Стихи про деревню

Речной берег Цветы весны раскрылись у реки, И птичий хор звучит в вышине. В деревне красота, родники, И ты со мной — вся жизнь в весне.

Деревенская весна Весна пришла, и расцвела краса, Птицы поют в сиянии зари. У ключа родника, где чиста роса, Ты обнял меня — и мир внутри.

Дом Не город огромный, не шум, А тихая сельская даль. Здесь дышится полной грудью, И нету печали и жаль.

Утро в деревне Следы ведут к калитке в сад, Сорока в небесах кричит. Собака, свернувшись у ног, На мир зимой спокойно глядит.

Для Маши из Арзамасцева Бабушка Маша, с днём рождения тебя поздравляем! Глаза твои голубые, как озёра в Арзамасцево, сияют, И в них столько тепла, что согреет любую непогоду, Когда мы приезжаем в деревню, где кошки нас встречают. Шестьдесят два года — не возраст, а новая глава жизни, Ты полна доброты, как сад полон яблок и вишен. Ждёшь нас с нетерпением, чтобы накормить пирогами, И рассказывать сказки под шум дождя за окошком. Пусть здоровье твоё будет крепким, как дуб у калитки, А душа — молодой, как весенние ручьи в полях. Пусть каждый день дарит тебе улыбки и радость, Как кошки, что мурлычут, лежа на твоих коленях. Ты — свет нашей семьи, с голубыми глазами и сердцем, Которое учит нас ценить простые моменты счастья. Спасибо за ласку, за дом, где всегда нас ждут, В Арзамасцево, где время течёт медленно и мудро. С днём рождения, бабушка! Пусть годы летят, как птицы, Но не уносят твою доброту и тепло взгляда. Мы любим тебя, и всегда будем рядом, как прежде, В деревне, где кошки и память хранят наши сказки.

Ожидание в деревне В Арзамасцеве, где кошки бродят, Ждёшь нас бабушка с теплом в глазах. Шестьдесят два года — не в уро́де, А в сиянье добрых и светлых фраз. С днём рождения, милая Маша! Пусть здоровье будет, как стена. И пускай судьба тебе покажет Только радостные времена.

Тепло в Арзамасцеве В деревне Арзамасцево живёшь, Где кошек много и душа поёт, И в голубых глазах твоих найдёшь Тот свет, что в шестьдесят два не уйдёт. Мы к вам спешим, бабуля дорогая, Чтоб обнять и пожелать добра. Пусть будет жизнь твоя всегда такая, Как летний день, полна тепла.

Для Марии Алексеевны В Арзамасцево, где кошки бродят по дворам, Бабушка Маша смотрит голубыми очами. Ей шестьдесят два, но молодым её дарам, Мы рады в день рождения быть рядом с вами. Одиннадцатое апреля — день особый, светлый, Для Марии Алексеевны, что всех нас согревает. Пусть будет жизнь твоя, как сад весенний, щедрый, И кошки ласково тебя оберегают.

Тепло в глазах Бабушка Маша, глаза голубые, В Арзамасцево живёшь, средь кошек и полей. Шестьдесят два года — годы золотые, Ты ждёшь нас с теплотой, что светит всё светлей. Апрельский день одиннадцатый — всемирный день Марии, Мы шлём тебе улыбки, поздравленья и цветы. Пусть будут дни твои полны любви и силы, И кошки рядом мурчат от доброты.

Новый сосед Купил он дом в глухой деревне, Над ним смеялись старики: «Не доживёшь ты до рассвета, Здесь тени спят в углах тоски». Он месил глину, мыл оконца, Пока луна не встала в зенит. И вдруг из щелей, словно онемца, Нечисть на волю поспешит. Он вспомнил соль — кругом рассыпал, Зажмурился от страха в ночь. Вопли, как вихрь, по дому выли, Не смел он веки разомкнуть. А утром вышел — весь седой, И чёрт присел к нему, как брат: «Ну что, сосед, давай дружить, Ведь ты один такой усат».

Ночной договор Купил он дом, где тень лежит, Соседи смех свой не таили: «Не доживёшь!» — они твердили, Но парень их не устрашил. Он убирал до полуночи, Когда из щелей поползла мгла. Соль рассыпал, закрыл он очи — И ночь от воплей загудела. А утром вышел весь седой, И чёрт присел к нему с вопросом: «Ну что, сосед, давай с тобой Мы заживём теперь по-новому?»

