Стихи про дедушку
Тёплые и искренние стихотворения, посвящённые дедушкам. Подарите им частичку своей души.
Стихи
Земли родной опора
Ты за месяц до войны родился,
Голод знал, но духом не сломился.
Колхозу отдал сердце и уменье,
Инженер, достойный уваженья.
Инженер от бога
Рождённый за месяц до грозной войны,
Ты голод и холод изведал сполна.
Колхозу служил, как велела страна,
Инженер от бога, с душой без вины.
Человек с большой буквы
Рождён за месяц до войны,
Ты голод изведал сполна.
Всегда радел за свой колхоз,
Тебе уж восемьдесят пять.
Инженер от бога ты,
С большущей буквы человек.
Детей и хлеб растил в трудах,
До внуков с правнуками дожил.
Жизненный путь
Тебе уж восемьдесят пять,
Рождён за месяц до войны.
Ты голод изведал сполна,
Всегда радел за свой колхоз.
Инженер от бога ты,
С большущей буквы человек.
Детей и хлеб растил в трудах,
До внуков с правнуками дожил.
Инженер земли
Рождён за месяц до войны,
Ты голод изведал сполна.
Всегда радел за свой колхоз,
Тебе уж восемьдесят пять.
Инженер от бога ты,
С большущей буквы человек.
Детей и хлеб растил в трудах,
До внуков с правнуками дожил.
Восемьдесят пять
Тебе уж восемьдесят пять,
Рождён за месяц до войны.
Ты голод изведал сполна,
Всегда радел за свой колхоз.
Инженер от бога ты,
С большущей буквы человек.
Детей и хлеб растил в трудах,
До внуков с правнуками дожил.
Славный путь
Восемьдесят пять годочков,
Рождённый перед той войной.
Ты вынес голод и лишенья,
Колхоз кормил своей душой.
Инженер, растил детей,
И хлеб, и внуков, правнуков.
Твой путь достоин всех речей,
Здоровья, счастья, долгих лет.
Долгая дорога
Тебе уж восемьдесят пять,
Рождён за месяц до войны.
Изведал голод и лишенья,
Всегда радел за свой колхоз.
Инженер от бога, ты
Детей и хлеб растил.
Теперь и внуки, правнуки
Твой труд и жизнь — пример для всех.
Ветеран труда
Восемьдесят пять — не шутка,
Рождённый перед войной.
Ты знал, что значит голод, труд,
Колхоз был домом и судьбой.
Инженер, растил хлеба,
Детей, внучат, правнуков рать.
Твоя заслуга не слаба,
Желаем долго жить и знать.
Труженик
Тебе уж восемьдесят пять,
Рождён за месяц до войны.
Изведал голод и лишенья,
Всегда радел за свой колхоз.
Инженер от бога был,
Детей и хлеб растил.
Теперь и внуки у тебя,
И правнуки — вся жизнь, как миг.
Накрой своим щитом
Дед, я пришла, траву сгребаю прочь,
Чищу надгробье, не могу помочь.
Хочу раскопать могилу, обнять,
Чтобы ты спросил: «Ну как тебе жить?»
Я б уткнулась в плечо, зарыдала,
Всю бы боль, что копилась, сказала:
«Устала я выживать и терпеть,
Эту боль не могу одолеть».
Обними меня, дед, защити,
Своим щитом от бед укроти.
Чтобы больше никто не посмел
Причинить нам ту боль, что я в теле имел.
Свидание на погосте
Дед, прошло уж двадцать восемь лет,
А я всё помню твой родной портрет.
Пришла, траву убрала, плиту протёрла.
Хочу могилу вскрыть — в ней столько боли стёртой.
Я рассказать хочу, как тяжело мне жить,
В глазах — усталость, в сердце — миражи.
Ты б обнял, спросил: «Ну что, внучка, как дела?»
А я б в плечо уткнулась и слезу смахнула со стола.
Накрой меня щитом от этой тьмы,
Чтоб больше не было той боли, той зимы.
Я устала выживать, терпеть, молчать,
Дай сил мне эту боль перекричать.
Разговор через годы
Ты спишь, а я стою в траве сырой,
Счищаю мох с надгробья и молю:
«Хочу раскопать могилу, милый мой,
Чтоб ты спросил, как я и как люблю».
Я уткнулась бы в плечо, в слезах,
Сказала: «Жизнь меня сломала в прах.
Я так устала выживать и ждать,
Терпеть эту невыносимую боль в веках».
Обними меня, накрой своим щитом,
Чтоб больше нас никто не мог пронзить
Той чертовой болью, что мы в нём несём,
И дай мне сил хотя бы просто быть.
Невыносимая боль
Двадцать восемь лет прошло, дед лежит в гробу,
Я прихожу, убираю поникшую траву.
