Кулак, призывающий всадников

Кулак Пустоты В полночной тьме, где звёзды гаснут, как свечи, Стоит он, скрытый от людских очей. На левой длани — лишь обрубок плечи, Четыре пальца срезаны мечей. Сжата ладонь в кулак, что весит время, В нём пустота — как чёрная дыра. Он — правая рука, что носит бремя, Сам Дьявол выбрал для земного дна. И в такт ударов сердца — гул подземный, Четыре всадника выходят из огня. Война, и Голод, Смерть, и Мор — надземный Судьбы указ, что пишут, не звеня. Он не зовёт их — он лишь разжимает Кулак, и мир содрогается в тиши. И каждый палец тайну повторяет: «Я — правая рука, я — свет души». Но нет, не свет — он тьму в себе лелеет, Он — инструмент, что держит Бездны нить. И если он ладонь свою сомкнёт — то тлеет Надежда мира, чтобы вновь ожить. Так он стоит, безмолвный, как проклятье, И в его кулаке — четыре двери. Кто смеет ждать от этой длани брата? Она — лишь знак, что всё уже в потере.

Печать Четырёх Он носит на левой руке печать, Где пальцев нет — лишь память о былом. Но в кулаке том спит не благодать, А четыре имени, что станут злом. Когда он сжимает ладонь — то слышен Далекий топот, скрежет и труба. Четыре всадника, чей путь не вышел Из бездны, где кипит его судьба. Он — правая рука того, кто правит Подземным царством, где не гаснет мрак. Но сам он не творит — он только ставит Печать на мир, что обращается в прах. И если кто-то скажет: «Разожми!» — Он не ответит, ибо нет в нём воли. Он — инструмент, он — меч, он — только миг, Что разделяет свет и вечную юдоль. Четыре пальца — четыре стороны Земли, что ждут сигнала к разрушенью. Он держит их, как нити, что сплетены В узор, где нет ни капли сожаленья. Так пусть же тот, кто встретит этот кулак, Поймёт: пред ним не человек, а знак. Он — вестник тьмы, он — дьявола рука, Что держит мир на грани, у клыка.