ГенераторСтихов 2.0

Бытовая лирика: стихи о повседневности

Здесь собраны стихи, которые обращаются к обыденным моментам жизни, раскрывая их глубину и поэзию.

Стихи

Опора Я буду опорой в ненастные дни, И в бурю, и в холод с тобой мы одни. Держись за меня, я не дам тебе пасть, Пока в моём сердце горит эта страсть.
Лена из Пакета В Пакете, где время течёт Среди яблонь, дождей и туманов, Лена из Пакета живёт Безо всяких фальшивых обманов. Она знает, что счастье — в простом: В тёплом чае, в улыбке, в рассвете. И её деревенский дом Самый лучший, конечно, на свете.
Баня и мангал Баня топится, пар валит, Мангал дымит, шашлык шипит. Смех и разговоры до зари, Дачный вечер — как внутри горит.
Ремонт невозможен Разбился телефон, и свет погас, Осколки сыплются на столик. Я собираю искры в этот раз, Но не собрать их больше вольтик. Мир без связи, словно без зеркал, Я говорю с самим собой в эфире. И этот тихий, непрозрачный зал Молчит о том, что было в этом мире.
Программный сбой Зависло приложение моё, Кружочек замер на загрузке. Ушли все чаты в забытьё, И статусы в беззвучной скуке. Я стучу по клавишам, но пустота Растёт внутри, как чёрный ящик. Осколки слов, обрывки неспроста Лежат в буфере, как фальшивые клады.
Мёртвый экран Заряда нет, и пиксели мертвы, Стекло в паутине трещин. Я жду звонка из этой пустоты, Но телефон, как камень, вечен. Не вспыхнет больше яркий свет в ночи, Не зажужжит вибрацией в кармане. Лишь отраженье тусклое молчит И батарея тихо тает в ванне.
Перезвон тишины Трещина на экране, как река, Разрезала страну иллюзий. Звонок обрывается слегка, Едва нажавши кнопку вызова. Молчит динамик, замер свет, Мир без сети, мир без ответа. В ладонях телефон согрет, Но в нём ни одного куплета.
Долгожданный отдых Пятница, звонок последний смолк, Менеджер устало снял очки. В памяти — отчеты, планы, долг, А в руках — ключи и башмаки. Завтра не бежать на совещанье, Не листать таблицы до утра. Впереди — свобода и молчанье, И в кровати — целых два утра. Пусть звенит будильник, как назло, Я его нарочно отключу. Отдохну от дел — и повезло, Что не надо мчаться ни к врачу. А в понедельник снова в бой пойду, Но пока — валяюсь и молчу.
Утро с ней Проснусь — и вижу рядом свет, Её дыхание — покой. С ней начинается рассвет, И мир становится иной.
Ситцевое лето Платочек шёлковый, платье из ситца — Как хорошо тебе в зеркало глянуться! Ситец узорный в ромашках и в маках, Шёлк на плечах — словно вешние знаки. Ты пробегаешь по улице пестрой, Ветер вздыхает вослед тебе просто: „Ах, эта юность в ситцевом цвете!“ Платье шуршит, и платок твой на свете. Солнце в зените, ты прячешься в тень, Шёлковый платок — от жары тебе сень. Сядь на скамью, расправь складки на ситце, Счастье, как птица, в ладонь к тебе бьётся. Вечером платье повесишь на стул, Шёлковый платок — на крючок, наобум. Снится тебе бесконечное лето, В ситцевом платье ты — главная в этом. Пусть пролетают года, как листва, Ситцево платье и шёлк — лишь слова. Но в сундуке, как реликвию, ты Будешь хранить эти лета цветы. Платочек шёлковый, платье из ситца, Будет о прошлом тебе вновь присниться. Внучке расскажешь, как в юности шла В платье из ситца и шёлке — одна.