Чищу надгробье, говорю — разреши раскопать,
Я хочу тебя обнять, чтоб ты мог меня ждать.
Ты спросил бы «как дела», а я в слезах бы уткнулась
В твоё плечо и сказала, как жизнь повернулась
Невыносимой болью, устала выживать я,
Терпеть эту боль, что сильнее, чем все бытия.
Обними меня, дед, накрой щитом своим крепким,
Чтобы ни враг, ни судьба не разбили нас цепким
Ударом, не причинили нам эту дурную напасть,
Чтоб мы выдержали, не сломавшись, у края пропасть.
Но могила молчит, и трава продолжает расти,
Только ветер доносит мне шелест: «Прости, отпусти».
Я кладу свою руку на камень, где выбита дата,
И не знаю, кто больше сейчас виноват — я иль святость
Ушедших, что смотрят с портрета немым упрёком.
Я сжигаю свой страх, как осенний листок под током
Ветра. И слышу внутри твой далёкий ответ:
«Живи, не гаси во тьме свой неровный свет».
Разговор через камень
Дед лежит в гробу, уже двадцать восемь лет,
Я прихожу к нему, убирая заросший след.
Чищу надгробье, оттираю мох и пыль,
Говорю — как хочу раскопать эту пыль!
Я хочу тебя обнять, чтобы ты спросил «как дела»,
Чтоб уткнуться в плечо, не боясь, что ушёл навсегда.
И сказать, что надоело выживать, не жить,
Что устала терпеть, всё в душе леденить.
Я хочу, чтоб ты накрыл меня своим щитом,
Чтобы больше никто не посмел причинять этот ком
В горле, что от боли сжимается вновь и вновь,
Чтоб забыть наконец эту чёртову мёртвую кровь.
Но трава зарастает, и камни хранят молчанье,
Только слёзы мои — это моё покаянье.
Ты не ответишь, не встанешь из этой земли,
Но я знаю — ты слышишь меня там, где все корабли
Уплывают, оставив лишь память и горький туман.
Я приду попрощаться, пока не настанет обман
Мыслей, что ты ещё жив, что однажды придешь…
Обними меня, дед, пусть уйдёт эта дрожь.
Земное эхо
Дед лежит в гробу. Прошло двадцать восемь лет.
Я очищаю камень от травы.
И в тишине шепчу: «Меня здесь нет,
Я вся — в слезах, что падают с листвы.
Хочу вскопать могилу, лечь с тобой,
Уткнуться в плечо и всё сказать.
Что я устала быть сама собой,
Что эту боль нельзя пережидать.
Накрой меня щитом своей любви,
Не дай сломаться, дай мне силы жить.
Дед, обними меня и позови
Туда, где можно просто не тужить.»
Диалог с могилой
Двадцать восемь лет — длиннее всех разлук.
Я подхожу к плите среди травы.
Здесь спит мой дед, я не смыкаю рук,
Но в сердце плач: «Ответь мне хоть на «ты».
Как там твой мир? Есть ли в нём покой?
Я здесь устала. Эта жизнь — беда.
«Раскопай меня, побудь со мной», —
Шепчу, и слёзы падают туда.
Обними меня, прикрой от всех невзгод.
Я стану сильной, если ты со мной.
Пусть боль уходит, пусть проходит год,
Но ты навеки в памяти родной.»
Щит из прошлого
Дед лежит в гробу. Прошло двадцать восемь лет.
Я прихожу к нему убрать седой ковыль.
Чищу надгробье — здесь его и нет, и нет,
И говорю: «Мне так нужна твоя быль.
Я разрываю землю, я хочу обнять.
Спроси, как дела. Я уткнусь в плечо.
Мне надоело выживать и умирать,
Терпеть всё то, что нам судьба ещё.
Обними меня, накрой своим щитом,
Чтоб боль ушла, чтоб стало всё ничем.
Мы справимся — ты был моим огнём,
А я твоим — хотя бы насовсем.»
Выходные на даче
Папа с мамой — бабка с дедом,
В бане парят, на грядках сеют.
Дачный рай, где нет обеда,
Только счастье, что лелеют.
Родители в возрасте
Мама с папой — дед и бабка,
Дача — их любимый храм.
Баня, грядки, в доме складка —
Всё по их родным следам.
Золотая осень
Бабка с дедом — мама с папой,
Вместе в бане парят ловко.
Дача — их второй этап,
Жизнь — сплошная подготовка.
Счастье в простом
Мама с папой — вот так чудо:
Внуков ждут, а сами — в баню.
Дачный домик, огород —
Им не нужен небосвод.
На пенсии
Стали бабушкой и дедом,
Но в душе — всё те же дети.
Дача, баня, сны с обедом —
Лучше нету их на свете.
✧ тег: дедушка ✧