Соседство с тьмой Дом заброшенный купил, Над ним смеялся каждый житель. «Не доживёшь», — они твердили, Но он не верил в этот бред. Украшал до полуночи, И вдруг из щелей — адский вой. Соль рассыпал, сжался в кучу, Не смел открыть глаза от страха. Утро — петухи, рассвет, Он вышел седым, как старик. Чёрт присел, обнял за плечи: «Давай дружить, сосед, привык».

Ночной договор Купил он дом, где тень легла, Над ним смеялась вся деревня: «Не доживёшь ты до утра, Глупец, не избежишь кошмара». Он убирал до полуночи, И вдруг из щелей — нечисть, мгла. Соль рассыпал, закрыл он очи, И вопли ночь терзала зла. Пропели петухи на зорьке, Он вышел седым на порог. И чёрт присел на крыльце горьком: «Ну что, сосед, давай, дружок».

Детская воля Ты летом в деревне у бабушки гостила, У тётки Ольги дни свои ты проводила. Её свободный нрав тебя тогда манил, Она на реку вас одних всегда пустила.

Летние каникулы А летом ты в деревне у бабушки была, И часто у тётки Ольги время коротала. Она свободных нравов, душою светла, И на реку вас отпускала, не мешала.

Свободные нравы Ты летом в деревне у бабушки жила, У тётки Ольги дни свои ты проводила. Она свободных нравов, добрая была, И на реку вас отпускала, не таила.

Река детства В деревне у бабушки лето ты провела, У тётки Ольги часто время проводила. Её свободный дух тебя тогда манил, Она на реку вас одних всегда пускала.

У тёти Ольги Ты летом в деревне у бабушки гостила, У тётки Ольги дни свои коротала. Её свободный нрав тебя манил и мил был, Она на реку вас одних отпускала.

Деревенское лето А летом ты была у бабушки в деревне, И часто зависала ты у тётки Ольги. Она была всегда свободных нравов, И на реку вас отпускала всех детей одних.

В глуши лесной За полями, за горами, В глуши лесной, среди сосен, Живёт мужчина – просто клад, О нём идёт повсюду молва. Он дом построил, всё устроил, Хозяйство день за днём ведёт, И в душе его – поэзии свет, И Высоцкого он не забудет, нет. Он семьянин, надёжный, свой, Таких людей сейчас не делают, И в этом факте – грусть и свет, Что редкий тип ещё встречается.

Редкий экземпляр Где поля бескрайние стелются вдаль, А горы и леса – как природная даль, Там живёт мужчина, о котором молва, Что он – редкость, сокровище, дивная глава. Он дом воздвиг, порядок навёл, Хозяйство ведёт, как искусный творец, И в сердце его – стихов благодать, И Высоцкого он готов вспоминать. Семьянин примерный, душа золотая, Таких не производят, увы, нынче в мире, И слухи не лгут: в век технологий и спешки Он – островок добра и простой человечности.

Хозяин земли За полями, за лесами, В краю, где сосны шепчут сказки, Живёт мужчина – клад земли, О нём ходят повсюду ласки. Он дом построил, всё устроил, Хозяйство ведёт неустанно, И в душе его – поэт живёт, Любовь к Высоцкому – постоянно. Он семьянин, опора, друг, Таких людей сейчас не делают, И в этом мире суетном Его примером дорожают.

Легенда среди сосен Где поля бескрайни, горы вдали, Среди сосен старых, в тихой глуши, Живёт мужчина, о котором молва, Что он – настоящая дивная глава. Он дом возвёл, порядок навёл, Хозяйство ведёт, как часовой механизм, И в сердце его – поэзии свет, И Высоцкого он помнит, как завет. Семьянин отменный, душа широка, Таких не найти в век суеты и тревог, И слухи правдивы: в наш стремительный век Не делают больше таких человек.

Современный клад За бескрайними полями, За горами, за лесами, Среди сосен, говорят, Есть мужчина – просто клад! Он в деревне дом построил, По порядку всё устроил, И все сутки напролёт Сам хозяйство там ведёт. Он поэзии любитель И Высоцкого ценитель, Плюс отличный семьянин – В общем, редкий гражданин. И не даром слухи ходят, Что теперь не производят В современных мастерских Замечательных таких.