, Шоркасы моя, У тихой Хоршеваши, где вода Хранит песок и детства берега, Где пескарей ловили мы тогда. За околицей поле золотое, Я жал серпом, учился не спеша. Земля дарила нам тепло простое, И колос падал, словно ворожа. Луга в цветах, как пестрый сарафан, Родник в овраге — чистая слеза. Напьешься — и не страшен ураган, В жару и стужу светится роса.

Край мой Шоркасы Шоркасы — малый мой родимый край, Где Хоршеваши плещет в берегах, Где мы ловили пескарей, бывало, И загорали на речных песках. За деревней поля, как море, зрели, Я серпом учился хлеб срезать. Луга без края, травы в ярком цвете, И ветерок с ними играл опять. У родника, что в низине у леса, Вода хрустальная, как слезы чистоты. Напьешься кружку — вся уйдет болезнь, И в стужу зимнюю тепло почуешь ты.

Родные Шоркасы Деревня детства, Шоркасы моя, У речки Хоршеваши, где вода Хранит пескарьих отблесков игру, И сенокосы в утреннем жару. За околицей поле золотое, Где серп учил сжинать я хлеб до пота. Луга в цветах, где ветер вдаль бежал, И каждый стебель тайну колыхал. Родник у края, чистая струя, Напьешься — и не тронет хворь тебя, Хоть в зимний холод, хоть в июльский зной, Вода та вечно связана с тобой.

Родные Шоркасы В краю, где Хоршеваши воды льются, Стоит деревня — Шоркасы моя. Там детство с юностью в веках смеются, И в памяти — березки и поля. Бегу тропой, где ивы шепчут тихо, Где отчий дом и ласковое окно. Здесь каждый камень — мне родная книга, И сердцу здесь уютно и тепло. Пусть годы мчат, но я душой с тобою, Мой тихий край, где началась мечта. Ты навсегда моею стал судьбою, Деревня светлая, как та вода.

Отчий дом у Хоршеваши В Шоркасах, где речка Хоршеваши Бежит, как в детстве, по камням, Я помню дни, что стали краше Вдали, в чужих теперь краях. Сбегали к ней с обрыва круто, Ловили свет в ладонях рук. Июльский зной, июньский утро Вплетались в наш пастуший круг. Теперь я редко приезжаю, Но в сердце берег тот живой. Я речку мысленно ласкаю, И слышу голос молодой.

Река моего детства Шоркасы, деревня моя, — Где Хоршеваши-река В детство звала, в забытые края, Где были мы легки, как облака. Босые ноги помнят берега, Где ивы кланялись воде. Там время шло, как будто бы слуга, И солнце плыло в утренней звезде. Теперь я взрослый, но во сне Всё слышу плеск и детский смех. Деревня та — как будто на дне, Но свет её не гаснет для нас всех.

Родные берега Шоркасы — тихий мой причал, Где детство плещется в реке. Хоршеваши ласкает бал Ивовых веток вдалеке. Здесь каждый камень помнит шаг, Тропинки вьются меж холмов. Июльский зной, и в поле мак, И крики радостных галчат. Я уезжал, но сердце тут, Где неба синь и плеск воды. И сны о родине плывут В край безмятежной красоты.

Бабье лето К нам сентябрь пришёл с молодым бабьим летом, Подрумянил осинкам зелёный наряд, В сарафан из парчи бабье лето одето, Кумачом по оврагам рябины горят. Тихо стелется дым над рекою в тумане, Солнце медью ложится на сонную гладь, И в прозрачном лесу, словно в светлом обмане, Каждый лист норовит что-то нам прошептать. Воздух чист и хрустален, как тонкое стекло, Пахнет прелой листвой и последней грозой, Ветер тронет рябину — и алое племя Разлетится по ветру, как искры от гроз. Скоро белые мухи закружатся в танце, И метель заметёт все тропинки в лесу, Но пока мы с тобой в этом светлом багрянце Держим осень за руку и верим в красу. Ах, бабье лето, ты — прощальный подарок, Ты — улыбка уходящего дня, Ты — как мостик из знойных дней в холодный и яркий Мир, где ждёт нас зима, тишиной звеня. Пусть продлится твой миг, теплом ласковый, нежный, Пусть запомнится нам этот светлый покой, И сентябрь, как художник, щедрый и мятежный, Разольёт по земле золотистой рекой.

Сентябрь-художник К нам сентябрь пришёл с молодым бабьим летом, Подрумянил осинкам зелёный наряд, В сарафан из парчи бабье лето одето, Кумачом по оврагам рябины горят. Он берёзкам косынки развесил на плечи, Клёнам в рыжих ладонях огонь засветил, И туманы плетёт, словно белые свечи, Чтобы лес у порога задумчив застыл. Ветер гонит листву по асфальту, как стаю, И шуршит под ногами прощальный привет, В небе клин журавлиный, курлыча, растает, Унося с собой лета последний куплет. А в садах ещё яблоки пахнут медово, И георгины гордо стоят у крыльца, Осень-рыжая кошка крадётся без зова, Но пока ещё лето глядит из лица. Солнце ниже, но свет его тёплый и кроткий, Паутинки летят, как обрывки письма, И в прозрачной дали, где кончаются чётки, Начинается осени долгая тьма. Но сентябрь не спешит закрывать свои краски, Он ещё постоит в золотом полусне, И бабье лето дарит нам нежные сказки, Что останутся в сердце, как свет в тишине.

