Пейзажная лирика

Космический мурлыка Волшебный кот, чей взор — огонь, Бродит меж звёзд, как в доме он. Его мурлыканье — комета, Что мчится в вечный небосклон.

Созвездие Мурки Волшебный кот из звёздной пыли По небу бродит без устали. Он мурлыканьем галактики Нам шлёт в безмолвной дали.

Небесный мурлыка Звёздный кот по Млечному пути Идёт, не зная суеты. Волшебный хвост метёт туман, И млеет в лапах темнота.

Водная няня В озере чистом, где тишь и покой, Живёт чомга с своей водной судьбой. Она ныряет за добычей вглубь, А на поверхности — птенцов верный друг. На спине своей, как на лодке малой, Катает их чомга, не зная устали. Птенцы прижимаются к перьям тёплым, Им не страшны волны, что бьются о полы. Она учит их плавать и нырять, В этом мире водном выживать. Каждый день — новое приключение, Полное радости и вдохновения. Когда солнце садится за лес, Чомга ведёт птенцов в тихий предел. Они засыпают под шёпот волны, В объятьях матери, спокойны и полны. И так из сезона в сезон проходит, Жизнь чомги в озере не уходит. Она — символ заботы и нежности, В водной стихии, в её бесконечности. Пусть ветер шумит и дождь идёт, Чомга своё дело не бросит вперёд. Она будет катать, охранять, любить, Чтоб птенцы могли дальше жить.

Чомга на озере На озёрной глади, в тишине, Живёт чомга в своей глубине. Она ныряет в воду смело, Ищет рыбу в тёплом теле. А когда приходит время весны, На спине катает птенцов она. Маленькие пушистые комочки, Смеются, как звонкие колокольчики. Она плавает плавно, без спешки, И птенцы сидят, как на перине нежной. Водная гладь — их дом и дорога, Их охраняет заботливая чомга. Солнце светит, играя лучами, И чомга с птенцами под облаками. Они учатся жизни на воде, В этом простом и счастливом труде. И вечером, когда закат алеет, Чомга к берегу тихо подплывает. Укладывает птенцов спать, Чтоб сны им сладкие видать. Так живёт она изо дня в день, В этом озере, полном теней. Чомга — мать, что всегда рядом, В водном царстве, в своём отраде.

Мартовский ветер Весенний ветер, резкий и свежий, Гонит прочь остатки зимних снов. Он шепчет нам: «Пора, пора, поспеши Навстречу новым дням и новым словам». Под солнцем тает лёд на речке, И первые цветы пробивают лёд. Весна, как будто детская песенка, Что в сердце навсегда живёт. И пусть ещё бывают заморозки, Но в воздухе уже витает май. Весна стучится в наши оконки, Чтоб жизнь начать опять, опять.

Первая капель Весна стучит в окно капелью, И тает снег на мостовой. В душе просыпается веселье, И мир становится иной. Сквозь почки пробивается зелень, И солнце льётся с высоты. Весенний день, как будто в бездне, Дарит надежду и мечты. Всё оживает, всё поёт, И сердце бьётся в такт весне. Весна, как будто поворот, К новой, светлой стороне.

Смена сезонов Зима ушла, оставив след, Весна пришла с теплом и светом. В природе вечный круговорот, И мы — лишь часть её сюжета.

Зелёный шёпот Трава пробилась сквозь сугробы, И первый одуванчик жёлт. Весна несёт свои дары, И сердце радостно поёт.

Таяние Лёд на реке трещит и плачет, Капель с крыш падает, как слёзы. Весна вступает в свои права, Исчезли зимние морозы.

Мартовский ветер Ветер весенний играет листами, Солнце ласкает проталины дня. Птицы вернулись с далёкими снами, Жизнь начинается снова, звеня.

Пробуждение Земля сбрасывает снежный плен, И воздух пахнет мокрой травой. Весна стучится в каждый дом, Неся с собой покой и лав.

