ГенераторСтихов 2.0

Стихи про слёзы

В этой коллекции представлены стихотворения, посвящённые слезам, печали и переживаниям. Они помогут вам выразить свои чувства и почувствовать поддержку.

Стихи

Осколки Я сама разбила хрупкое счастье, Стала немилой, чужой, не по нраву. Семья не выдержала злости и страсти, Обида взяла надо мной расправу. И вот я стою на руинах и плачу, Себя проклинаю за резкое слово. Прости меня, если что-то я значу, Я всё бы вернула — да не из чего.
Одна, но не совсем Бомба прилетела в наш милый дом, И папа погиб, мы остались вдвоём. Но сердце мамы не выдержало бед — И мама ушла за папой вслед. Я осталась одна в тишине пустой, Скучаю по ним, по любви святой. Но малыш под сердцем стучит всё сильней, Он даёт мне силы, он лечит от потерь. Я буду сильной, я буду жить, Их любовь в моём сердце буду хранить. Расскажу малышу, как папа смеялся, Как мама песни пела, как мир улыбался. Пусть война забрала моих родных, Но я продолжу род, я не сдамся в миг. Ради них, ради малыша, ради любви, Я найду в себе силы, чтобы жить и цвести. И когда сын родится, я скажу ему: «Ты — наше чудо, ты — свет во тьму. Твои дедушка с бабушкой с небес глядят, Они нас любят, они нас хранят». Так пусть же мир наступит на земле, Чтоб больше никто не горел в огне. Я верю, что счастье вернётся в наш дом, Где память о них будет жить с малышом.
Бомба прилетела в наш милый дом Бомба прилетела в наш милый дом, И папа погиб, мы остались вдвоём. Но сердце мамы не выдержало бед — И мама ушла за папой вслед. Я осталась одна в тишине пустой, Скучаю по ним, по любви святой. Но малыш под сердцем стучит всё сильней, Он даёт мне силы, он лечит от потерь. Я буду сильной, я буду жить, Их любовь в моём сердце буду хранить. Расскажу малышу, как папа смеялся, Как мама песни пела, как мир улыбался. Пусть война забрала моих родных, Но я продолжу род, я не сдамся в миг. Ради них, ради малыша, ради любви, Я найду в себе силы, чтобы жить и цвести. И когда сын родится, я скажу ему: «Ты — наше чудо, ты — свет во тьму. Твои дедушка с бабушкой с небес глядят, Они нас любят, они нас хранят». Так пусть же мир наступит на земле, Чтоб больше никто не горел в огне. Я верю, что счастье вернётся в наш дом, Где память о них будет жить с малышом.
Мамины руки Когда я был маленьким, мама меня обнимала, И мир становился добрее, теплее, светлее. Она надо мной, засыпающим, тихо вздыхала, И сны мои были от этого только яснее. Она мне читала стихи про далёкие страны, Водила в музей и пекла пироги по субботам. Я помню, как пахли её от мороза и травы Ладони, когда возвращалась она с работы. Шли годы. Я вырос. И стал замечать, как несмело Она говорит: «Не волнуйся, сынок, всё в порядке». А ночью не спит, если я задержался и дело Какое-то важное — мысли её в беспорядке. Я помню, как в детстве она надо мной колдовала, Когда я болел: клала руку на лоб, и тревога Утихала во мне, и болезнь отступала, И было легко, потому что она была рядом. Теперь я взрослее. И сам иногда, как она, Кладу свою руку на лоб — только это не то же. Мне хочется снова почувствовать, как тишина Наполнена мамой, и нет ничего дороже. Прости меня, мама, за редкие эти звонки, За то, что я занят, за то, что всё реже бываю. Ты только живи, не болей, не грусти, не старей, Пожалуйста, мама, я так без тебя пропадаю.