Город детства Город детства, юности моей, Ты стоишь над быстрою Сурой. Парк зелёный манит всё сильней, Вокзал сияет новизной, как встарь. Сто десять лет — недолгий срок для нас, Но сколько судеб ты в себе хранишь! Твои огни не гаснут в поздний час, И каждый уголок мне дорог, слышишь?

Город детства Город мой, Шумерля, тебе сто десять лет, Ты стоишь над Сурою, где струится свет. Помню парк зелёный, детства моего, И вокзал красивый — всё мне дорого. Юность здесь промчалась, как весенний гром, Сердце к этим улицам навсегда влеком. С днём рожденья, город, светлый и родной, Ты навеки в памяти, как огонь живой.

У Волги Я пред Волгой колено преклоню, Живой водою исцелюсь от ран. Куриный бог найден там — мой талисман, Он дарит силу, словно в давнем сне.

Наша прогулка Рябовы мы, и с нами пёс, Деки хвостом нам радость нёс. С мамой и папой, Лёвой в ряд Идём, где горы и каскад.

Верный друг Деки лает, хвост кольцом, Мы гуляем под дождём. Вместе с Лёвой и семьёй Мир становится родной.

Прощание с летом В саду притихли циннии, Забыв весенний пыл. Их лепестки багряные Осенний свет укрыл. Накинув шаль туманную, Склонился стебель вниз. Так долго цвели, странные, — В них тихий таился каприз. Теперь мороз заманчивый Погладил яркий ряд. Уходят дни обманчивые, Даря нам тихий взгляд.

Осенние циннии В саду притихли циннии, Забыв весенний пыл. Их лепестки багряные Осенний свет укрыл. Накинув шаль туманную, Склонился стебель вниз. Так долго цвели, странные, — В них тихий таился каприз. Теперь мороз заманчивый Погладил яркий ряд. Уходят дни обманчивые, Даря нам тихий взгляд.

Прощание с цветами В саду притихли циннии, Забыв весенний пыл. Их лепестки багряные Осенний свет укрыл. Накинув шаль туманную, Склонился стебель вниз. Так долго цвели, странные, — В них тихий таился каприз. Теперь мороз заманчивый Погладил яркий ряд. Уходят дни обманчивые, Даря нам тихий взгляд. Но в этом увядании Есть светлая печаль: Как будто на прощание Они уносят даль. Их лепестки последние Дрожат на ветерке, Как письма те прощальные В неведомой руке. А утром иней стелется По стеблям и листам, И циннии не делятся Своим теплом с кустам.

Осенние циннии В саду притихли циннии, Забыв весенний пыл. Их лепестки багряные Осенний свет укрыл. Накинув шаль туманную, Склонился стебель вниз. Так долго цвели, странные, — В них тихий таился каприз. Теперь мороз заманчивый Погладил яркий ряд. Уходят дни обманчивые, Даря нам тихий взгляд. И в этом увядании Есть кроткая краса: Как будто на прощание Цветут под небеса. Их бархат и соцветия Уже не те, что в мае, Но в золоте предвечернем Они не увядают. Пусть стебли гнутся к холоду, Роняя лепестки, Но помнят они молодость И вешние деньки.

Шёпот мира Владычицы света, в безмолвной ночи, Звёзды поют в вышине надо мной. Впустите в свой дом, где покой не молчит, И мир прошепчет мне голос живой.

Осенний свет Лето сдало посты, и листва Осыпается тихо во двор. Осень — рыжая, словно молва, Зажигает свой тихий костёр. Клин улетает в далёкие страны, Слышен прощальный их крик. В поле туман, и в душе — как в тумане, Но светел осенний миг. Солнце ниже, но светит иначе, Мягче, теплее, родней. Лето в памяти, но не иначе, Как осень — время огней.

Осенний этюд Лето кончилось, и на пороге Осень в золоте и в серебре. Листья падают, словно в дороге, Устилая тропинки к утру. Воздух звонкий, прозрачный, как струны, И рябина горит в вышине. Ветер гонит по небу перуны, Но тепло ещё дышит во мне. Скоро белые мухи закружат, Скоро стужа заглянет в окно. Но пока ещё осень не стужа, И душе от того так светло.

Прощание с летом Вот и лето ушло, оставляя тепло, В парках листья кружат в тишине. Небо хмурится, дождик стучит в окно, Осень входит в права при луне. Солнце ниже, и дни коротки, Воздух свеж и прозрачен, как лёд. Собираем в ладони листки, Провожая последний полёт. Но в душе не печаль, а покой, Ведь у осени свой аромат. Красота увяданья — живой, И в ней каждый по-своему рад.

Осенний лист Кружит лист над мокрым тротуаром, Ветер гонит прочь остатки сна. Город спит под серым небосклоном, И душа тиха и холодна.