Первая капель Снег тает, солнце светит ярче, В ручьях журчит весенний смех. На ветках почки, как огарки, И мир наполнен светлым грехом.

Песня на заре Когда заря едва брезжит в окне, И мир ещё в объятиях сна, Соловья песня льётся в тишине, Как будто бы весна пришла одна. Он трели строит, словно виртуоз, Перебирая ноты в темноте, И в каждой — отблеск утренних слёз, И обещание грядущей мете. Поёт он о том, что ночь прошла, О том, как звёзды тают в небесах, Как жизнь идёт, не зная зла, В своих простых и вечных рубежах. И слушаю, забыв про суету, Про завтрашние планы и дела, В его напеве — чистую мечту, Что душу от тревог освободила. А солнце встанет, заливая свет, И птица смолкнет, спрятавшись в листве, Но эхо песни будет долго петь О рассвете, о надежде, о любви.

Рассветный соловей Ещё туман струится над рекой, И небо в дымке розовой дрожит, Но соловей, певец ночной покой, Уже рассветный гимн свой возгласит. Он трелью льётся, словно звонкий ключ, Что пробивает тишину лесов, И каждый звук, как будто нежный луч, Пронзает сердце, пробуждая снов. В его напеве — тайна бытия, Исповедь звёзд, что гаснут в вышине, Он говорит с душой, не умолкая, О вечном, о любви, о тишине. И слушаю я, затаив дыханье, Как будто сам становлюсь частью дня, И в этом пенье — жизни оправданье, И благодарность миру за меня. Пусть солнце встанет, разгоняя тени, И день начнёт свой суетный разбег, А соловей, закончив песнопенья, Умолкнет, унося в душе свой снег.

Песня на заре Когда ещё не видно солнца за лесами, И звёзды чуть мерцают в вышине, Вдруг слышится напев над тихими лугами — Соловьиная трель на ранней заре. Он льётся, как ручей, что бежит по камням, Переливается, то громче, то тише, И кажется, что в мире нету больше драмы, Лишь эта песня в предрассветной тиши. Он будит спящий сад, он будит речку сонную, И травы шелестят, и ветерок летит, И небо постепенно становится зелёным, Как будто бы рассвет его собой дарит. А соловей поёт, не зная усталости, Свои рулады льёт в прохладный утренний час, И в этой песне — вся его отвага, смелость, Что ночь прошла, и свет пришёл для нас. И слушаю, застыв, как в детстве когда-то, И вспоминаю дни, что были так светлы, И понимаю вдруг — в этой простой загадке Вся мудрость бытия, все жизни торжества.

Рассветный соловей Ещё не угасает ночь, но уж на востоке Светлеет край небес, и в предрассветной мгле Вдруг слышится напев, что разрывает оковы И льётся в тишине, как будто бы во сне. Он льётся над полями, над речкой сонной, Сквозь ветви тополей, сквозь утренний туман, И кажется, что мир застыл в своём покое, Чтоб слушать этот зов, что будит океан. И с каждым новым звуком, с каждой трелью звонкой Рассвет стучится в окна, сгоняя тень с углов, И солнце, золотое, как меда капля тонкой, Встаёт из-за холмов, снимая с глаз покров. А соловей всё льёт свои волшебные рулады, Как будто бы он знает — его короткий час, И в этой краткости — вся жизнь, все ароматы, Что утро дарит нам, сметая ночь с небес. И слушаю я долго, затаив дыханье, Как будто бы впервые слышу этот глас, И в сердце отзывается то странное признанье, Что красота проста, как утренний рассказ.