Плачу без них Буду плакать без них в новогоднюю ночь, Среди чужих улыбок и свечей. Мой внутренний ребёнок хочет прочь — Туда, где мама и теплей.
Плачу без них Буду плакать без них в новогоднюю ночь, Среди чужих улыбок и свечей. Мой внутренний ребёнок хочет прочь Уйти туда, где мама и теплей.
Волшебство внутри Мой внутренний ребёнок хочет чуда, Но без родителей оно молчит. Я плачу в новый год, и ниоткуда Не льётся свет, и сердце не стучит.
Слёзы в темноте В комнате пусто, ночью не спится опять, Слёзы пытаясь унять. Она открывает свой профиль — Там всё, как прежде, но без него. Зачем эти фото, зачем эти даты, Где счастье светилось в глазах? Теперь они просто немые солдаты В давно проигранных снах. Она прокручивает переписку, Где каждое слово — как нож. И кажется, воздух стал слишком низким, И дышишь, но не живёшь. А время идёт, и оно не жалеет, Стирает детали, но боль не уйдёт. Она всё сильнее в себе леденеет, И новой зари уже не ждёт. Но где-то в груди ещё теплится искра, Что, может быть, завтра всё изменится вдруг. И ночь отступает, и утро так близко, И профиль закроется, как замкнутый круг. Она закрывает глаза на мгновенье, И видит: за окном уже свет. И слёзы уходят, и с ними сомненья, И новый день дарит ответ.
Плач по лету Идут усталые дожди, Напоминая о былом. Их капли — слёзы летних дней, Застывших в воздухе пустом. Они неспешно ворожат Над каждой трещиной в судьбе. Идут усталые дожди, Даря бессонницу тебе.
Разочарование Не шла — летела на встречу к нему, Случайный взгляд — а рядом другая. И сердце разбилось, и больно ему, И слёзы текут, ничего не скрывая.
Летела Не шла — летела на встречу к нему, Вдруг случайный взгляд — а рядом другая. И слёзы застыли, и нет больше сил, От ревности сердце разрывая.
Слёзы в трамвае Спешила на встречу, цветы в руке, В душе — предвкушенье, волненье. Но вот он стоит с другой вдалеке, И рушится вмиг вдохновенье. Земля из-под ног, как качели, ушла, В глазах потемнело от боли. Обида и ревность — два острых шила — Проникли в сердечные дали. Она побежала, не чуя дороги, Слезами залив тротуары. В трамвай заскочила — и слёзные боги Ей выдали соль для удара. Вагон закачался, и стёкла звенели, И лица плыли в тумане. А слёзы катились, и капли горели На стареньком грубом сарафане. Она не смотрела в окно, не видала, Как город мелькает за дверцей. Ей было так больно, ей было так мало Того, что осталось от сердца. Но где-то в конце бесконечного пути Забрезжит рассветное пламя. И слёзы однажды сумеют уйти, Оставив лишь память меж нами.
Трамвай №7 Она бежала, сердце вскачь, В руке цветы, в глазах весна. Ещё вчера он бросил взгляд, И вот сегодня — встреча, да! Но за углом, где старый клён, Она застыла, как во сне: Он с другой, и смех, как звон, И рука в руке при луне. Земля качнулась, мир поплыл, В груди — осколки, острый лёд. Она шепнула: «Нету сил», — И слёзы брызнули вперёд. Обида жгла, ревнивый жар Туманной пеленой застлал. Она бежала от бульвара, Где он её не замечал. Вскочила в первый же трамвай, Пустой, гремящий на ветру. И только слёзный водопад Стучал по мокрому стеклу. Вагон качался, свет мигал, Мелькали лица, фонари. А сердце падало в провал, И не было конца пути. Она не знала, где сойдёт, Куда от боли ей бежать. Лишь слёзы капали на лёд, И не давали ей дышать. Но где-то там, за поворотом, Рассвет уже готов был встать. И, может быть, весёлым шёпотом Она научится прощать.
