Стихи про партнёра

Одной тобой Пленник бедный и смиренный, Лишь тобой и мертв и дышит. Мой мирок — ты, несомненно, В нём тону и небо вижу. Ты — и яд, и исцеленье, Ты — и шторм, и штиль в ладонях. Я ищу в тебе спасенье, Теряясь в твоих бездонях. Каждый вдох — тобой отравлен, Каждый выдох — вновь покорность. Этот плен тебя прославлен, Это чувство — непокорность. Я хочу быть вольной птицей, Но к тебе прикован цепью. Не могу освободиться, Лишь тобой и тлен, и теплю. Если хочешь — разорви же Эту связь, что душу ранит. Но и в смерти буду ближе — Ты мой рай, ты и изгнание.

Пленник чувств Пленник бедный и смиренный, Лишь тобой и мертв и дышит. Словно лист, судьбой согбенный, Твоего полёт свой слышит. Ты — мой воздух, ты — мой камень, Ты — и свет, и тьма в ответе. Я сгораю, словно пламень, В этой выжженной планете. Нет спасенья, нет исхода, Только ты в моём эфире. Я — рабом был от природы В этом бесконечном мире. Отпусти же, если сможешь, Разорви тугие нити. Без тебя — себя уничтожу, Лишь с тобою — будто в бытии.

Зимний вечер вдвоём Неужели я тебе так не мила, Что в доме нет ни ласки, ни тепла? Живём, как соседи, в тишине, Где нет ни страсти, ни огня в окне. Забыты нежность, смех и поцелуи, Остались только счёты и дела. Мы стали теми, кто друг друга любит Лишь по привычке, что не умерла. А помнишь, как весной мы строили планы? Мечтали вместе до седых волос. Теперь в глазах твоих лишь тени странны, И каждый вечер — как под откос. Я не хочу так дальше, слышишь, милый? Давай сорвём сомнений паутину. Верни мне ту, что ты когда-то любил, Пока мы не сломали половину. Я верю, что ещё не всё потеряно, Что можно разжечь угасший свет. Прошу, взгляни — я всё ещё влюблена, И для любви преграды в мире нет.

Остывший очаг Неужели я тебе так не мила, Что в доме нет ни ласки, ни тепла? Живём, как соседи, в тишине, Где нет ни страсти, ни огня в окне. Бывало, взгляд — и мир перевернётся, А нынче каждый сам с собой сражается. Любовь, как эхо, тихо отдаётся, И сердце по ночам не просыпается. Мы делим быт, как чуждые квартиры, Забыв, что вместе быть — искусство быть. Твои слова — пустые, словно лиры, И нам уже друг друга не любить. Но может, стоит крикнуть, разорвать Тиши, что стала толще стен бетонных? Попробовать друг друга обнимать В объятиях, а не в словах салонных. Я жду, что ты заметишь этот холод, Что между нами вырос, как стена. Верни мне страсть, я не прошу так много, Лишь чтобы ты сказал: «Ты мне нужна».

Тепло без ответа Твой холод — не каприз, а суть, Ты весь из стали и из льда. Я не могу к тебе прильнуть, Моя любовь — как свет без следа. Я отдаю всё, что могу, Но ты не принимаешь дар. В твоём безмолвном берегу Моей любви — лишь перегар. Пытаюсь сердцем отогреть, Но ты всё дальше, всё чужой. И остаётся лишь смотреть, Как мы становимся золой.

Без ответа Я говорю — ты молчишь в ответ, В твоей груди — ледяной покров. Моей любви здесь надёжи нет, Как нет тепла среди зимних снов. Я протяну ладонь — ты отведёшь, Как будто я — случайная беда. Мою тоску ты просто не поймёшь, В твоей душе — холодная вода. И всё, что было, стёрто в пыль, Остался только горький, тихий след. Моя любовь — напрасная быль, Которой в сердце у тебя уж нет.

Ледяное сердце Ты смотришь сквозь меня, как будто нет, Как зимний ветер, колкий и чужой. В твоих глазах — застывший, бледный свет, И я стою с продрогшею душой. Я грею руки о твои слова, Но в них — лишь стужа, а не теплота. Любовь моя, как ранняя трава, Под слоем льда зачахла и ушла. И мне не растопить твой вечный лёд, Ни словом, ни отчаянным теплом. Лишь ветер в поле жалобно поёт О том, что мы с тобой — не об одном.

И чувствовать себя И чувствовать себя собой — С тобой особенно приятно.

Кофе и кино Пить вкусный кофе, обсуждать все фильмы, Смеяться, долго говорить, Бродить по Ленина в ночи, Петь песни уличных артистов, Смотреть глаза в глаза, молчать — Всё это с тобой особенно приятно.

