Стихи про тело

Тело-книга Моё тело — как книга, где каждая строка Оставляет следы от прожитых годин. Я листаю страницы, и кажется мне, Что я сам — лишь рассказчик тех вечных картин.

Тело-спутник Моё тело — мой спутник на жизненном пути, Вместе с ним я делю и печаль, и успех. Оно учит смиренью, и я не в чести Быть жестоким к нему, ведь оно — моё всё.

Язык тела Моё тело — язык без единого слова, Оно скажет о том, что утаит душа. Я учусь его знакам, и снова, и снова Понимаю, что жизнь моя в нём хороша.

Бренность тела Моё тело — лишь тлен, что уйдёт в забытьё, Только дух мой бессмертен, как вечный огонь. Я не верю в грядущее, верю в своё, И в бессмертье души, что не тронет ладонь.

Храм тела Моё тело — мой храм, я его берегу, Каждый мускул — как свод, каждый вздох — как мольба. Я молюсь в тишине своему естеству, И душа в нём находит свою ворожбу.

Тело-сад Моё тело — как сад в предрассветной тиши, В нём цветут и мечты, и тревоги мои. Я учусь понимать его тихий язык, Чтобы в бурю не сбиться с любовной стези.

Поезда вен Вены — как поезда, что бегут в темноте, По тоннелям сосудов, сквозь мрак и тепло. Их маршруты — от сердца к руке, к голове, И обратно — туда, где начало легло. Вены — как поезда, в них вагоны — клетки, Грузы — кислород, и отходы — долой. Семафоры — клапаны, строги и редки, Чтоб не встретились встречные, словно зимой. Вены — как поезда: расписание — пульс, Ни минуты простоя, ни лишних минут. Если стрелка сломалась — тревога, и пусть Машинист — наше сердце — ведёт нас в уют. Вены — как поезда: в них билеты — года, Пассажиры — эмоции, страхи, любовь. Каждый рейс — это жизнь, и не знает стыда Кровь, что кружит по кругу, волнуя нам кровь. Вены — как поезда: не сошли бы с рельсов, Чтоб состав не разбился, не рухнул в бега. Мы — вагоны, и каждый из нас — это лес Из путей, где идут поезда-времена.

Вены как поезда Вены как поезда: неспешный маршрут, Под кожей — рельсы, в них стучит кровь. Станции — сердце, лёгкие, тут Составы бегут, не зная про новь. Вены как поезда: вокзалы — глаза, Платформы — ладони, где ждут поезда. Семафоры — пульс, и в ночь, и в утра Сигналы горят, как в небе звезда. Вены как поезда: по расписанию — жизнь, Стрелки — венозные клапаны, строй. Если разрыв — катастрофа, держись, Но чаще — круговорот, как прибой. Вены как поезда: в них грузы — мечты, Пассажиры — мысли, бегут вдаль и вширь. Кровь — машинист, и нет суеты, Везёт нас по кругу, как карусель. Вены как поезда: не сбиться бы с путей, Чтоб сердце — депо, и рельсы целы. И в каждом из нас — бесконечность путей, И вены — как поезда, вечно малы.

Невысказанное Очерки плеч и изгибы спины — Словно признание вечной весны. Я не касаюсь — я только смотрю, И в этом восторге я тихо горю.

Гимн красоте Красота тела — не просто соблазн, Это природы бесценный алмаз. В ней и гармония, и благодать, Я не устану ей удивлять.

Мечта скульптора Если бы мрамор умел удивляться, Он бы не смог даже к ней прикасаться. Каждая линия — вечная весть: В этом теле искусство и есть.

Эстетика плоти Тело — как нота, что звучит без смычка, В плавных движениях скрыта строка. Кожа — атлас, а движенья — кайма, В этой красоте я схожу с ума.

Совершенство Безумно красивое тело — как сон, Где каждый изгиб отражён и спасён. В нём нежность и сила сплелись в кружева, От такой красоты замирают слова.

Божественный контур В изгибе стана — музыка и свет, Хрупкая лепка, живой силуэт. Дышит мне в такт её лёгкость и стать, Хочется петь, а не просто молчать.

Творчество на теле Виктория, тату на теле, Ты делаешь их без потерь. Они горят на самом деле, Как драгоценный, редкий зверь.

Карта тела Ещё никто так сильно не любил её ключицы И ямочку лишь на одной щеке. Как будто карту тела, где границы Прочерчены в далёком далеке.

Конец Земля сомкнулась над истлевшим телом, И черви дело сделали своё. А мир всё так же крутится умело, И некому оплакать бытиё.

Тишина Истлело тело — тишина в ответ, Ни крика, ни мольбы, ни горьких слёз. Лишь дождик моет кости, словно свет, И на могиле дикий куст возрос.

Без названия Когда истлеет плоть, и кости станут пылью, Никто не вспомнит даже имени в веках. Но ветер носит по полям бескрыльем Ту суть, что растворилась в облаках.

Возвращение Под слоем лет, под толщею земли Лежит истлевший прах — ни боли, ни тревог. А сверху травы новые взошли, И в этом круговороте вечен Бог.

Прах Истлело тело, и черты ушли, Лишь кости белые в земле сырой лежат. Но всё, чем жил, осталось там, вдали, В сердцах, что помнят твой прощальный взгляд.

Тлен Земля берёт своё — и плоть уходит вглубь, Где черви точат ткань, где кости стынут в тине. Но память, словно свет, не может зачеркнуть Того, что было здесь, на солнечной вершине.

Спаситель в хаки В пылу боёв, в грязи, в пыли, Ты лечишь души и тела. Твой подвиг — не в атаке, нет, А в том, чтоб жизнь живой была.

Портрет детали Он то похож на сосиску, Он то похож на банан. У парня в штанах, без огниска, Лежит, как на месте капкан. На пляже он прячется в плавках, В бассейне — сплошной комплимент. Но бывает в неловких прилавках, Когда тесен вдруг элемент. Девушки смотрят украдкой, Парни смущённо молчат. А он — просто факт загадки, Размеренный, скромный солдат. И если ты носишь штаны, Знай: это твой вечный спутник. От смеха и до весны В нём жизни особый минутник. Так будь осторожней, чувак, В карман не клади телефон. Иначе случится бардак, И сосиске придёт перезвон.