Стихи об уязвимости
Поэзия, где уязвимость становится силой. Откровенные строки о том, что мы обычно скрываем.
Стихи
Стеклянный шёпот
Вдруг — как обухом по темени — сердце падает в провал.
Я не знаю, что случилось, я не знаю, кто позвал.
Воздух стал водой солёной, лёгким не хватает сил.
Кто-то в грудь воткнул иголку и тихонько попросил:
«Не дыши, замри, не двигай, мир сейчас сойдёт с ума», —
И послушная, я внемлю, и схожу с ума сама.
Страх — не чувство, это тело, что живёт по своим правилам,
Он сжимает позвонки, делает меня растением.
Я не воин, я не жертва, я — дрожащая струна,
Что звенит в пустом пространстве, никому не слышна.
Но я знаю: это кончится, как кончается гроза,
Просто вытри мои слёзы и в глаза мне посмотри.
Признание
Он видел в нём лишь сорняка,
Что портит клумбу строгих правил.
Мальчишка был наверняка
Тем, кто покой его оставил.
Но вечером, в библиотеке,
Застыв над книгой, он застал
Мальца в слезах — и навсегда
Учёный сердце отдал.
Теперь не брезгливость — тепло
В груди, где прежде был лишь лёд.
Им стало вместе хорошо:
Учёный — тот, кто не уйдёт.
Несносный ученик
Он брезговал: мальчишка — сор,
Ни знаний, ни манер приличных.
Лишь дерзость, крик и вечный спор
В чертах его, таких неличных.
Но в час, когда упал тот с крыш
И, плача, прятал ссадины под рукавом,
Учёный вдруг подумал: «Тиш,
Ведь он же просто… нелюбим. Потом
Я стану тем, кто примет боль
И не осудит за слова». —
Так рухнула стена, и роль
Отца он принял, как родства.
Микроскоп и дерзость
Профессор, строгий и прямой,
С морщинкой брезгливой у рта,
Считал мальчишку лишь чумой,
Чья дерзость слишком уж пуста.
Но вот однажды, в тишине,
Увидел он, как тот дрожит,
Как прячет слёзы в глубине,
И понял: кто-то был убит
В его душе — и с этих пор
Учёный руку протянул,
Забыв про дерзостный укор,
Он мальчика к себе прильнул.
Ледяная стена
Он, в микроскоп глядя на мир,
Терпеть не мог мальца-задиру.
Тот дерзок был, как будто пир
Устроил в тихом кабинете, вру.
Но как-то раз, в вечерний час,
Увидел он в глазах мальчишки
Такую боль, что в тот же час
Растаял лёд, и стали книжки
Не нужным хламом — лишь мостом
К душе, что прячет страх под маской.
Учёный стал ему отцом,
Согрев своим теплом и лаской.
Уязвимость
Как девочка, ты обнажена,
И в этом вся ты, без вина.
Я принимаю каждый штрих,
Мой мир без этих чувств затих.
С тобой до конца
Не покидай меня — пусть на тебе срываюсь,
С тобою до конца я только открываюсь.
Ты — зеркало моё, где я не прячу трещин,
Ты — тот, кому шепчу я всё, что безутешно.
Упрямая строка
И всё-таки я напишу, хоть пальцы сомкнулись в замок,
И всё-таки я напишу, пусть кто-то смеётся вослед.
Я знаю, что первый шаг — он самый тяжёлый, но срок
Приходит, и ты выходишь на свет из тени и бед.
И всё-таки я напишу, и пусть не выходит складно,
И всё-таки я напишу — не ради похвал и наград.
Мне важно сказать своё слово, пусть даже нескладно,
И всё-таки я напишу — я больше не прячу взгляд.
Тихая истерика
В наушниках громко, а в сердце — гроза,
Я строю улыбку, но катится слеза.
Никто не заметит, как я разбиваюсь,
Я просто танцую и снова скрываюсь.
Тихий разговор
Ты садишься на край кресла,
Смотришь в пол, сжимая шарф.
Я не спрашиваю: «Если...»,
Я не ставлю на тебя штамп.
Говоришь о том, что сложно,
Что внутри давно болит.
Я киваю осторожно,
Чтоб не спугнуть твой тихий ритм.
Ты боишься быть непонят,
Ты боишься быть смешным.
Я шепчу: «Здесь можно, понял?
Здесь ты можешь быть любым».
Слёзы катятся по щёкам,
Ты их прячешь в рукаве.
Я молчу. В молчанье тонком
Боль уходит по канве.
Мы не лечим словом раны,
Мы даём им просто быть.
Ты уходишь не без шрама,
Но с надеждой дальше жить.
Я не Бог и не спасатель,
Я — попутчик на часок.
Но когда ты вновь recall'ишь
Этот тихий голосок,
Вспомни: где-то в этом мире
Есть открытое окно.
И в него стучится ливень,
Но тебе уже светло.
Ты садишься на край кресла,
Смотришь в пол, сжимая шарф.
Я не спрашиваю: «Если...»,
Я не ставлю на тебя штамп.
Протокол сессии
Я пришёл к тебе с грузом из прошлого,
где обиды лежали штабелем.
Ты сказала: «Не надо прошлого,
давай просто подышим на слабость».
Мы разбили её на детали,
разложили по полкам бережно,
и в какой-то момент перестали
делать вид, что всё было не так.
Ты не дала мне готовых истин,
не сказала: «Возьми себя в руки».
Ты позволила быть мне неистовым,
не боясь ни огня, ни скуки.
Я носил свою боль как орден,
а теперь разрешаю ей выйти.
Это медленный, трудный подъём,
но с тобой он становится тише.
И в конце сеанса, как в финале,
мы выходим на свет из сплина.
Я не знаю, что будет дальше,
но уже не боюсь быть сильным.
Разговор с собой
Я пришёл к психологу однажды,
Потому что больше нету сил.
Мне казалось, что никто и каждый
Знает, что я сам себя сгубил.
Но в кабинете пахло чаем и покоем,
И женщина с блокнотом не спешила.
Она сказала: «Здесь мы не построим
Тюрьму из слов. Здесь можно быть без силы».
И я рассказывал про то, как ночью
Не спится, и про ссоры с женой.
Про то, что я устал и, если честно,
Не вижу смысла в этой жизни той.
Она кивала, что-то записала,
Потом спросила: «А чего ты хочешь?»
И я завис, ведь я не знал начала,
С которого я начал эти ночи.
Мы разбирали по крупицам детство,
Искали, где зарыта та собака.
И постепенно стало легче сердце,
Хотя ещё болело очень всяко.
Теперь я знаю: можно быть неидеальным,
Не сильным, не железным, а живым.
И это не предательство, не тайна —
А просто разговор с самим собой, родным.
✧ тег: уязвимость ✧