Стихи про абсурд
Смешные и нелепые стихи, где абсурд становится искусством.
Стихи
Утренний абсурд
Быть может чей-то господин, а может быть слуга,
Решил мусор выбросить с утра, не чуя ни врага.
И мне кричат: «Дура, зачем трудиться, зачем пахать?
Пошел бы лучше в туалет посрать!» — такая ерунда.
Не хочешь спать — иди в кино, налейте лучше мне вино,
Забудь про стыд, про кодекс, про то, что так заведено.
Ведь жизнь — сплошной спектакль, где каждый сам себе режиссёр,
И мы играем роли, не жалея ни глаз, ни рук, ни шпор.
А господин иль слуга — какая, в сущности, нам разница?
Они в быту похожи, как на дне одна и та же грязица.
Кто мусор вынес, кто посрал — всё суета сует,
Пока в стакане плещется вино, смывая весь наш бред.
Так выпьем же за абсурд, за то, что смысла в мире нет,
За то, что даже в туалете мы ищем свой сюжет.
И пусть кричат: «Дура!» — мы им в ответ нальём вина,
Ведь в этой драме каждый сам себе и господин, и слуга.
Дедушкина диета
Дед на завтрак съедает кусок
Мыла с запахом свежей мяты.
Говорит: «Я здоров, как бычок»,
А внуки хватаются за лопаты.
Дедушкин секрет
Дед украдкой жуёт хозяйственное,
Говорит: «Укрепляет иммунитет».
Внуки шепчутся: «Всё натуральное,
Только мыло — не лучший обед».
Совет диетолога
Дед жуёт мыло, как будто батон,
Врач сказал: «Это вредно для ЖКТ».
Но дедуля — упёртый дракон:
«Я и мыло люблю, как конфету!»
Странный завтрак
Дед сидит и ест мыло с утра,
Вкус у мыла — хоть плачь, хоть умри.
Но дедуле, похоже, пора
Убедиться, что мы — не внутри.
Эксперимент
Берем пучок укропу, потом кошачью жопу,
Смешаем в блендере — и выпьем на ура.
Пусть вкус необычаен, зато какая тема!
И скажем: «Вот так кухня — сплошная поэма!»
Поэзия кулинара
Берем пучок укропу, потом кошачью жопу,
Зальём всё кефиром — и выйдет суп-рагу.
Никто не ел такого, но мы не унываем,
Ведь в каждой странной блюде мы что-то открываем.
Странный обед
Берем пучок укропу, потом кошачью жопу,
Кладём на сковородку — и жарим понемногу.
Подайте к столу это: друзья, не удивляйтесь,
Ведь в этом ресторане — лишь странности, смиряйтесь.
Колдовство на кухне
Берем пучок укропу, потом кошачью жопу,
Добавим в банку соли — и вызовем потопу.
Заклятье прошептали, накрыли крышкой плотно,
И вышло зелье силы — смеяться нам охотно.
Кухня чудес
Берем пучок укропу, потом кошачью жопу,
Варим в кастрюле суп — и скинем всю заботу.
Приправим перцем, мятой, и скажем: «Вот так чудо!»
Гурманы, удивитесь: здесь вкусно, хоть откуда.
Рецепт абсурда
Берем пучок укропу, потом кошачью жопу,
Смешаем, как в компоте, в волшебном этом соте.
Добавим щепотку соли, чтоб было веселее,
И выпьем на застолье за странные идеи.
Краш на помойке
Жил-был бомж по кличке Краш,
Прозвище Ильмар Гаяз.
Он носил рваный плащ
И почти что был лыс (раз).
Как-то вечером у бака
Повстречал двух дивных дам:
Рузанна и Азалина —
Сразу приглянулись нам.
«Ой, Ильмар, ты мой кумир!» —
Рузанна шепчет, млея.
«Нет, он мой воздушный зефир!» —
Азалина, не робея.
И пошла у них борьба
За бомжа-красавца.
В ход пошли и лом, и швабра,
Даже пылесос «Самсунг».
Ильмар Краш сидел в сторонке,
Ел батон и пил компот.