Терпи и смейся Характер мой с ебанцой, я знаю, сложный слишком, Кусаю от любви, как бешеный мальчишка. Доверю всё тебе и заставлю ревновать, Сама ревную так, что не унять. Мы ссоримся, миримся — вечный наш круговорот, Ты терпишь, улыбаясь: «хомяк, ну ты же вот». И в этой суматохе, в этой психушной жиле Мы держимся друг друга, словно в силе. Разлука — пытка, встречи — как глоток, Скучаем до дрожи, до боли, до строк. Поддержка плечом, когда мир рушится в прах, — Вот наша любовь: и в слезах, и в цветах. Нелепая, страстная, с привкусом беды, Но нет её родней, нет правды и вражды. Смеёшься надо мной, я злюсь — и вновь люблю, Всю эту карусель я счастьем назову. Терпи, мой хомячок, я рядом навсегда, Ведь ты — моя любовь, беда и ерунда.

Бешеные хомячки Мой характер с ебанцой, порой такой несносный, Я кусаю от любви, доверяю тайны, слёзы. Заставляю ревновать, ревную и психую — Ты же смотришь, как хомяк, смеёшься, не тоскуя. Мы в дружбе и в любви, то мир, то ссоры вновь, Но в каждой ссоре — скрытая любовь. Ты терпишь мой укус, как дикого зверька, А я скучаю, если ты не у виска. Расстались — и часы ползут, как вечность, Мы ждём, когда вернётся бесконечность. И в этой тяге есть и боль, и свет, Любовь — не только нежность и букет. Не всё в ней гладко, есть и ерунда, Но в этой «психушке» мы вместе навсегда. Поддержка в трудный час и свет в конце туннеля — Вот что есть любовь, а не просто карусели. Я до сих пор твой бешеный хомяк, Кусаю, но люблю — и это не пустяк.

Июньское солнце Волосы твои — как рыжий песок, Глаза — из зелени и синевы стекло. Улыбка — летний солнечный денёк, Лицо твоё от счастья расцвело. Хочу глядеть на веки прямиком, В твои черты, что дарит мне судьба. Ты стала самым главным огоньком, Моим теплом и небом в два крыла.

Твоя улыбка Рыжина кудрей — как пламя на ветру, А в зелено-синих глаз — глубокая река. Твоя улыбка дарит мне игру, Душа открыта, вечно молода. Я не устану вечно повторять: Ты — чудо света, яркая звезда. И взгляд твой — то, что сложно описать, Я в нём тону, как в море, навсегда.

Искра в седине В зеркалах лицо другое, в волосах седая прядь, Взгляд потухший, осторожный, но горит всегда огнём. Сердце помнит нашу нежность, будет вечно согревать, И стучит порой устало, но не гаснет он притом. Принимать пора смиренно, что не вечен наш запал, Что огонь, горевший ярко, остывает на ветру. Только мы бы не хотели, чтобы кто-то счастье потерял, И в конце пути увидел там унылую игру. Не вернуть былые чувства, не разжечь потухший свет, Только искорка мерцает, и манящий взгляд твой. Мы меняемся с годами — лучше нас уже и нет, Но храним мы те же чувства, что дарили нам покой. Помним, как мы были юны, как кипела в нас кровь, Каждый день как приключенье, каждый взгляд как вызов всем. А теперь мы тихо дышим, вспоминая вновь и вновь, Но в глазах всё та решимость, не боимся мы совсем. Я прижмусь к твоей руке, и она всё так крепка, И почувствую, что ты мне стала всех дороже и милей. Пусть ушла былая пылкость, но осталась глубина, Где мы тонем, не спеша, в тихой нежности своей.

Тихая нежность В зеркалах лицо другое, в волосах седая прядь, Взгляд потухший, осторожный, но горит всегда огнём. Сердце помнит нашу нежность, будет вечно сохранять, И стучит порой устало, но живём мы с каждым днём. Принимать пора смиренно, что не вечен наш запал, Что огонь, горевший ярко, остывает на ветру. Только мы бы не хотели, чтобы кто-то счастье потерял, И в конце пути увидел там одну лишь пустоту. Не вернуть былые чувства, не разжечь потухший свет, Только искорка мерцает, и ловлю я взгляд твой. Мы меняемся с годами — лучше нас уже и нет, Но храним мы те же чувства, что бывали в нас порой. Помним, как мы были юны, как кипела в нас кровь, Каждый день как приключенье, каждый взгляд как вызов всем. А теперь мы тихо дышим, не заглядывая вновь, Но в глазах всё та решимость, не боимся мы преград. Я прижмусь к твоей руке, и она всё так крепка, И почувствую, что стала ты ещё родней и милей. Пусть ушла былая пылкость, но осталась глубина, Где мы тонем, не спеша, в тихой нежности своей.