Первый трамвай Она на встречу бежала, а он с другой, Земля из-под ног, и в глазах темно. В трамвай первый села, и слёзы рекой, Разбито сердце, и всё равно.
Земля из-под ног Спешила, бежала, а он с другой, Земля ушла — и в глазах потемнело. В трамвай первый села, и слёзы рекой, Обида и ревность — всё онемело.
Обида На встречу летела, но вот те на — С другою стоит, и улыбка чужая. В трамвае пустом, где со мной тишина, Лишь слёзы катятся, не высыхая.
Разбитое сердце Она торопилась, а он не один, Земля из-под ног, и в груди — холодеет. В трамвай, и в слезах, и никто не любим, И только обида всё катится, тлеет.
Слёзы в трамвае Спешила к нему, но увидела вдруг: Он с другой, и улыбка чужая. В трамвай первый села, и слёзы из рук — Обида рекой, и душа пустая.
Первый трамвай Она бежала на встречу, а он с другой, Земля ушла из-под ног, и в глазах темно. В первый трамвай — и только слёзы рекой, Разбито сердце, и всё равно.
Ты рядом Я вырастала из твоих ладоней, Как из земли упрямый тонкий стебель. Ты поливала песнями и солью Своих ночей, не требуя награды. Ты научила падать и вставать, Не плакать громко, но и не скрывать боль. Ты знала: если дочь ушла гулять, То где-то в сердце ты со мной, и только. Мне говорили: «Ты похожа очень», И я гордилась сходством, как наградой. Но лишь теперь, когда темнеют ночи, Я поняла, как ты была мне рада. Прости меня за глупые слова, За то, что забывала позвонить. Ты всё прощала, мама, ты жива Во мне, и эту нить не разорвать. Теперь ты плачешь, глядя на меня, А я держу твои ладони крепко. Мы поменялись ролями, родная, И это не печально, это — нежность. Родная, слышишь? Я всегда с тобой. И если нужно — встану на колени. Ты — мой маяк, мой берег и прибой, Моя любовь, что не имеет цены.
Маме Я помню руки, пахнущие тестом, И фартук твой в муке до самых локтей. Ты успевала быть со мной повсюду, И мир казался ярче и светлей. Ты в детстве одеялом укрывала, Сгоняла прочь полночных страхов рой. И если я во сне кричать вдруг начинала, Ты прибегала с трепетной душой. Потом я повзрослела, стали споры, Я рвалась вдаль, ломая твой покой. Прости за резкость, за ночные ссоры, За то, что не всегда была с тобой. Теперь я понимаю: твои руки — Тот самый берег в море бурных лет. И все твои невидимые муки Хранят меня, как негасимый свет. Когда ты заболеешь, я примчусь, Пусть даже через сотни километров. За каждый твой бессонный час молюсь, И для меня нет ничего важнее. Ты плачешь? Значит, плачу вместе с тобой, И слезы эти — не от слабости, а силы. Спасибо, мама, что была со мной, Что жизнь мою собой благословила.
Мамин крест Твои голубые глаза — как льдинки, Застыли навек в моём сердце, дочь. Я глажу рукой твои фотографии, И слёзы не могут уйти прочь.
Империя треснувших снов Она — истеричка с Империи Пазлов, Где трещины в стенах и в сердце её. Смеётся над пропастью, падает наземь, И снова встаёт, разрывая враньё. Ей хочется цельным куском быть, но детали Рассыпались в пыль под напором страстей. И всё же она соберёт их в спирали — В спирали из слёз и изломанных дней.
Твой блокнот Я храню твой блокнот и твой китель, И гвоздика засохла в петле. Ты ушёл в ноябре, мой хранитель, Словно тень на холодной стене. Я звонила, но телефон молчал, Только ветер стучал в окно. Я не знала, что ты уже стал Тишиной, что не слышит давно.
✧ тег: слезы ✧