Стихи про Дон

Свежесть новых лет А ветер, пробегая мимо нас, С собой уносит свежесть новых лет. И каждый камень, солнцем раскалён, Хранит не тяжесть — только звон весны.

Радостный ответ Здесь в каждой ветке — радостный ответ, В каждом прибое — ясная строка, Как будто сам рассвет, оставив след, Коснётся лба прозрачностью слегка.

Земля умеет петь И, кажется: земля умеет петь, Когда простор над волнами разлит, Тогда так хочется не спорить — а смотреть, Как мир цветёт, сверкает и шумит.

Звон весны И каждый камень, солнцем раскалён, Хранит не тяжесть — только звон весны. И бег волны, и дальний зов времён Слились в сиянии волшебной стороны.

Вечный лад Здесь Дон и море — вечный, чудный лад, Не в споре волн, а в музыке живой. И эта синь, и травы, и закат Учат любить, как жить, как быть собой.

Искренность у моря Здесь Дон с морскою синью бьётся в пляс, И утра свет на камни льёт рассвет, А ветер, пробегая мимо нас, С собой уносит свежесть новых лет.

Дон и море Здесь Дон с морскою синью бьётся в пляс, И утра свет на камни льёт рассвет, А ветер, пробегая мимо нас, С собой уносит свежесть новых лет. Здесь Дон и море — вечный, чудный лад, Не в споре волн, а в музыке живой. И эта синь, и травы, и закат Учат любить, как жить, как быть собой.

Казачья доля Донские казаки — вольная сила, Их жизнь в седле, их дом — простор степной. Они за правду и свободу бились, И слава их живёт в легенде той.

На заставе У Дона-реки стоит застава, Казак на страже — взгляд его суров. Он помнит клятву, данную когда-то, И защищает этот тихий кров.

Донская воля Над Доном-рекой встаёт рассвет, И слышен топот лошадиных ног. Казак в седле — свободный человек, Его не сломит ни враг, ни рок.

Мозаика Дона На Дону, где плещется волна, Народов много, как в реке песчинок. Белорусская душа видна В мозаике культурных картинок.

Шолоховский Дон Шолохов писал: на Дону — не край, А перекресток множества дорог. Белорус, как свой, встречай, встречай, Ведь каждый здесь — как брат, как друг, как бог.

Песнь народов Степь донская — как большой ковер, Где каждый узел — свой язык и быт. Белорусский говор слышен с гор, В многообразии народном — жизни сыт.

Культурный переплет Шолохов видел: Дон — не просто степь, Здесь говор, песни, танцы — все в едино. Белорус, казак — смогли суметь Создать узор, где культура — картина.

Дон многоликий Не одною казачьей душой Дышит донская земля: Тут и турок, и грек с татарвой Степные пахали поля. И в крови у потомков — прибой Разных культур и племён. Шолохов — летописец, герой, Что воспел этот вечный закон.

На берегу Дона Над Доном — туман, словно шаль, И слышен базарный галдёж: Тут русскую слышишь печаль, А там — украинский дрожь. Казак с чеченцем рядом стоят, Глядят на простор голубой, И ветры столетий летят Над общей для всех нас судьбой.

Родная земля На Дону родился, рос, учился, Патриотом стал земли родной. Шолохов в веках прославил Край могучий, дорогой.

Могучий край На Дону родился, рос, учился, Патриотом стал великим он. Шолохов в веках прославил Край могучий, как закон.

Край родной На Дону родился, рос, учился, Патриотом стал земли своей. Шолохов в веках прославил, Край могучий, нет сильней.

Забытый закон Забыт старинный тот закон, Что помнит вековой шатёр, Ковыль качает тихий Дон, Горит полуночный костёр.

Тайна курганов Ковыль качает тихий Дон, Горит полуночный костёр, Забыт старинный тот закон, Что помнит вековой шатёр.

Донская легенда В степи широкой, где туман, Течёт река сквозь вечный сон, Там ждёт её молодой атаман, Хранит веками встречу Дон. Курган молчит среди полей, Но в шуме волн звучит ответ, И тень забытых тех ночей Скрывает девичий секрет.

Вечный дозор Напрасны были все усилья — В пыли остыла острая сталь. Столетья канули в бессилье, А даль глядит, как прежде, вдаль. Курганы берегут преданья, Их не разрушить даже тьме. В страницах древнего сказанья Наш след не стёрся на земле. Пусть время сыплет горсткой пепла, Пусть ветры рвутся наугад — Ростов стоит, и мысль окрепла: Никто не повернёт нас вспять. Свобода — не простое слово, Она — как воды в русле рек. Дон жив, покуда жив готова Казачья верность из века в век.

Наследие степей Минули годы, стёрлись грани, Но степь хранит былые сны. Ветра поют о древней брани, О славе вольной стороны. Курганы помнят взгляд суровый, И песнь ковыльная звучит. В пыли веков, в пыли дорожной Наш дух, как прежде, не молчит. Пусть пепел времени ложится, Пусть ночь сгущается вокруг — Ростов стоит, и не случится Забвенья наших славных рук. Свобода — не пустое слово, Она течёт, как Дон, в крови. Пока казак в седле готово Стоять на страже всей земли.