Король бокалов Фужер хрустальный звонко песни пел И с рюмками активно целовался, Но выпив лишнего, вмиг захмелел, Упал на стол, в шампанском распластался. Он был королём среди стеклянных чаш, Его боялись чайные блюдца, Но вечером случился тут ералаш, И все хрустальные решили напиться. Сначала тост за дружбу поднесли, Потом за храбрость, смелость и удачу, Потом забыли, что уже зашли За грань, где всё теряется впридачу. Фужер лежал на мокром скатерти, Изящная нога в вине купалась, А рядом рюмки, полные тоски, Шептали: «Как же ты, брат, оплошался?» Но тут хозяйка подняла его, Промокнула салфеткой нежной крошкой: «Цела нога — и это ничего, Восстановишься утренней окрошкой». И вымытый, сияя чистотой, Фужер забыл про пьянство и паденье, Он снова встал на ножки молодой И с хрусталей поднял настроенье.
Похмельный фужер Фужер хрустальный звонко песни пел И с рюмками активно целовался, Но выпив лишнего, вмиг захмелел, Упал на стол, в шампанском распластался. Проснувшись утром, он в тоске сидел, Глаза бокала мутно открывались, В носу свербил шампанский кислый прел, И ножки — ой! — отчаянно ломались. К нему приполз собрат по бокалу — грань Утешить друга в горестном похмелье: «Ты не один, нас всех качает врань, Вчерашний день — веселое ущелье». Но фужер крякнул: «Больше ни глотка! Я завяжу с бурлящим этим зельем!» Но тут же в рюмку плеснули слегка, И он забыл о твёрдом увольнении. Зазвякали соседи-хрустали, Фруктовый сок сменили на игристое, И снова песни к вечеру пошли, Веселье возродилось бескорыстное. Мораль проста: посуда не живая, Но если пить — не стой на самом краю, Иначе, дно бокала покидая, Разбиться можешь ты в родном краю.
Идеальный вечер Для Давида вечер — свечи, кот и Катя, Он больше не мыслит о судейской палате. В руках воск, в душе покой, И кот доволен, если сыт и такой.
Профессия и хобби Давид — защитник, но не только в суде, Он свечи готовит — и в этом везде. Кот помогает, катает клубок, Катя же ставит на полке цветок.
Три кита Тридцать четыре, юрист, кот и Катя, Давид варенье из свечей варит, кстати. На деле он строг, но в душе он творец, И в доме уюту — счастливый венец.
Свечное дело Давид в суде решает людские дела, Но дома из воска творит чудеса. Кот мурчит, Катя сидит у окна, Свеча за свечой — вот и жизнь вся дана.
Адвокат запахов Давид в суде победы одержал, Но дома свечи льёт — он креативен стал. Кот трётся, Катя ждёт ужин с вином, Юрист наш счастлив — он в быту своём.
Юрист-свечник Давид — юрист, ему уж тридцать четыре, Но вместо исков он свечи варит в квартире. С ним кот и Катя — любовь и мурчанье, Такое вот у них свечное призванье.
Рыбка к пиву Жёлтый полосатик из мелких подлещиков, Хороша рыбка к пенному, нету слов. С хрустом закусил — и снова пиво, Вот такой у нас сегодня улов.
Лучший на свете Она его всё равно любит, хоть дождь идёт иль снег, Ведь он для неё самый лучший на свете человек. Он на гармошке играет, звучит весёлый лад, И руки его работящие никогда не устают. Он встанет чуть свет, чтоб к завтраку дров принести, А вечером сядет и песню для неё завести. Не надо ей принцев, не надо богатых палат, Ведь он для неё самый лучший — и душою богат.
Мой герой Она его всё равно любит, Хоть и не носит он медали. Гармошка плачет, сердце будит, А руки мозоли наждали. Он лучший — нет ему иного, Работа да гармонь — вся жизнь. Она готова снова, снова Сказать: «Держись, мой, не капризнь.» И не нужны ей речи громкие, Ни слава, ни большой кошелёк. Глаза его, такие бойкие, Совсем другой свели предлог.
После пути Она устала на пороге, Сняла пальто, глядит в окно. Остались где-то там тревоги, А здесь — тепло и тишина.
Ночь у порога Она устала на пороге, Сняв туфли, выдохнула тихо. Весь день в тревогах и в дороге, В руке зажата ключ-подкова.
Плов на ужин Плов дымится на столе, Рядом винегрет в тепле. Чай не сладок, но вольготно, Ужин здесь — и жизнь свободно.
✧ тег: бытовая лирика ✧