Молчание зарницы Июльская ночь, как чёрный бархат, стелется, И в небе ни звука, лишь звёздный покой, Вдруг зарница вспыхнет, и свет разгорелся, Осветив на мгновенье мир за собой. Она без грома, без шума и гула, Лишь вспышка белая в тёмной дали, И кажется, будто природа уснула, Но это её тихий призыв к земле. Она угасает, как мысль мимолётная, Оставив в душе недосказанный след, И ночь продолжает свой путь беззаботный, Храня тот секрет, что зарница несёт. Ты смотришь вверх, затаив дыханье, И ждёшь, когда снова сверкнёт огонёк, Чтоб в этом мгновенье найти понимание, Что жизнь — это вспышек коротких поток. Она не предвестник грозы и ненастья, А скорее намёк на грядущий рассвет, На то, что за тьмой всегда будет счастье, И в сердце рождается тихий ответ. Так пусть же в июльской ночи безмятежной Зарница горит, как надежды звезда, Чтоб в памяти этой, такой белоснежной, Осталась навеки её красота.

Июльская зарница В июльской ночи, в тишине глубокой, Где звёзды в небе мерцают едва, Вдруг вспыхнет зарница, как знак далёкий, И озарит на миг поля и травы. Она молчит, без грома и раската, Лишь светом белым прорежет темноту, И кажется, что это — неба плата За душный день, за летнюю жару. Её огонь так быстро угасает, Оставив в сердце трепетный след, И ночь опять безмолвно обнимает Тот мир, что только что был полон бед. А ты стоишь, заворожённый зрелищем, И ждёшь ещё один внезапный взрыв, Чтоб снова вспыхнул свет в ночной безделице, Чтоб миг волшебный в памяти ожил. И пусть она не громовая туча, Не ливень, что омывает землю вдруг, Но в этой вспышке — тихая отрада, Как обещание грядущих друг. Так пусть горит в июльской ночи ясно, Зарница-призрак, вестница дождя, Чтоб в сердце оставалось не напрасно То чувство, что она тебе суля.

От костра до скамейки Андрюшино — посёлок, что основал Андрей, Где белорусы селились с давних пор. Барок, Солдатский Лог, гора Лисиха — Здесь каждый холм и лог — как разговор. В ночь на Ивана Купала костёр пылал, И хоровод вился под звёздный свет. Те песни эхом в памяти звучали, Храня былой, забытый след. Теперь же школа учит молодёжь, Дом культуры собирает на концерты. В парке фонари горят до поздней ночи, И скамейки ждут задумчивых поэтов. Детские площадки полны веселья, Играет молодость, не зная бед. Андрюшино смешало в себе время — От древних обрядов до современных лет. И пусть костёр Купальский стал легендой, А хороводы сменил тихий парк, Здесь дух истории живёт повсюду, Как вечный, нестареющий подарок.

Андрюшино в ночь на Ивана Купала В Андрюшино, где основал Андрей, Живут белорусы в краю родном. Барок, Солдатский Лог, гора Лисиха — Здесь каждый уголок нам так знаком. А в ночь на Ивана, когда луна светла, Горит костёр, и хоровод поёт. Традиции старинные живы, Их дух в сердцах людей живёт. Но время движется, и вот уже давно Стоит школа, где детишек учат. Дом культуры, парк, где тихо и светло, И фонари вечерний путь освещают. Детские площадки полны смеха, Скамейки в тени деревьев ждут. Андрюшино — не просто точка на карте, А место, где душа всегда поёт. И хоть прошли века, и изменился быт, Здесь память предков не умрёт. От костра Купальского до фонарей парка — Всё в Андрюшино живёт и процветает.

На ветке клёна Закрыть глаза, забыть тебя, Быть может, станет легче жить. Прогнать все мысли от себя, И звёздам на ветке светить.

Звезда на ветке Закрыть глаза... Забыть тебя… Быть может так мне будет легче. Прогнать все мысли от себя И горьких слез не станет в сердце. Возможно будет мучиться душа, Томиться словно птица в клетке. В ночной тиши вдруг упадет звезда И приземлится на кленовой ветке. А я подумаю, что это знак судьбы, Должно ведь в жизни что-то измениться.

Песня друида Друид поёт под сенью клёна, И эхо вторит в вышине. Его мелодия влюблённа В зелёной, вечной тишине.