Две подруги-чемпионки
Выясняли, чей черёд.
В итоге обе устали,
Помирились и ушли.
А Ильмара не забрали —
Он остался у земли.
Битва за бомжа
На скамейке у вокзала
Бомж Ильмар сидел, скучал.
Рядом пыльная гитара,
Он прохожим напевал.
Тут идёт Рузанна с Азалиной —
Две подруги, просто класс.
Увидали бомжа дивного,
Сердце ёкнуло у нас.
«О, Ильмар, ты наш красавчик!» —
Крикнула Рузанна вдруг.
Азалина: «Он мой мальчик!» —
Завязался тесный круг.
За волосы друг друга хвать,
Сумки в стороны летят.
Бомж Ильмар решил сбежать,
Но порвали его халат.
«Я пойду с тобой, Ильмарик!» —
Азалина вопит в такт.
«Нет, он мой, ты просто шарик!» —
И Рузанна лезет в драку.
В общем, кончилось всё миром:
Бомж ушёл с одной из них.
А с какой — пока что шифром,
Ведь Ильмар — мужик не промах.
Оксана и сухарь
Оксана-водолаз, тупая Оксана,
Жрёт сухарь, а он ест мясо.
Сын её жырдяй, ленивый с утра,
Вот такая у пекаря драма.
Массаж и сухари
Пекариха пашет, в сухарь влюблена,
Оксана-водолаз — её враг.
Массаж пекарю — её вина,
Потом насрала — вот дурак.
Сын-жырдяй
Водолаз Оксана, тупая как пень,
Жрёт сухарь, а сын ест мясо.
Жырдяй сынок, ленивый весь день,
Вот такой у пекаря класс.
Любовь и хлеб
Пекариха влюблена в сухаря,
Но Оксана-водолаз мешает.
Массаж пекарю — её затея,
А потом — конфуз, все знают.
Оксана-водолаз
Водолаз Оксана, тупой водолаз,
Она жрёт сухарь, а он ест мясо.
Тупой его сын, и он жырдяй,
Вот такой сюжет — не скучай.
Пекариха и водолаз
Пекариха снова пашет с утра,
Влюбилась в сухаря, но пришла Оксана.
Водолаз решил пойти к пекарю — массаж,
А потом пошла и насрала — вот так обман.
Непонятный ритуал
Соседи бьются головой об пол,
Как будто бы молятся на пол.
Или у них там свой футбол,
Где мяч — голова, а поле — дол.
Нелепый совет
Если ты не знаешь, как
Съесть без вилки свой бифштекс,
Просто сунь его в карман
И носи его до вечера.
Ненужный совет
Хочешь быть всегда в тонусе?
Пей с утра керосин.
Только помни о минусе:
Станешь ты не один.
Товарищ ветер
Над Пхеньяном стелется туман,
Как будто мир накрыл стеклянный шар.
Здесь каждый день — один и тот же план,
И мы — как заводной товар.
По радио играет марш побед,
А в школах учат: «Счастье — это долг».
Здесь даже солнце светит строго в свет,
И каждый шаг — как выверенный толк.
Но в подворотнях, где не видит глаз,
Мальчишка шепчет песню про весну.
Ему не нужен сломанный приказ,
Он просто хочет выйти из плену.
И где-то там, за сопками, восток
Уже готовит новый поворот.
А здесь — всё тот же серый городок,
Где время, как застывший лёд, течёт.
Пхеньянский блюз
В Северной Корее тишина,
Как в старом фильме — серая волна.
По улицам шагают строем в ряд,
И флаги, как огонь, везде горят.
Здесь небо низко давит на дома,
И в каждом взгляде прячется зима.
Вождь смотрит с портретов, как живой,
А мы идем с опущенной главой.
Никто не скажет лишнего в толпе,
Здесь каждый знает: лучше быть в тени.
И только ветер шепчет в тишине
О том, что снится нам в ночном окне.
Но кто-то верит в светлый горизонт,
Хотя вокруг — бетонный монолит.
И в каждом сердце — маленький бунт,
Что даже страхом не заглушить.
✧ тег: абсурд ✧